«Рассеянное внимание» Клэр Бишоп: как смотреть искусство в эпоху тотальной несосредоточенности

17 июля в Электротеатре Станиславский прошла презентация новой книги британского искусствоведа Клэр Бишоп от издательства Ad Marginem.

автор Елизавета Федорова

Буднее утро в большом городе. Полина не слышит будильник и, встав на четверть часа позже обычного, понимает, что опаздывает на работу. За окном идет дождь. Она думает взять такси, но приходит в ужас от тарифа в приложении: вроде и дождь уже несильный, на метро быстрей доберется! В вагоне Полина достает смартфон, в рекомендациях видит статью об интересной ей выставке. Только она собралась погрузиться в чтение, как на экране словно призраки всплыли непрочитанные сообщения в мессенджере.

Статья позабыта как минимум на полдня: только в обеденный перерыв Полина вспомнит о тексте – и сразу решит купить билеты в музей на вечер среды (зачем читать, если можно прийти и увидеть все своими глазами). Правда, на это же время она договорилась с подругой о встрече…

– «Маша не любит современное искусство. Но возможно, я уговорю ее совместить прогулку и выставку!» – вихрем пролетает мысль в голове девушки.

Британский искусствовед Клэр Бишоп отрефлексировала этот вопрос в профильной ей области (теории искусства) и издала работу под очень говорящим названием «Рассеянное внимание. Как мы смотрим на искусство и перформанс сегодня» (18+). На мировом рынке первая редакция книги появилась летом 2024 года, а сейчас, год спустя, русскоязычному читателю доступно ее переведенное издание. Презентацию новинки издательство Ad Marginem торжественно провело в Электротеатре 17 июля: модератор события, театровед Кристина Матвиенко обсудила «Рассеянное внимание» с Клэр Бишоп, которая подключилась ко встрече онлайн. Зрители также приняли участие в дискуссии.

Итак, что же думает автор об устройстве и потреблении искусства сегодня, в эпоху чего угодно, но не сосредоточенности? Искусствовед ставит прямой диагноз: мир стал более рассеянным, а мы – вместе с ним. Только в видении Бишоп это наблюдение всего лишь задает контекст, как с ним обходиться – решать тем, кто остается на плаву. Автор книги предлагает четыре стратегии действия (и бездействия) от представителей мира современного искусства: художников, арт-активистов, галерей – распределенные по главам соответственно.

В первой главе критик пишет об избытке информации как почве для возникновения междисциплинарного метода: создания искусства в процессе его исследования. Вы наверняка обращали внимание на то, как многие современные художники любят упоминать английское слово research, рассказывая о своих работах. Библиотеки при музеях раскладывают книги на полках как в магазине: вдохновляя читателя на самостоятельный выбор литературы и вместе с тем – направления для анализа.

В фокусе второй главы – галерейные пространства по типу «белого куба», с характерными для них событиями всех мастей: начиная от танцевального перформанса и заканчивая творческими дискуссиями. Попадая в подобное пространство, посетитель оказывается сразу везде и нигде конкретно. Ведь можно лениво наблюдать за движением перформеров, время от времени выглядывая из-за экрана смартфона, стоять рядом с арт-инсталляцией, увлеченно обсуждая новости с другом, можно внезапно покинуть галерею или рискнуть стать соавтором высказывания. Отказ от участия – это тоже участие, а еще чаще бывает гибридный формат, когда физическое присутствие то перерастает в вовлеченность, то равняется самому себе.

В третьей главе автор книги цитирует примеры арт-интервенций, свидетелями которых может оказаться любой житель города. Символический захват пространства, изменение его атрибутики на глазах у удивленной публики составляют суть этой художественной стратегии. По меткому наблюдению Бишоп, интервенции легко меняют свои политические оттенки или, немного упрощая мысль автора, подстраиваются под ситуацию с целью привлечь внимание медиа, получить огласку. В современном мире, как мы выяснили, внимание плохо фокусируется на одном объекте: «пять минут славы» Энди Уорхола давно конвертировались в «пять секунд», а чтобы их получить, важней всего уметь определить виральность сообщения.

Наконец, четвертую главу искусствовед посвятила стратегии отсылок в актуальных художественных практиках к архитектуре модернизма. По мнению Бишоп, модернизм с его искренним стремлением сделать мир лучше и с относительно недолгой историей существования более тесно связан с настоящим: обращаться к нему в искусстве все равно что говорить со старшим братом – разными словами, но на одном языке.

В «Рассеянном внимании» Клэр Бишоп не только обсуждает стратегии в производстве и экспонировании смыслов и форм, но и подсказывает возможные варианты реагирования для тех, кто по желанию или невольно оказался в роли наблюдателя происходящего. Многочисленные примеры из мира искусства критик сопровождает собственными точными наблюдениями, а также комментариями коллег-теоретиков. Искусствоведческий контекст работы вряд ли можно полностью перенести на городскую повседневность, зато в нем легко обнаружить вдохновляющую, поучительную модель того, как присутствовать в мире вечной занятости, не переставая отвлекаться.

Возрастное ограничение: 18+

Подробности смотрите на сайте издательства Ad Marginem.

Павел Табаков: "Стараюсь не зацикливаться на том, кого я хочу сыграть"

Клео.ру побеседовал с актером о новом смысле русских сказок и о лете - в кино и в жизни.

автор Татьяна Бутурлина

Середина лета — отличное время для спектаклей, творческих встреч и музыкальных вечеров на открытом воздухе. Один из самых востребованных молодых российских артистов Павел Табаков вышел к зрителю в новом амплуа – как чтец сказок. В саду МДИ артист прочитал сказ «Малахитовая шкатулка». Павел отметил, что с возрастом его отношение к одному из самых известных произведений уральского писателя Павла Бажова сильно поменялось: текст оброс новыми смыслами.

— Павел, а в целом в таком открытом формате уличного театра вам комфортно?  

— Мне вообще кажется привлечение людей к творческим фестивалям уже хорошо. Для меня такой формат не нов, эксперименты уже были, так что отношусь положительно. Лето. Люди гуляют и не просто гуляют, а культурно. Гораздо приятнее, когда можно зайти вот так в околомузейное пространство, послушать что-то, посмотреть, а потом и в сам музей наконец зайти и по залам пройтись. Так что такой формат располагает к новым познаниям. 

— Читать сказы Бажова – ваш выбор?   

— Ну, мне показалось, что раз уж музей декоративного искусства, то «Малахитовая шкатулка» будет в тему. Конечно же, я читал этот сказ еще в детстве, в школе, но, знаете, на мой взгляд, все большие писатели, которые писали сказки, писали их вовсе не для детей. В осознанном возрасте гораздо интереснее перечитывать их оказалось.

— А как готовились?  

— Много раз прочитал текст вслух, надеюсь, что всем в итоге мое чтение понравилось. Хотелось поймать ту самую интонацию Бажова, с его ритмом, многослойностью.

— Дочке не читали?   

— Пока нет, мне кажется, ей еще сложно такой текст воспринимать.  

— Слушайте, а если Мия у вас тоже актрисой захочет стать, что делать будете?   

— Захочет, значит, захочет. Я ее любой любить буду, даже актрисой (смеется). Тут абсолютно никакого давления нет — что вырастет, то и вырастет. Я, например, изначально не мечтал стать актером, несмотря на то, что много времени проводил за кулисами. А потом сам пришел к родителям и сказал, что хочу поступать в театральную школу. Так что всему свое время. 

— Павел, а в каких вы сейчас проектах снимаетесь?  

— Что-то есть, но не могу пока говорить. А буквально недавно снялся в «Лето в Бадене» по одноименной повести Леонида Цыпкина. Был рад поработать с Филиппом Олеговичем Янковским. Знаком с ним давно, мы дружим, но вот в одном кадре — впервые. Съемки проходили в Санкт-Петербурге, и я играю там сына главного героя, персонажа по имени Миша. 

Павел Табаков

— Что для вас сейчас предпочтительнее — кино или театр?  

— Предпочтительнее там, где интереснее. Зависит от компании, которая зовет. Стараюсь и в театре, в МХТ имени Чехова, играть, и сниматься в кино, совмещать оба направления. Это вообще два разных совершенно мира и выбирать один из них не хочется.  

— А героя какого-нибудь сказочного, Иван Царевича например, хотели бы сыграть?  

— Вопрос не ко мне, а к продюсерам и режиссерам: увидят ли они такого персонажа во мне? Я сам стараюсь не зацикливаться на том, кого я хочу сыграть. Такое зацикливание ни к чему хорошему не приводит.  

— Вы как-то в интервью признались, что больше мечтаете сыграть отрицательного героя. Так кто все-таки ближе: Иван Царевич или Леший? 

— Леший, конечно. Его поиграть больше можно.     

— Павел, а как проходит ваше лето? Успели  съездить отдохнуть?  

— Собираюсь. Ну, и отдохнуть успел – да.  Ездил к друзьям на свадьбу в Северную Осетию, в красивейшие места с озерами и водопадами (торжество телеведущей Иды Галич и предпринимателя Олега Ледвича, которое состоялось в июле 2026. — Прим. ред.). И вот сейчас планирую в небольшое такое турне в братскую Сербию совершить.

Татьяна Бутурлина

Журналист

Фото: PhotoXPress.ru / Legion media / www.legion-media.ru; пресс-служба фестиваля «Русский КоТ»
Источник: Клео.ру