Как быть искусству после смерти авангарда? Мнение обозревателя ARTnews

Редакция Клео.ру представляет вольный перевод фрагмента статьи "Авангарду конец. Что делать художникам?".

автор Елизавета Федорова

В своей недавно вышедшей книге «Рассеянное внимание. Как мы смотрим на искусство и перформанс сегодня» (18+) Клэр Бишоп отмечает, что работы современных художников уже не прогнозируют события (как это было раньше), а являются симптомами обстоятельств более широкого порядка.

Обозреватель американского издания об искусстве ARTnews Луи Бери вдохновился наблюдением Бишоп и опубликовал небольшую рефлексию о будущем авангарда. Спойлер: по мнению автора, его нет, но есть место надежде.

Фрагменты постоянной экспозиции в Музее современного искусства Баку. Фото: Юлия Крышевич

Погрузившись в историю искусства XX века, мы обнаружим интересную закономерность между произведениями, снискавшими славу и признание:

в идейном содержании все они опережали время, в котором были созданы. «Черный квадрат» Малевича, «Фонтан» Дюшана, серии шелкографии Энди Уорхола – мировая известность этих работ словно подтверждает теорию прогностической ценности искусства. Иными словами, работа художника как глашатай будущего, предвестник глобальных перемен. Однако, по мнению колумниста ARTnews Луи Бери, период, когда искусство – в его традиционном понимании – имело привилегию прогнозировать завтра, остался позади.

Фрагменты постоянной экспозиции в Музее современного искусства Баку. Фото: Юлия Крышевич

Скорость изменений, в которой мы волей-неволей присутствуем почти перманентно, ошеломительна: несколько раз за час мы узнаем о срочных международных новостях, в то время как наш сосед, коллега или случайно «принятый в друзья» приятель без устали выкладывает в ленту детали своей суетливой повседневности. Справляться с настоящим становится все сложней, что уже говорить о будущем, в которое страшновато заглядывать. По мнению Бери, провидческий потенциал – пусть и в достаточно непривычной форме – в дальнейшем сохранится лишь у парахудожественных цифровых практик, таких как эксперименты деятелей современного искусства с ИИ или даже «народный» контент в соцсетях – мемы, короткие видео пользователей… Именно такие практики сообщают традиционной культуре и ее приверженцам, что происходит в мире сейчас, а не наоборот.

Фрагменты постоянной экспозиции в Музее современного искусства Баку. Фото: Юлия Крышевич

Это отнюдь не означает, что привычные художественные медиумы – живопись, фотография, видео, перформанс – перестанут существовать. Они останутся с нами – проблема лишь в том, что «настоящему искусству» будет сложней балансировать на острие культурного дискурса (читай, сохранять актуальность). В эпоху, когда циклы фабрикации идей сменяют друг друга со скоростью свайпа, даже авторы, замеченные в серьезных художественных проектах лет 15 назад, переходят на создание околоартистического контента. И хотя некоторые галереи продолжают попытки предсказывать грядущие тренды и вызовы, обычно это выглядит не слишком убедительно: в гонке против жизни сложно выйти победителем.

Фрагменты постоянной экспозиции в Музее современного искусства Баку. Фото: Юлия Крышевич
Так не разумнее ли для художников – заключает Бери, – признать свое состояние неизбежного опоздания и продолжить делать искусство? Возможно, последняя стратегия уступает авангарду в гламурности, но она дает и преимущества: увидеть реальность, принять ее и строить свою жизнь, исходя из этого понимания.

Материал создан на основании статьи в онлайн-версии ARTnews.

Мнение автора текста может не совпадать с мнением редакции.

Павел Табаков: "Стараюсь не зацикливаться на том, кого я хочу сыграть"

Клео.ру побеседовал с актером о новом смысле русских сказок и о лете - в кино и в жизни.

автор Татьяна Бутурлина

Середина лета — отличное время для спектаклей, творческих встреч и музыкальных вечеров на открытом воздухе. Один из самых востребованных молодых российских артистов Павел Табаков вышел к зрителю в новом амплуа – как чтец сказок. В саду МДИ артист прочитал сказ «Малахитовая шкатулка». Павел отметил, что с возрастом его отношение к одному из самых известных произведений уральского писателя Павла Бажова сильно поменялось: текст оброс новыми смыслами.

— Павел, а в целом в таком открытом формате уличного театра вам комфортно?  

— Мне вообще кажется привлечение людей к творческим фестивалям уже хорошо. Для меня такой формат не нов, эксперименты уже были, так что отношусь положительно. Лето. Люди гуляют и не просто гуляют, а культурно. Гораздо приятнее, когда можно зайти вот так в околомузейное пространство, послушать что-то, посмотреть, а потом и в сам музей наконец зайти и по залам пройтись. Так что такой формат располагает к новым познаниям. 

— Читать сказы Бажова – ваш выбор?   

— Ну, мне показалось, что раз уж музей декоративного искусства, то «Малахитовая шкатулка» будет в тему. Конечно же, я читал этот сказ еще в детстве, в школе, но, знаете, на мой взгляд, все большие писатели, которые писали сказки, писали их вовсе не для детей. В осознанном возрасте гораздо интереснее перечитывать их оказалось.

— А как готовились?  

— Много раз прочитал текст вслух, надеюсь, что всем в итоге мое чтение понравилось. Хотелось поймать ту самую интонацию Бажова, с его ритмом, многослойностью.

— Дочке не читали?   

— Пока нет, мне кажется, ей еще сложно такой текст воспринимать.  

— Слушайте, а если Мия у вас тоже актрисой захочет стать, что делать будете?   

— Захочет, значит, захочет. Я ее любой любить буду, даже актрисой (смеется). Тут абсолютно никакого давления нет — что вырастет, то и вырастет. Я, например, изначально не мечтал стать актером, несмотря на то, что много времени проводил за кулисами. А потом сам пришел к родителям и сказал, что хочу поступать в театральную школу. Так что всему свое время. 

— Павел, а в каких вы сейчас проектах снимаетесь?  

— Что-то есть, но не могу пока говорить. А буквально недавно снялся в «Лето в Бадене» по одноименной повести Леонида Цыпкина. Был рад поработать с Филиппом Олеговичем Янковским. Знаком с ним давно, мы дружим, но вот в одном кадре — впервые. Съемки проходили в Санкт-Петербурге, и я играю там сына главного героя, персонажа по имени Миша. 

Павел Табаков

— Что для вас сейчас предпочтительнее — кино или театр?  

— Предпочтительнее там, где интереснее. Зависит от компании, которая зовет. Стараюсь и в театре, в МХТ имени Чехова, играть, и сниматься в кино, совмещать оба направления. Это вообще два разных совершенно мира и выбирать один из них не хочется.  

— А героя какого-нибудь сказочного, Иван Царевича например, хотели бы сыграть?  

— Вопрос не ко мне, а к продюсерам и режиссерам: увидят ли они такого персонажа во мне? Я сам стараюсь не зацикливаться на том, кого я хочу сыграть. Такое зацикливание ни к чему хорошему не приводит.  

— Вы как-то в интервью признались, что больше мечтаете сыграть отрицательного героя. Так кто все-таки ближе: Иван Царевич или Леший? 

— Леший, конечно. Его поиграть больше можно.     

— Павел, а как проходит ваше лето? Успели  съездить отдохнуть?  

— Собираюсь. Ну, и отдохнуть успел – да.  Ездил к друзьям на свадьбу в Северную Осетию, в красивейшие места с озерами и водопадами (торжество телеведущей Иды Галич и предпринимателя Олега Ледвича, которое состоялось в июле 2026. — Прим. ред.). И вот сейчас планирую в небольшое такое турне в братскую Сербию совершить.

Татьяна Бутурлина

Журналист

Фото: PhotoXPress.ru / Legion media / www.legion-media.ru; пресс-служба фестиваля «Русский КоТ»
Источник: Клео.ру