Предсказываем будущее: анализ модных трендов, которые с нами надолго

Какие тренды диктует 2025 год, и как они изменят моду – рассказала селебрити-стилист, телеведущая Лина Дембикова на модном форуме Ozon Fashion Fest

автор Полина Виноградова

Начало года – лучшее время предсказывать будущее. Нет, колоду карт Таро мы сейчас раскладывать не будем, а посмотрим прогнозы аналитиков моды из мировых тренд-агентств, которые ежегодно анализируют модные тенденции будущего на несколько лет вперед. Модные дома к этим прогнозам прислушиваются и используют в своих коллекциях.

Как определяют тренды? 

Мода отражает социальные сдвиги: в экономике, политике, искусстве. И каждое из этих явлений так или иначе влияет на то, что мы хотим носить и создавать, как меняется наше восприятие себя и мира. 

Крупные тренд-агентства, такие как французское Trend Union и британское WGSN (Worth Global Style Network), проводят исследования изменений во всех сферах: от моды и культуры до интерьера и еды, и делают прогнозы на два-три года вперед. Они выделяют макротренды, которые с нами надолго, и микротренды (ситуативные). Кстати, WGSN вместо обычного для всех агентств трендбука, который продают брендам и компаниям, предлагают платную ежемесячную онлайн-подписку с обзором тенденций.

Лина Дембикова. Фото: архив пресс-службы Ozon Fashion Fest

Макротренды

1. Endcore или «тренд на конец»

Фото: архив пресс-службы Miu Miu

На показе Miu Miu сезона весна-лето 2025 гостям предлагали перейти по qr-коду и прочитать эссе We are in the Endcore британского писателя и философа Шумона Басара.  Он пишет о том, что два-три года назад мы вошли в «фазу переосознания» хрупкости мира, когда понимаем, что Апокалипсис и конец света – это не просто конспирологические теории, но реальный исход событий.  На это влияют политические, геополитические, технологические факторы.

«Дизайнеры и художники в своем творчестве отражают это настроение. Мы начинаем свои эмоции переживать через искусство», – уточнила Лина Дембикова.

2. Постоянно меняющийся ландшафт

Мир перенасыщен информацией. Экономика, музыка, культура… Новость не живет больше трех дней. Люди устали от этой гонки, нам хочется замедлиться. И мы начинаем бороться с этой перенасыщенностью, опять же, с помощью моды и искусства. 

3. Искусственный интеллект

Искусственный интеллект стал неотъемлемой частью нашей жизни, и хотим мы того или нет, мы будем его использовать.

4. Новая экономика

В истории мировой экономики всегда происходило чередование роста и падения. Как пишут некоторые исследователи, сейчас мы находимся на этапе глобального спада в экономике, после которого последует рост. 

Микротренды

1. Роль женщины меняется

Кэри Миллиган. Фото: архив пресс-службы Prada

«В сложные времена, когда обществу нужна рука помощи и выживания, женщина выходит на первый план. Женщина наделена добрым сердцем, она способна дарить тепло и уют, – считает Лина Дембикова. – На подиумах мы снова видим женственные формы – оверсайз и объемные силуэты сохраняются, но отходят на второй план»

И еще: женщина возвращается в офис – отсюда мода на офискор. Это последствия пандемии, которая заставила нас устать от отсутствия дисциплины и делового дресс-кода.

2. Осознанное отношение к жизни

«Сейчас в моде, так же как и в других сферах, происходит переосмысление того, что то, как было раньше не работает, – объяснила Лина. – 10 лет назад люди были помешаны на скорости потребления, теперь мы устали от вещей, нам важны эмоции и смысл. Поэтому сегодня такой большой спрос на осознанность. Меняются  парадигмы и устои – в отношении к себе, к семье, к своей внешности и одежде»

Множество прозрачных тканей и кружева в коллекциях говорит о том, что тело не так важно, оно больше не кажется чем-то, что привлекает внимание, гораздо важнее духовность. Современная мода должна создавать смыслы – просто красивая картинка не продает.

Фото: архив пресс-службы Balenciaga

3. Сочетание несочетаемого

Мы носим кроссовки и платья с кружевами, грубую джинсу и бархат, босоножки с шерстяными гетрами. Нет больше правил – нигде.

4. Роскошь стала другой

Фото: архив пресс-службы Hermes

В эпоху перенасыщения информацией и необходимости «всегда быть на связи» роскошью стали  тишина и минимализм. Богатые люди перестали показывать доход, демонстрируя лейблы и статусные аксессуары. Они предпочитают скрытое, тайное, аккуратное, но говорящее о принадлежности к определенному социальному кругу. 

«Если у вас продукт дорогой, сделайте его тише, если массовый – сделайте его громче, чтобы он не потерялся в потоке других предложений», – советует Лина Дембикова. 

5. Вторичное потребление. 

Фото: архив пресс-службы Balenciaga

Комиссионки, аренда дорогих вещей, винтаж… Апсайклинг – это уже отдельное направление модной индустрии. Ключевой тренд – долговечность и практичность одежды.

6. Мировая миграция

Люди меняют место жительства, переезжают в другие страны и города, другие, наоборот, возвращаются на родину. Границ больше нет, и это вызывает потребность в принадлежности к какому-то сообществу. Мы стали интересоваться национальной культурой. 

«Год назад в мировую моду ворвался образ Slavic Girl, сейчас самый частый запрос, с которым ко мне обращаются – «Анна Каренина».  Эстетика российской моды XIX, аристократизм и элегантная роскошь.   Мы исследуем свои корни, и если переезжаем – интересуемся культурой места, куда переезжаем» – добавила Лина Дембикова. 

Фото: архив бренда Present & SimpleПо мнению Лины, это одновременно и бунт моды против искусственного интеллекта. Мы боимся, что все будет только технологично и хотим, чтобы оставалась крепкая связь с землей. 

В следующие два-три года дизайнеры чаще будут работать с натуральными материалами, природных оттенков, чуть потертыми.

7. Стилизация простых вещей

Фото: архив бренда Gate31

Стремление к осознанности и попытка замедлиться в бешеном ритме современного города отразились в нашей любви к простым, лаконичным вещам. Появилось много брендов, которые выпускают базовый гардероб – вне моды. Главная роль в создании образа переходит от дизайнера к стилисту, который умеет стилизовать простые вещи оригинально.  Мы “наслаиваем” юбку на леггинсы, сочетаем лонгслив с рубашкой или майкой и так далее.

8. Смешение реальностей

Фото: архив пресс-службы Prada

Все чаще модные бренды используют в своей работе искусственный интеллект – создают лукбуки, эскизы, видео с помощью нейросетей. 

Нам придется учиться находить баланс между рукотворным и технологичным.

Выводы: 

  1. В будущем будет еще больший спрос на стилистов, которые умеют «упаковать» простую одежду интересно и создавать разные образы из базового гардероба.

  2. Модные бренды должны вводить смыслы а свои коллекции. Людям уже недостаточно купить просто модную вещь, они хотят принадлежать к комьюнити. 

  3. Делать ставку на качество и долговечность. 

  4. В приоритете – покупатели. Раньше бренды делали ставку на знаменитостей, сейчас привлекают блогеров и главное внимание уделяют работе с клиентами.

Андрей Аболенкин. Фото: архив пресс-службы Ozon Fashion Fest

«Сейчас важнее говорить не про тренды, а про эстетики. Поэтому в модном лексиконе появилось слово “кор” – офискор, барбикор, теннискор. Стилисты стали соавторами дизайнеров именно потому, что мы создаем образы – один и тот же тренд можно стилизовать совершенно по-разному. Например, леопардовый принт уже не ассоциируется только с сексуальностью, агрессией, мы видим, что его можно стилизовать множеством способов. И такие микротренды, как короткие шорты, бахрома на подиуме у каждого дизайнера означают разное. Кто сегодня задает тренды? Мне кажется, это кино и журнальные съемки», – сказал аналитик моды Андрей Аболенкин.

Дизайнер Виктория Андриянова: "Русский стиль не в березках и кокошниках"

Основательница одноименного дома моды - о том, из чего рождается ощущение «русскости» и по каким признакам мы определяем свою принадлежность к той или иной культуре.

автор Татьяна Бутурлина

В начале июня Виктория как одна из ключевых фигур модной индустрии России приняла участие в дискуссии «Код русской идентичности: от истории к современности». Клео.ру поговорил с дизайнером про «опорные точки» русского стиля и обсудил, почему «баба» в 90-е зазвучала «королевой».

Виктория, свои коллекции вы всегда создаете с «русской душой»? 

— Когда я начинаю работать над коллекцией, над какой-либо темой, то не задаюсь целью обязательно отобразить культурный код. Но, видимо, настолько во мне внутри наслоено, столько культурных слоев, что в итоге русский код считывается как ни крути. И рождение, и воспитание – все это трансформируется в такой продукт. 

А цветовая гамма определенная, «кодовая» существует? 

— Абсолютно нет. Цвет, прежде всего, должен отражать настроение, состояние.

У меня была коллекция, созданная к столетию революции 1917 года, — «Предчувствие». Так вот она была решена в очень нежных, пастельных тонах, как символ той культурной среды, в которой люди занимались высоким. Меня в тот момент волновало то человеческое состояние, которое витало перед революцией. Что они чувствовали эти люди? Они не были бдительны, они продолжали череду своей обычной жизни и верили в будущее. Моя коллекция — про этих романтичных девочек-гимназисток, которые вышли в самом конце на последнее дефиле в тех же платьях, но выполненных уже в кроваво-красном. Подиум был покрыт 3D-булыжником, который под конец действия «взорвался».

Потрясающе… 

— Да, по эмоциям очень сильный показ получился, и палитра соответствовала накалу сценария. Но от коллекции к коллекции цвет у меня совершенно разный. Например, показ «Шуйские ситцы» доказал, что цвет не самое главное. Многоголосье, многотравье, когда много цветов – это тоже наше, родное. 

Виктория, а сценарий показа вы сами придумываете? Для вас это важно? 

— Признаться, для меня важнее история, чем фасон. Практически каждая моя коллекция — это история тех событий, которые меня волнуют. Не всегда, конечно, так драматично, как революционная тема.

Помню, в 1998 году у меня родилась коллекция «Снежная баба», и была она вдохновлена кусочком мохера шотландского. Взяла в руки такой белый комочек, и сразу в голове возникла ассоциация со снегом в деревне, как мы, дети, лепили зимой снежную бабу. И получилась такая — по пластике, по формам — очень русская коллекция. Без углов, обтекаемая — снежная баба! И помню, ведущий, Верник — мне: «Какая «баба»? Конец 90-х, расцвет русского гламура! Давай будет «королева!» Я ему: нет, только «баба»! Принципиально. Ну, и конечно, объявили «снежную королеву». Пришлось выйти самой и переобъявлять показ.

А есть ли сегодня какие-то опорные точки, связанные с русским стилем? 

— На днях побывала в жюри конкурса «Русский силуэт» и лишний раз убедилась, что студенты слишком буквально воспринимают эту тему. На подиуме — одни кокошники. Алло! За этой декорацией уже нет смысла. Культурный код не в березках и кокошниках, все иначе, глубже.

Можно ведь черпать вдохновение из литературы 19-го века, из нашей древней архитекторы, даже из темы советского космоса. Помню, когда я познакомилась с Шуйской историей, с ситцами, с фабрикой, которой уже 200 лет, то безумно загорелась взять в работу образцы, с которых вообще все начиналось. Русская душа проявляется в деталях.

Чтобы понимать русский стиль, надо быть глубоко образованным человеком? 

— Скажу о себе. Я воспитывалась в семье филолога и историка. Когда во мне проявилась эта страсть к моделированию одежды (а она проявилась так рано, что я и слов даже таких не знала — «дизайнер», модельер», — просто все резала), мама даже называла меня «жуком-короедом». И участь моя, собственно, была бы предопределена — филфак в университете, но я втихаря, ужасно страдая от этого (мне всегда казалось, что я занимаюсь чем-то неприличным), продолжала рисовать, резать и шить. И мама в конце концов сдалась, благословила меня на театрально-художественное училище, где я в театр наигралась от души, конечно. И та база воспитания, подкрепленная художественной литературой, которую я получила, мне очень в профессии пригодилась.

Так, моя коллекция «По повести Белкина» родилась на основе классики и вологодских кружев. Сидим однажды со Стриженовыми (моей сестрой и ее мужем) ужинаем, а я вслух концепцию будущего показа продумываю: «Вот как бы сделать «театр у микрофона»?» Помню, Саша так на меня глаза поднимает: «Ну, а в чем дело-то? Я сам возьму микрофон, надену смокинг и буду читать Пушкина». И это получился один из моих самых сильных показов. Русскость — тема неисчерпаемая. А чтобы образовываться, надо по новой внедрять богатую программу художественной литературы в учебный процесс, ездить с экспедициями по глубинкам, как раньше. 

Над чем вы сейчас работаете? Когда ждать новую коллекцию? 

— Сейчас такое время, когда я решила взять паузу. В этом году моему бренду 34 года, и я поняла, что всю свою жизнь занималась настоящим искусством. Многие вещи хранятся в музеях, в архивах. И для меня именно сейчас наступило такое время тишины. Думаю, как дальше жить, работать, что провозглашать, какие истории рассказывать. Время не очень творческое. Наверное, когда онлайн рулит, людям важно доносить все эти истории про вещи в Сети. Так что будем развивать контент — много придется говорить и много писать.

На днях побывала в жюри конкурса «Русский силуэт» и лишний раз убедилась, что студенты слишком буквально воспринимают эту тему. На подиуме - одни кокошники. Алло! За этой декорацией уже нет смысла. Культурный код не в березках и кокошниках, все иначе, глубже

Татьяна Бутурлина

Журналист

Фото: соцсети / victoria_andreyanova_official; пресс-служба Московской недели моды
Источник: Клео.ру