Городок художников на Масловке. [Часть 1: история места, от чертежей до первых картин]

19 сентября на улице Верхняя Масловка открылся научно-музейный центр "Масловка. Городок художников".

автор Елизавета Федорова

Именно в этом месте, столетие назад, началась стройка Городка художников – проекта, экспериментального для градоустройства советского государства и весьма резонансного на международном уровне. Немецкая газета A-T-Z отвела целый разворот репортажу о «Московской колонии искусств» в 1932 году. На черно-белых фотографиях A-T-Z художники работают за холстами, их жены и дети гуляют во внутреннем дворе – есть и сцены совместного времяпровождения: в библиотеке, на кухне, у окна с видом на окрестности тогда еще слабо обжитого района Динамо… В общем, материализация коммунистической идиллии, да еще и по последнему слову техники.

Внутри научно-музейного центра "Масловка. Город художников". Фото предоставлено пресс-службой центра

В видении репортеров A-T-Z было мало преувеличения: архитектурный ансамбль на Масловке, внешне напоминающий корабль, действительно соединил в себе квартиры с хорошо обустроенными мастерскими и другими условиями для жизни и работы. При этом государство приглашало к заселению только членов Ассоциации художников революционной России (до 1932 г.), позже Союза художников, и их семьи – выход из объединения автоматически означал потерю жилья и места в мастерской на Верхней Масловке.

Так, в одном из зданий проекта в разные годы жили Гелий Коржев, Семен Чуйков, Аркадий Пластов и Алексей Грицай – певцы соцреализма, быстро снискавшие славу в сталинский период. Впрочем, иногда власти давали жилье в Городке и молодым авторам.

Внутри научно-музейного центра "Масловка. Город художников". Фото предоставлено пресс-службой центра

Как бы впечатляюще не выглядел «корабль искусств» на Верхней Масловке сегодня, в планах советских архитекторов он был масштабней и роскошней. По замыслу проектировщиков, «московский Монмартр» должен был состоять из семи жилых корпусов, обозначенных буквами от «А» до «Ж». Кроме собственного детского сада и выставочного зала, в Городке планировалось открыть вуз и, как бы мы сейчас сказали, резиденцию АХРР (здание Ассоциации находилось на территории проекта и разве что требовало небольшой реставрации). В действительности же были сданы три жилых корпуса: «А» и «Б» – в 1930-е годы, «В» – в 1950-е, а корпус «Ж» так и не успели отреставрировать. Идея архитекторов украсить фасады домов скульптурами в духе Ренессанса и Барокко так и осталась фантазией из-за Постановления «Об устранении излишеств в проектировании и строительстве» (1955). Сказалось и послевоенное сокращение финансирования.

План застройки Городка художников. Конец 1920-х-1930-е гг. Фото предоставлено пресс-службой научно-музейного центра "Масловка. Город художников"

Тем не менее, отсутствие пышного декора не умаляет торжественности архитектурных решений в облике Городка. Техническая необходимость вынести большие витринные окна на фасад зданий имела неожиданный эффект: задуманный в стиле модного для 1930-х конструктивизма, комплекс вобрал в себя функциональный подход и ориентацию на человека – в первую очередь, человека-творца.

В середине столетия Федор Решетников создал в стенах Городка свои знаменитые работы «Прибыл на каникулы» (1948), «Опять двойка» (1952), а в 1960-х Андрей Плотнов встречался здесь с Юрием Гагариным, чтобы написать портрет космонавта с натуры. Тихая и живописная окрестность Масловки того времени запечатлена на полотнах Амшея Нюренберга, Любови Решетниковой и Якова Ромаса – все они проживали в корпусах Городка.

Внутри научно-музейного центра "Масловка. Город художников". Фото предоставлено пресс-службой центра

Сегодня на «московском Монмартре» по-прежнему живут и творят. С 2008 года Городок имеет статус памятника истории и культуры. Богатая библиотека Московского союза художников, ранее располагавшаяся в корпусе «Ж», к сожалению, сейчас закрыта. Однако арсенал возможностей, которые предлагает новый научно-музейный центр на Масловке, включает в себя не только знакомство с историческими изданиями об искусстве, но и прогулки по мастерским, встречи с живописцами и скульпторами, кураторские экскурсии и другие мероприятия, отражающие дух места, ведущие в закулисье тайны.

Внутри научно-музейного центра "Масловка. Город художников". Фото предоставлено пресс-службой центра

Подробней об этом в следующей части материала.

Материал создан на основании книги Василия Демина, Татьяны Пластовой и Николая Пластова «Масловка. Город художников» (2024).

Рекомендуемый возраст посещения научно-музейного центра – 12+. Подробности ищите на сайте центра.

Модный образ — виджет Клео.ру

От «Игры в классики» до «Ленты Мебиуса»: магия прозы Хулио Кортасара

Творчество аргентинского писателя балансирует на грани магического реализма и сюрреализма, а также богато отсылками к литературным шедеврам.

автор Юлия Крышевич

Хулио Кортасар "Лента Мебиуса"

Габриэля Гарсию Маркеса и Хорхе Луиса Борхеса принято относить к классикам постмодернистской прозы Латинской Америки. Имя Хулио Кортасара получило меньше известности на мировом уровне, но осталось в сердцах той публики, которая не ищет легких путей к тексту, ценит богатое воображение сильней здравого смысла и в целом не привыкла ограничивать себя условностями.

Сочинения Кортасара – словно лабиринт из аллюзий, метафор и других знаков, маршрут через который читателю предстоит проложить самостоятельно.

«Время подобно ребенку, ведомому за руку: смотрит назад»

Из романа «Экзамен» (первая публикация — 1986)

Между Аргентиной и Францией

Хулио Кортасар родился в семье дипломата, обстоятельства вынудили его рано начать работать, чтобы обеспечивать родственников. Первой и не слишком любимой деятельностью будущего писателя стало преподавание в сельской школе. Из-за участия в антиправительственных выступлениях молодому Хулио вскоре пришлось оставить учительскую карьеру. Кортасар был не согласен с режимом Хуана Доминго Перона, до глубины души возмущен несправедливостью, творящейся в мире – все это и не только вылилось в страстное желание аргентинца сесть за пишущую машинку.

В возрасте 37 лет автор получил свою первую литературную стипендию и переехал во Францию. Жизнь в Европе, с одной стороны, сулила Кортасару общение в близких по духу кругах, большую удовлетворенность политической ситуацией, с другой – означала для него длительную разлуку с родиной. Первое перевесило: все-таки Хулио Кортасар считал себя человеком свободных взглядов и не терпел внешнего давления.

«На самом деле каждый из нас – театральная пьеса, которую смотрят со второго акта. Все очень мило, но ничего не понять»

Из антиромана «Игра в классики» (1963)

Как устроена «Игра в классики»

Писатель любил сочинять рассказы, а жанр романа обходил стороной – собственные длинные прозаические работы он называл антироманами. Как ни странно, именно они принесли ему славу литератора: в частности, произведения «Игра в классики» (1963) и основанное на нем «62. Модель для сборки» (1968). В центре сюжета первого антиромана – спор молодого интеллектуала Орасио Оливейры и его товарищей о сути бытия. Кроме большого количества отсылок к другим сокровищам мировой литературы (в том числе русской), «Игра в классики» (16+) примечательна своей структурой: привычное чтение в ней сменяется чтением по особой схеме, придуманной автором.

«Случайная встреча – самая неслучайная вещь на свете…»

Из антиромана «Игра в классики» (1963)

Если бы Хулио Кортасар решил связать свою жизнь с изобразительным искусством, то наверняка бы стал художником-сюрреалистом. В его творчестве мистика и магия уводят реальность в неведомый край, где каждый из нас однажды бывал, но обычно не помнит об этом. Ловить себя на странном ощущении дежавю, следовать за автором, сбиваясь с ног от внезапного прилива чувств и озарений, значит быть преданным читателем Кортасара.

Кортасар на сцене

Наследию аргентинского писателя время от времени уделяют внимание и отечественные деятели искусств. Например, в репертуаре Мастерской Брусникина (совместный проект с театром «Практика» и Мастерской Олега Кулешова) есть спектакль «Преследователь» (16+), вдохновленный одноименным рассказом Кортасара. Более классическую версию этой же постановки представил режиссер Марк Розовский в Театре «У Никитских ворот» в далеком 1988 году. В честь юбилея со дня рождения автора в 2024 году Библиотека иностранной литературы имени Рудомино организовала тематическую выставку, посвященную его творчеству.

«Жизнь – это топтание в кругу, центр которого повсюду, а окружность – нигде»

Из антиромана «Игра в классики» (1963)

И все же рассказывать о произведениях Хулио Кортасара проще, чем пытаться передать их суть на сцене. Сюжет испаряется, утекает сквозь пальцы, как и драгоценные минуты, проведенные за чтением его книг. Возможно, искомое равновесие между идеей и образом кроется в экспериментальных сценических форматах, таких, например, как пластический театр.

В этом жанре работает московский режиссер Инна Ваксенбург: вместе со своей творческой лабораторией вскоре она представит спектакль по мотивам рассказа Кортасара «Лента Мебиуса» (18+). Новостью режиссер поделилась в соцсетях. Ближайшие показы назначены на середину ноября, место действия: арт-пространство «Кошка Босха» в Столярном переулке. Тем временем поклонники творчества писателя имеют возможность перечитать его работы и, вспомнив содержание, отправиться на поиски подходящей формы.

Модный образ — виджет 290 px

Юлия Крышевич

Редактор раздела «Искусство»

Фото: unsplash.com; legion-media.com
Источник: Клео.ру