Художник любит выпускать арт-манифесты и мемуары. Его новая книга "О цензуре" балансирует между этими двумя жанрами.
Ай Вэйвэй – китайский художник международного уровня, критик и активист, входит в число самых влиятельных людей мира по версии журнала Time. В 2015 году художник уехал из Пекина на фоне конфликта с китайскими властями. В настоящее время он живет в Европе.
В марте выходит новая книга Ай Вэйвэя "О цензуре" (издательство Thames & Hudson). Публикацию ждут с нетерпением не только поклонники художника, но и все читатели, так или иначе заинтересованные в теме искусственного интеллекта. Многие видят в лице Вэйвэя, известного своей любовью к арт-провокациям и политическим протестам, идеального – едкого и точного – комментатора современности… Здесь возникает соблазн вспомнить другие литературные новинки, написанные художниками: например, "Горячий медиум" Хито Штейерль – книгу, более интересную с точки зрения языка (формы), чем идей (содержания). И все же, "О цензуре" Вэйвэя достойна внимания: арт-объекты самого Вэйвэя, фигурирующие на страницах книги, как и его обширный личный опыт, делают чтение живым и парадоксальным.
Главный аргумент автора против нарастающего темпа развития ИИ – невиданный уровень информационного контроля, лежащего в основе любой цензуры. Вэйвэй отмечает, что еще недавно ландшафт машинного интеллекта был монополизирован западными компаниями и разработчиками, однако три месяца назад редакция журнала Nature признала создателей нейросети DeepSeek-R1 научными ньюсмейкерами года, что качнуло движение маятника на восток. Теперь Азия – полноправный участник технологической и информационной битвы под знаменем ИИ, чему Ай Вэйвэй ни капли не удивлен (художник регулярно выступает с критикой китайских властей, обвиняя их в злоупотреблении властью и сокрытии информации. ).
Свобода слова и самовыражения как ключ к человеческому счастью и развитию, вечная борьба с инакомыслием суть тупиковый ход: автор книги повторяет как мантру социально-политические принципы, в которые верит. Вэйвэй предостерегает читателя: в "иммунной системе" любой идеологии найдутся слабые места – машинный интеллект часто выносит сомнительные суждения, так как действует на основании ограниченного количества данных. Здесь художник приводит в пример любопытные случаи из собственной практики: недавно ChatGPT решил, что селфи Вэйвэя с лидером консервативной партии "Альтернатива для Германии", Алис Вайдель, было сфабриковано. Пояснения?
По версии ChatGPT, "правозащитник и активист никогда бы не сфотографировался с представителем популистской программы".
Наверное, еще более забавным выглядит тот факт, что упомянутая выше сеть DeepSeek-R1 последнее время отказывается отвечать на вопросы о художнике, инициированные его друзьями.
– "Давайте сменим тему", – предлагает голос роботизированного ассистента, в инструкцию которого входит игнорирование "нежелательных" запросов.
Вэйвэй диагностирует проблему в масштабировании абсурдности реакций: с поисковых полей они переходят на пространство всего человеческого мышления. Идеи редуцируются до предсказуемых паттернов, с легкостью систематизируются в контент, который более не способен резонировать с воображением, эмоциями и волей индивида.
– "Наконец, человечество придумало оружие, которое нивелирует жизнь отдельно взятого индивида", – с горечью подытоживает автор свой политико-художественный манифест.
Формулировки Ай Вэйвэя в этой части книги во многом наследуют философии его современника, корейско-немецкого автора Бен-Чхоль Хана. В частности, наблюдение автора о том, что "вирус машинного интеллекта поражает центральную нервную систему человеческого познания". Кажущиеся удобство и легкость использования технологий по сути прикрывают борьбу, которая происходит за тяжелыми кулисами технологического "прогресса" – вдобавок это влияние подогревается жадностью корпораций, агентов цифрового капитализма.
Важно осознавать, что в эпоху повсеместного использования ИИ, добрые намерения, индивидуальные ценности и права людей разрушаются под натиском конкуренции политических и экономических сил, напоминает читателям Ай Вэйвэй.
Книга рекомендована для читателей старше 18 лет.
