Пафос, призыв, ирония: Эрик Булатов признан самым дорогим ныне живущим художником России

Рейтинг опубликовала газета об искусстве The Art Newspaper Russia в августе 2025 года *.

автор Евгений Елисеев

Плакатные
надписи напротив божественно скучных природных пейзажей и типичных для
советского быта сцен: например, «Иду» на фоне голубейшего неба, «Не
прислоняться», загораживающее лесную полосу, коммунистический символ,
восходящий над морем, словно диск солнца… Картины Булатова легко
идентифицировать – гораздо сложней их отнести к определенному художественному
стилю. Критики находят в работах живописца следы соц-арта, поп-арта и
фотореализма, но даже суммарное значение этих терминов не передает всю
самобытность манеры художника.

Эрик Булатов. Фото: www.legion-media.com

Полотна Эрика Булатова наполнены светом и необыкновенным простором: порой кажется, что они ближе к жизни, чем сама жизнь, – только иронично-отрицающие текстовые фрагменты отбрасывают тень сомнения на сюжеты картин. Сиди или иди, а если иди, то куда? Вход есть или его все-таки нет? Вопросы, которые опредмечивает автор на холсте, понятны каждому – в этом смысле его искусство вряд ли можно назвать элитарным. Однако именно ясность и конкретность булатовского метода составляют его жизненную философию. В возрасте 91 года Эрик Булатов продолжает свой творческий путь, начатый в далеких 1950-х в Институте имени Сурикова. 

Мультимедиа Арт Музей (МАММ). Выставка "Эрик Булатов. Живу дальше. Лаборатория художника". Фото: www.legion-media.com

Как
автор Эрик Булатов остается продуктивным во многих отношениях. Десятилетия его
живописной карьеры отмечены не только большим количеством картин, но и
воспоминаниями о реалиях советской художественной жизни. Несколько
автобиографических фактов из мемуаров Булатова ниже помогут составить портрет «самого
дорогого (и самого интересного?) ныне живущего художника России».

Бунтарь в искусстве и в жизни

Свои
студенческие годы на живописном факультете Суриковского института Булатов вспоминает
с двойственным чувством. С одной стороны, художник сравнивает институт с «мрачной
глухой провинцией», сетуя на подспудное ощущение неправильно выбранного
курса в рамках учебы. С другой стороны, он тепло отзывается о некоторых своих
преподавателях, например, об историке искусства Михаиле Алпатове и художнике
театра Михаиле Курилко, которые стремились привить студентам «свободомыслие»
в творчестве. Булатову завет передался: в годы обучения в Суриковском молодого
живописца главным образом интересовали сформулированные им же самим задачи,
например, методы конструирования пространства (а не подражание натуре,
провозглашенное в советском социалистическом искусстве как эталон). В 1956 году
Эрик Булатов и вовсе принял участие в студенческом бунте, выступая за реформу
художественного образования.

Мультимедиа Арт Музей (МАММ). Выставка "Эрик Булатов. Живу дальше. Лаборатория художника";. Фото: www.legion-media.com

Ценил влияние «формализма»

Для
художника прослыть формалистом в советское время (особенно, в сталинскую эпоху)
означало поставить под вопрос собственную карьеру в искусстве. Однако само
содержание термина «формализм» было крайне расплывчатым. В 1960-е
годы на эту тему ходил анекдот: «Формалист это тот, кто учится у трех «Ф»:
Фалька, Фаворского и Фонвизина». Эрик Булатов знал всех «формалистов»,
хотя не считался непосредственным учеником ни одного из них. Роберт Фальк
преподавал в Институте имени Сурикова, в мастерскую к Владимиру Фаворскому
Булатов ходил со своим другом, Олегом Васильевым, а с Артуром Фонвизиным
художник познакомился случайно. Все три встречи сильно повлияли на молодого
живописца. «Фальк был живописной культурой <…>, Фаворский был
мудростью искусства и одновременно его совестью. Фонвизин воплощал артистизм
<…>.» – описывает Булатов столь важные для него три «Ф» в
мемуарах.

Книга об Эрике Булатове авторства искусствоведа Сергея Попова. Фото: Юлия Крышевич

Разделял работу и творчество

Окончив Суриковский институт в 1958 году и
желая оставаться свободным живописцем, Булатов пришел к выводу, что деньги
нужно зарабатывать «каким-нибудь другим делом». Выбор пал на книжную
графику, так как, во-первых, она воплощала собой довольно прибыльный способ
заработка в искусстве (и один из немногих доступных в советское время),
во-вторых, в ней было больше места для творческого эксперимента, чем в «полноформатных»
художественных жанрах. Книжной графике Булатов и его друг Васильев обучались у
Ильи Кабакова – Кабаков привел молодых иллюстраторов в издательство «Детский
мир» (позже переименованное в «Малыш»), где Эрик и Олег
проработали более 30 лет. Булатов вспоминает, что оформлению книг он уделял
половину года, а оставшиеся шесть месяцев – собственной живописной практике.
Таким образом художнику хватало денег на жизнь и времени на творчество, чем он
лично был очень доволен.

*
Рейтинг Надежды Лисовской «Топ-50.
Самые дорогие ныне живущие художники России». Подробности смотрите на
сайте The Art Newspaper Russia

Модный образ — виджет Клео.ру

«Тон-центр» задает тон: выставка по итогам арт-резиденции в Заполярье

Северное сияние, нравы местных и эстетика советского санатория вдохновили художников на интересные высказывания.

автор Юлия Крышевич

«Заполярье. Смена координат» в «Тон-центре» 

В июле этого года одним культурным пространством в Москве стало больше – двери посетителям открыл «Тон-центр» на Комсомольской. Расположенный в шаговой доступности от площади трех вокзалов, центр имеет все шансы стать меккой не только для поклонников современного искусства, но и для любопытных москвичей, а также путешественников из других городов. Кресло художественного руководителя «Тон-центра» заняла известный московский куратор Катя Бочавар, отдавшая более 10 лет профессиональной жизни проекту «Граунд» (к нему в разные периоды относились галереи «Ходынка», «На Песчаной», а также «Солянка»). 

«Заполярье. Смена координат» в «Тон-центре» 

Идти от станции метро «Комсомольская» до «Тон-Центра» от силы минут десять, но стоит сохранять бдительность: точно линия горизонта, здание центра ускользает из виду за толпой пассажиров, билетными кассами и выходами на перрон. Надежней всего следовать за фирменными указателями (красивыми табличками с надписью «Тон-Центр») и держаться линии пригородных поездов Ленинградского направления.

Впрочем, все превратности пути забудутся, как только вы выйдете на Комсомольскую площадь, 3/30. Вас встретит 

великолепное здание паровозного депо XIX века – ансамбль из арок и панорамных окон, увенчанный огромным куполом, с краснокирпичными стенами… Одно из старейших локомотивных депо во всей стране, здание было построено по проекту Константина Тона и Рудольфа Желязевича в 1851 году – современным названием центр обязан фамилии первого. 

«Заполярье. Смена координат» в «Тон-центре» 

Три с половиной месяца спустя открытия, пространство арт-центра постепенно заполняется – посетителями, афишами и новыми художественными высказываниями. Среди «пионеров» – выставка-итог арт-резиденции в Заполярье, под названием «Смена координат». Заурядное, на первый взгляд, словосочетание начинает «сиять», как только вы узнаете контекст проекта: группа художников из Москвы отправилась в Апатиты, для того чтобы две недели отдыхать в советском санатории, погрузиться в атмосферу города и творчески переосмыслить впечатления… Все это при поддержке апатитского Центра современного искусства «Сияние».

Да, актуальное искусство в городе на Кольском полуострове есть и неплохо себя чувствует – примерно с 2021 года. Шесть лет назад известный телеведущий Андрей Малахов, уроженец Апатитов, привез в город свою коллекцию арт-объектов, которая легла в основу экспозиции нового ЦСИ. В свою очередь недавно проведенная арт-резиденция стала окном диалога двух разных социальных и художественных ландшафтов – и просто любопытным экспериментом для тех, кто ни разу не бывал в Заполярье.  

«Заполярье. Смена координат» в «Тон-центре» 

По словам сокуратора выставки, Дарьи Гороховой, в дни проведения резиденции авторы неспешно «вынашивали» идеи, собирали материал, из которого позже родился художественный жест. В результате получились внимательные, изящные работы, показывающие город с неожиданной стороны, честно и с удовольствием передающие его особенности. 

Например, художница Елена Филаретова создала серию сюжетных зарисовок, вдохновляясь обычными сценами городской жизни, перекладывая их в закономерности большего масштаба, подобно тому, как звездные констелляции сулят людям важные повороты в их судьбе. Медное кружевоплетение в работах Артема Ляпина, «Добыча-1» и «Добыча-2», дает представление о замедленном течении времени в некоторых местах нашей планеты, таких как старый советский санаторий в Заполярье. 

«Заполярье. Смена координат» в «Тон-центре» 

«Кресло Варзуга» Миши Моисеева не только исследует церковную архитектуру, но и символизирует надежду на скорую реставрацию деревянного зодчества Русского Севера. Алина Утробина, фотографируя улицы и жителей Апатитов, замечает, что местные женщины неравнодушны к леопардовому узору, а Никита Кроко видит «свет» в лицах прохожих, ведь, согласно рассуждениям художника, в краю вечной темноты генерировать лучи остается только самому…

Эти и много других интересных пересечений с палитрой северного города можно обнаружить на выставке до 15 ноября. Некоторые из работ порадуют зрителей «Тон-центра» повторно: они войдут в состав ярмарки графики «Обертон», запланированной на начало зимы.

Возрастное ограничение для выставки «Смена координат»: 0+

В выставке приняли участие художники: Евгения Буравлева, Мария Инькова, Никита Кроко, Артем Ляпин, Фёдор Мухаметшин, Маяна Насыбуллова, Александра Нестеркина, Полина Рукавичкина, Алина Утробина, Елена Филаретова, Анастасия Цайдер, Ярослав Шеин, Евгений Шишкин и Михаил Моисеенко. Кураторы проекта: Александр Бланарь и Дарья Горохова.

Больше об актуальных проектах «Тон-центра» можно узнать на сайте институции.

Модный образ — виджет 290 px

Юлия Крышевич

Редактор раздела «Искусство»

Фото: Юлия Крышевич
Источник: Клео.ру