От «А» до «Я»: история журнала о «другом» искусстве СССР на выставке в Центре Зотов [Часть 1]

Выставка "Путь к авангарду: диалоги художников в журнале "А-Я"" (6+) продлится в Центре Зотов до 18-го января 2026 года.

автор Елизавета Федорова

Выпуски журнала «А-Я» – уникальная попытка задокументировать процессы, происходившие в неофициальном искусстве в поздний советский период. Издание выходило под редакцией Александра Сидорова и Игоря Шелковского – последний эмигрировал в Париж в год создания журнала и обсуждал рабочие процессы с коллегой по переписке. Непродолжительное время существования «А-Я» – 5 лет, с 1976-го по 1981-й гг. – имело большое значение: благодаря публикации, о творчестве деятелей советского андеграунда узнали на Западе. С другой стороны, российские критики, обратившиеся к практикам предшественников в 1990-е годы, имели образец того, как писать об альтернативном искусстве, вступали хотя и на новый, но все же намеченный путь.

Фрагмент экспозиции выставки. Фото: Даниил Анненков. Предоставлено пресс-службой Центра Зотов

Выставка «Путь к авангарду: диалоги художников в журнале «А-Я»»  (6+) в Центре Зотов погружает зрителей в историю и процесс создания восьми выпусков издания – семь из которых были художественными, а один, вопреки планам, стал литературным. В экспозиции выставки представлены не только работы, попавшие на страницы выпусков «А-Я», но и окружающая их «ноосфера» – мысли и догадки авторов произведений, предложения и вопросы заинтересованных лиц и, наконец, взгляд самих издателей на то, как писать об искусстве, несправедливо вытесненном на периферию внимания. Каждому выпуску в экспозиции посвящен отдельный стенд «многоугольника»: он как бы вводит зрителя в суть ситуации, сложившейся вокруг публикации, подсвечивает планы и решения редакции.

Ниже несколько интересных фактов о выпусках «А-Я»:

Выпуск №1

При чем тут Малевич?

Первый номер журнала издатели решили сделать историческим: включить в него блок с архивными материалами, посвященными наследию авангарда. Стоит ли удивляться, что «амбассадором» этой рубрики был назначен Казимир Малевич? Ранее не опубликованную статью отца супрематизма 1922 года любезно предоставил издателям «А-Я» Андрей Наков, французский искусствовед болгарского происхождения. Тексты Малевича появлялись на страницах журнала и в дальнейшем.

Фрагмент экспозиции выставки. Фото: Даниил Анненков. Предоставлено пресс-службой Центра Зотов

Выпуск №2

В имени твоем

Второй номер журнала вышел на полгода позднее задуманного. Появившаяся в нем статья о художнике Павле Филонове вызвала интерес зарубежного коллеги, исследователя русского авангарда Джона Боулта. Боулт проявил любопытство, кто же являлся автором анонимного комментария о Филонове в преамбуле материала. Игорь Шелковский медлил: он не знал ни имени комментатора, ни как это можно выяснить. Десятилетия спустя стало известно, что вступительный абзац написал поэт Всеволод Некрасов.

Фрагмент экспозиции выставки. Фото: Даниил Анненков. Предоставлено пресс-службой Центра Зотов

Выпуск №3

Авангард первой и второй «волны» 

Перемена политического и культурного курса в СССР в 1930-е годы безжалостно вынесла за борт художников, наиболее приверженных своим идеям. Русские авангардисты, получившие клеймо «формалистов», уже не могли беспрепятственно заниматься искусством – и, возможно, поэтому особенно стремились передать свои навыки и видение младшему поколению. Среди шестидесятников многие живописцы учились у представителей первой «волны» авангарда: например, Олег Васильев – у Владимира Фаворского и Роберта Фалька, а Леонид Соков – у Саула Рабиновича. На обложке третьего номера «А-Я» появилось произведение художника Федора Семенова-Амурского (1902–1980), с кем вели дружбу оба издателя журнала.

Фрагмент экспозиции выставки. Фото: Даниил Анненков. Предоставлено пресс-службой Центра Зотов

Продолжение следует…

Экспозиция выставки объединяет около 350 произведений, среди которых работы Эрика Булатова, Эля Лисицкого, Казимира Малевича, Франциско Инфанте, Олега Целкова, Риммы и Валерия Герловиных и других.

Подробности ищите на сайте Центра Зотов.

Павел Табаков: "Стараюсь не зацикливаться на том, кого я хочу сыграть"

Клео.ру побеседовал с актером о новом смысле русских сказок и о лете - в кино и в жизни.

автор Татьяна Бутурлина

Середина лета — отличное время для спектаклей, творческих встреч и музыкальных вечеров на открытом воздухе. Один из самых востребованных молодых российских артистов Павел Табаков вышел к зрителю в новом амплуа – как чтец сказок. В саду МДИ артист прочитал сказ «Малахитовая шкатулка». Павел отметил, что с возрастом его отношение к одному из самых известных произведений уральского писателя Павла Бажова сильно поменялось: текст оброс новыми смыслами.

— Павел, а в целом в таком открытом формате уличного театра вам комфортно?  

— Мне вообще кажется привлечение людей к творческим фестивалям уже хорошо. Для меня такой формат не нов, эксперименты уже были, так что отношусь положительно. Лето. Люди гуляют и не просто гуляют, а культурно. Гораздо приятнее, когда можно зайти вот так в околомузейное пространство, послушать что-то, посмотреть, а потом и в сам музей наконец зайти и по залам пройтись. Так что такой формат располагает к новым познаниям. 

— Читать сказы Бажова – ваш выбор?   

— Ну, мне показалось, что раз уж музей декоративного искусства, то «Малахитовая шкатулка» будет в тему. Конечно же, я читал этот сказ еще в детстве, в школе, но, знаете, на мой взгляд, все большие писатели, которые писали сказки, писали их вовсе не для детей. В осознанном возрасте гораздо интереснее перечитывать их оказалось.

— А как готовились?  

— Много раз прочитал текст вслух, надеюсь, что всем в итоге мое чтение понравилось. Хотелось поймать ту самую интонацию Бажова, с его ритмом, многослойностью.

— Дочке не читали?   

— Пока нет, мне кажется, ей еще сложно такой текст воспринимать.  

— Слушайте, а если Мия у вас тоже актрисой захочет стать, что делать будете?   

— Захочет, значит, захочет. Я ее любой любить буду, даже актрисой (смеется). Тут абсолютно никакого давления нет — что вырастет, то и вырастет. Я, например, изначально не мечтал стать актером, несмотря на то, что много времени проводил за кулисами. А потом сам пришел к родителям и сказал, что хочу поступать в театральную школу. Так что всему свое время. 

— Павел, а в каких вы сейчас проектах снимаетесь?  

— Что-то есть, но не могу пока говорить. А буквально недавно снялся в «Лето в Бадене» по одноименной повести Леонида Цыпкина. Был рад поработать с Филиппом Олеговичем Янковским. Знаком с ним давно, мы дружим, но вот в одном кадре — впервые. Съемки проходили в Санкт-Петербурге, и я играю там сына главного героя, персонажа по имени Миша. 

Павел Табаков

— Что для вас сейчас предпочтительнее — кино или театр?  

— Предпочтительнее там, где интереснее. Зависит от компании, которая зовет. Стараюсь и в театре, в МХТ имени Чехова, играть, и сниматься в кино, совмещать оба направления. Это вообще два разных совершенно мира и выбирать один из них не хочется.  

— А героя какого-нибудь сказочного, Иван Царевича например, хотели бы сыграть?  

— Вопрос не ко мне, а к продюсерам и режиссерам: увидят ли они такого персонажа во мне? Я сам стараюсь не зацикливаться на том, кого я хочу сыграть. Такое зацикливание ни к чему хорошему не приводит.  

— Вы как-то в интервью признались, что больше мечтаете сыграть отрицательного героя. Так кто все-таки ближе: Иван Царевич или Леший? 

— Леший, конечно. Его поиграть больше можно.     

— Павел, а как проходит ваше лето? Успели  съездить отдохнуть?  

— Собираюсь. Ну, и отдохнуть успел – да.  Ездил к друзьям на свадьбу в Северную Осетию, в красивейшие места с озерами и водопадами (торжество телеведущей Иды Галич и предпринимателя Олега Ледвича, которое состоялось в июле 2026. — Прим. ред.). И вот сейчас планирую в небольшое такое турне в братскую Сербию совершить.

Татьяна Бутурлина

Журналист

Фото: PhotoXPress.ru / Legion media / www.legion-media.ru; пресс-служба фестиваля «Русский КоТ»
Источник: Клео.ру