От Истры до Нижнего Новгорода: лучшие выставки 2025 года

В канун Нового года вспоминаем яркие выставочные проекты в крупных городах России.

автор Евгений Елисеев

Разбирая насыщенный выставочный год, Клео.ру решил рассмотреть его через призму четырех ключевых форматов. В нашем дайджесте, созданном с учетом мнения зрителей, проекты собраны по номинациям: международное сотрудничество, выставка-сателлит, новаторский проект и кураторский взгляд.

Международное сотрудничество:

«Свет между мирами. Искусство 1920-х–1930-х годов через встречу двух музейных коллекций» (12+), музей «Новый Иерусалим» (г. Истра) 

Третья и четвертая декады ХХ века – десятилетия между уже почти отгремевшим авангардом и еще не начавшейся оттепелью – не самые заметные отрезки в истории российского и советского искусства. Выставка «Свет между мирами» (12+), задуманная как встреча двух коллекций из Музея «Новый Иерусалим» (г. Истра) и Музея имени Савицкого (г. Нукус, Узбекистан), восполнила этот пробел с выставочной и исследовательской точки зрения. Проект объединил работы ярких советских модернистов, живших и работавших в разных уголках большой страны. Концептуальная рамка, предложенная сотрудниками «Нового Иерусалима» и другими научными консультантами, в частности, искусствоведом Надеждой Плунгян и специалистом по русскому искусству Александром Балашовым, придала экспозиции глубины прочтения.

"Спуск по реке" (1920-1930-е) Нины Симонович-Ефимовой. Из собрания Музея "Новый Иерусалим"Выставка «Свет между мирами» (12+) проходила с 30 мая по 8 ноября 2025 года.

Выставка-сателлит:

«Коллекционер Иван Морозов: от Ван Гога до авангарда» (16+), Третьяковская галерея в Самаре

Выставочный проект, объединивший великолепные коллекции двух русских меценатов Ивана Морозова и Сергея Щукина, стартовал ровно десять лет назад. В его подготовке приняли участие ГМИИ им. Пушкина, Третьяковская галерея в Москве и Музей «Эрмитаж» в Санкт-Петербурге. Первые пять лет выставка-«блокбастер» удивляла аудиторию столиц, причем не только в России, но и, например, в Париже, после чего проект отправился в региональное турне. В 2025 году жители и гости Самары смогли увидеть 52 художественные работы из собрания Ивана Морозова. В экспозицию в самарской Третьяковке вошли полотна русских авангардистов, таких как Роберт Фальк, Наталья Гончарова, Петр Кончаловский, а также их французских коллег: импрессионистов и постимпрессионистов, от Сезанна до Тулуз-Лотрека. 

"В южном городе" (1915) Адольфа Мильмана. Из собрания Государственной Третьяковской галереиВыставка «Коллекционер Иван Морозов: от Ван Гога до авангарда» (16+) прошла с 30 апреля по 28 сентября 2025 года.

Новаторский проект:

Первая международная биеннале экологического искусства (6+), шесть площадок в центре Нижнего Новгорода

Искусство, как известно, поднимает вечные темы, а экологические вопросы уже давно вышли из разряда отвлеченных разговоров и призывают человека к действию: если не ради себя, то хотя бы с осознанием ответственности перед миром. Биеннале экологического искусства – долгожданный и очень своевременный проект для российской арт-сцены. В месте проведения, Нижнем Новгороде, специальные проекты события охватили шесть площадок: от «Арсенала» (Волго-Вятского филиала ГМИИ им. Пушкина) до известной нижегородской студии «Тихая». Работы художников на выставке «Кожа Земли» (6+, куратор Юлия Аксенова), главного проекта биеннале, и вовсе расположились на территории рынка и гостиницы – зрители, принявшие эстафету увидеть все арт-объекты, смогли не только задуматься о важном, но и лучше изучить исторический центр города.

Фрагмент экспозиции выставки "Земное/Планетарное" в Волго-Вятском филиале ГМИИ им. Пушкина ("Арсенале"). Фото предоставлено пресс-службой биеннале  Первая международная биеннале экологического искусства прошла с 18 апреля по 20 ноября 2025 года.

Кураторский взгляд:

«Порывы и дуновения». К 20-летию галереи pop/off/art (12+), Цех красного, ЦСИ Винзавод (Москва)

Искусствоведы Сергей и Ольга Поповы основали галерею современного искусства pop/off/art в Москве 20 лет назад. В этом году галерея отметила юбилей выставкой «Порывы и дуновения» (12+), где были представлены произведения 35 художников, сотрудничавших с pop/off/art с момента ее открытия. Хронология выставочной деятельности галереи в концепции выставки протекает на фоне «сгустков» времени: субъективного переживания разных периодов в истории отечественного искусства. Советский андеграунд, в том числе московский концептуализм, акционизм 1990-х, молодое российское искусство нулевых, а затем и десятых – итого, около полувека художественных практик. Иван Новиков, куратор проекта, сумел объединить работы художников не только по историческому принципу, но и на основании трудноуловимых эстетических пересечений.

Фрагмент экспозиции выставки "Порывы и дуновения" в Цехе красного, ЦСИ Винзавод. Фото предоставлено пресс-службой галереи pop/off/artВыставка «Порывы и дуновения» (12+) прошла с 5 февраля по 23 марта 2025 года.

А судьи кто? Арт-критик о том, как писать об искусстве в эпоху карьерных достижений

Автор издания Kunstkritik видит перспективу для профессии арт-критика – при условии пересмотра ее содержания.

автор Евгений Елисеев

Сферу арт-критики не настиг кризис, смело заявляет шведский журналист Ларс-Эрик Лаппалайнен: скорее, ей недостает истинного интереса со стороны пишущих людей. Лаппалайнен с осторожностью относится к прогнозам о смерти жанра арт-критики: мол, рынок искусства настолько силен, чтобы объявить нечто вне компетенции.

По мнению автора статьи, в наших силах понимать арт-критику таким образом, чтобы внести в нее необходимые изменения. Проблема, по Лаппалайнену, состоит в неверно выбранном объекте критики, а именно, индивидуальной карьере художника. Этот процесс начался в последней четверти XIX века с рождения профессий арт-критика и арт-дилера: внимание с произведения искусства перешло на фигуру художника.

Фрагмент экспозиции выставки «Формулы вечности» в «ГЭС-2». Фото: Даниил Анненков. Предоставлено пресс-службой Дома культуры «ГЭС-2»

Еще в далекие 1870-е, когда импрессионисты задумали покорить Францию, роль художественного критика начала трансформироваться из фигуры стороннего наблюдателя, описывающего и оценивающего произведение искусства, в профессионала, интерпретирующего замысел работы, дающего ей ценностное суждение. Иными словами, арт-критик превратился в человека, непосредственно включенного в процесс производства искусства, а его деятельность – равно как и деятельность художника – стала карьерой.

Критики и арт-дилеры приступили к совместному формированию художественного рынка, закрепляя место за наиболее перспективными, по их частному мнению, работами, назначая им цену. Совмещение художественной практики индивида и его публичной карьеры освободило пространство для новой работы критика. Неудивительно, что траектория развития художника сегодня напоминает портфолио, включающее в себя профессиональное образование, творческие проекты, персональные данные и прочее.

Лаппалайнен считает эту траекторию рабочей, покуда она сопряжена с идеей прогресса. В 1940-х известный американский арт-критик Клемент Гринберг высказал мнение о том, что любая форма искусства, будь то живопись или музыка, тяготеет к чистой форме, характерной для своего медиума. Задача критика — лишь определить «релевантность» художественной работы, таким образом помогая ей занять свое место на арт-рынке.

Фрагмент экспозиции выставки «Формулы вечности» в «ГЭС-2». Фото: Даниил Анненков. Предоставлено пресс-службой Дома культуры «ГЭС-2»

Однако сегодня идея развития не является ведущей, напоминает Лаппалайнен. В некотором смысле – ровно наоборот. Существует взгляд, согласно которому глобализация пришла на смену динамике развития в современном искусстве после падения Берлинской стены. Следовательно, традиционная арт-критика, сфокусированная на фигуре художника, больше не работает.

Тем не менее многие критики продолжают следовать устоявшейся модели, игнорируя флюидность связи между (внутренним) развитием художественной практики и (внешним) карьерным ростом на арт-рынке. Сегодня ценность произведения искусства определяет его «релевантность» запросам художественного рынка, а не качество исполнения и не сложность замысла. 

Здесь кто-то из читателей может возразить, что посредничество между фигурой художника и произведением искусства выполняет не карьера, но какой-то агент внутри арт-рынка (скорее, куратор, чем художественный критик). Соответственно, уделом арт-критика остается оценка ситуации и сопутствующих ей рисков: насколько успешно художник адаптировался к условиям арт-рынка. При таком раскладе труд по интерпретации работ искусства скатывается к идеологической кампании, легитимации профессионального становления художника. 

Фрагмент экспозиции выставки «Формулы вечности» в «ГЭС-2». Фото: Даниил Анненков. Предоставлено пресс-службой Дома культуры «ГЭС-2»

По мнению Лаппалайнена, доведенная до абсолюта концепция карьеры вредна для искусства, когда даже небольшой, искренний жест художника воспринимается как честь его профессиональной идентичности. Взгляд с такого ракурса действительно обнаруживает арт-критику в состоянии кризиса, как атавизм, нечто адаптирующееся к внешним условиям производства.

Несмотря на это, автор статьи сохраняет оптимистичный настрой относительно перспектив арт-критики. Загвоздка лишь в том, подытоживает Лаппалайнен, что считать объектом критической рефлексии. Уточняя ответ на данный вопрос, мы привносим уверенность и инициативу в профессию, что способно положительно сказаться на ее будущем.

* Ларс-Эрик Йертстрем Лаппалайнен – шведский арт-критик, куратор, регулярный автор издания Kunstkritik.

Мнение, высказанное в статье, может не совпадать с мнением редакции.

Евгений Елисеев

Выпускающий редактор

Фото: Даниил Анненков. Предоставлено пресс-службой Дома культуры «ГЭС-2»
Источник: kunstkritikk.com