Клео.ру поговорил с Ириной Мягковой о новом театральном формате, планах на жизнь и "женском" юморе.
На закрытом показе иммерсивного шоу "Ромео и Джульетта. Любовь вне времени", который состоялся в "Особняке Дашков 5", царила особая творческая атмосфера в стиле 90-х. В 2026-м шоу вновь возобновляет показы по мотивам легендарной трагедии Уильяма Шекспира. Классическая версия в постановке ведущих хореографов проекта "Танцы на ТНТ" Гарика Рудника и Алексея Карпенко перенесена в эстетику России рубежа девяностых и двухтысячных. Одной из первых зрительниц спектакля стала креативный продюсер, создатель и ведущая шоу "Женский стендап" на ТНТ Ирина Мягкова.
– Ирина, вы здесь и сейчас. Что привлекает в таком иммерсивном формате?
– Ой, мне все очень нравится. Я уже здесь не впервые. Команда (спектакля. – Прим. ред.) – мои хорошие друзья, которые делают потрясающие спектакли. Этот еще не посмотрела. Признаюсь, меня звали на предыдущую премьеру в прошлом году, а я жестко прям опоздала. Московские пробки. И решила уже под конец не приходить, чтобы не помешать целостному восприятию. Вот сегодня – второй дубль. Посмотрю с начала и до конца. Да и по возрасту мне эта тема заходит, когда зрители рандомно перемещаются по этажам исторического особняка, самостоятельно выбирая, за кем из героев следовать, какие сцены смотреть. В итоге каждый "проживает" свою уникальную историю и погружается в ностальгию 90-х.
– А часто в театры вообще ходите, что нравится?
– Хожу часто, нравится разное. Я вообще, если честно, очень требовательный зритель. Потому что меня надо удивлять, но не так, чтобы я ничего не поняла. Короче, я земной человек: сильно артовое я не понимаю, сильно глубокое мне не надо, у меня и так проблем до фига. Классическое – чаще всего мне скучно. Вот такой я человек. А здесь удивляют. Когда друзья приезжают издалека, в "Дашков" их сводить – точно удивить на сто процентов, они такого никогда еще не видели. У меня ребята из-за рубежа на Новый год в гости приехали, по-русски не очень хорошо говорят – так мы сюда, на "Щелкунчика" их привели, и все были в восторге, без слов понятно.
– Ирина, а чем сейчас живете?
– Все тем же – стендапом. Новый сезон скоро открываем, в марте. Шесть лет назад 18 января вышла в эфир первая передача "Женского стендапа" на ТНТ. Сейчас монтируется 113-я! Ну, получилось и получается! Что задумано, то сделано! Кстати, снова буду монологи рассказывать, года три этим не занималась…
– В чем причина?
– Писала концерты, как-то все некогда было, а сейчас решилась вернуться. Будут монологи, более короткий формат.
– Что вас сегодня вдохновляет? О чем шутить будете?
– О жизни моей и жизни людей, которые меня окружают. Что я, собственно, об этом думаю и о том, что меня волнует.
Вот давайте честно: в любой момент жизни больше всего человека волнует что? Он сам. Ну, как-бы эгоистично это не звучало. А в жизни всегда много событий, над которыми грех не пошутить.
– Если не секрет, какие у вас события произошли?
– Какой уж тут секрет: вот, парень у меня появился! И про это буду рассказывать, например. Это прекрасно и здорово!
– А в кино сняться нет пока предложений?
– Я никогда не пойду сниматься в кино, это не моя профессия. Я органична быть собой и не умею играть других людей. Просто для кого-то это проблема, а для меня – счастье. Я не лезу в ту сферу, где я нехороша. Я не актриса, а просто человек.
– Возник, кстати, вопросик: а по изначальной профессии вы кто?
– Преподаватель французского языка! Лингвист.
– Вот так…
– Ну, конечно, по профессии не работаю. Согласитесь, странно будет, если я вот сейчас позанимаюсь женским стендапом, а потом у меня еще три класса в школе…
– Много времени уходит на подготовку шутки? Как рождается импровизация?
– Очень много. Вся жизнь. Но самое главное, в какой-то момент надо уговорить себя сесть, начать писать. Вот сейчас такой период, когда я, по сути, заставляю себя сесть и работать. Написание шуток – это длительный мыслительный процесс. А насчет импровизации. Шутки и импровизация – это вещи разные. Импровизация на сцене происходит в моменте. Есть даже такие специальные шоу, где ничего не готовят. Но все равно темы обговариваются и еще что-то. А в моем шоу – это надо сидеть очень много писать.
– Шутки на ком свои отрабатываете?
– На простых людях. На зрителе. Ну и авторская группа ребят есть, с которыми мы садимся и делимся тем, что придумали. Мозговым штурмом дорабатываем: что-то получается, что-то не очень. Порой шутка "уходит" навсегда, и ты грустишь по этому поводу, но продолжаешь писать…
– А бывает, что шутка ну вот не идет?
– Очень часто. Вот прямо сегодня с утра такое было. Иногда нужно на паузу время поставить. Отложить, ничего не делать. Порой шутка годик-другой в папке пролежит, потом открываешь: опаньки, а почему я это не расписала? Смешно же. Ну или навсегда решишь ее похоронить – тоже ничего страшного, еще лучше новая родится.
– Ну, и последний вопрос, который вам, наверное, часто задают: женский юмор сильно от мужского отличается?
– Так, давайте уже запомним: не существует женского или мужского юмора. Есть смешно или не очень. Один и тот же юмор без гендерных различий.
