Марит Пааше начинает свою статью для Kunstkritik с метафоры, обнаруженной ей в книге датского художника Якоба Якобсена «Напоследок – восстание» (в пер. с англ. Closure Rebellion). Якобсен пишет о том, что испытал, потеряв работу в престижной арт-институции:
«Я как будто вернулся в загородный дом умершего родственника. Книги, записи и другие следы подходов, которые никогда не работали. <…> Ни души, только отсутствующие связи. Вот и моя личная история – как этот дом…»
Загородный дом, особняк – вооружившись этой метафорой, Пааше начинает рассуждать об отношении современного искусства к своему прошлому. Автор статьи задается вопросом: если искусство сегодня не рискует выходить за пределы художественных студий и архивов, боится быть увиденным и понятым, то в чем его функция здесь и сейчас? С другой стороны, продолжает Пааше, без исследований и обсуждений искусство остается особняком за высоким забором: с кучей пыльных костюмов и устаревших конвенций на его полках.
Марит Пааше сама много лет работала арт-критиком, куратором и исследователем. По ее мнению, как художественные практики, так и история современного искусства, с конца 1990-х претерпели большие изменения. По наблюдению Пааше, подавленность – распространенное чувство среди сотрудников сферы культуры – объясняется расшатанным балансом сил между крупными арт-институциями и «независимой» художественной сценой. Последнее куратор считает неоднозначным определением, под которое подпадают как небольшие выставочные площадки, самоорганизованные арт-пространства, так и художники, не представленные галереей. Ключевым отличием здесь выступает отсутствие постоянного дохода.
Основные направления финансирования в искусстве сегодня – расширение, коммуникация и укрепление инфраструктуры крупных музеев (здесь автор статьи приводит примеры с норвежской арт-сцены). Прибыль культурных площадок напрямую зависит от показателей их посещаемости. Позиция художника или самостоятельно работающего куратора в такой ситуации учитывается далеко не в первую очередь. Вывод, который делает Пааше, не звучит как гром среди ясного неба, а, скорее, имеет заземляющий эффект: капиталистическая ценность свободы действительна только при наличии у индивида средств к существованию.
Иными словами, свобода экономически детерминирована, ведь она выражается главным образом в возможности покупать. Неслучайно музеи сегодня реже открывают выставки, особенно, выставки ныне живущих художников – это хлопотно и дорого. Зато афиши арт-институций пестрят лекциями, кинопоказами и другими короткими мероприятиями, позволяющими быстро вызвать интерес у зрителя при сравнительно небольших вложениях.
По словам Пааше, современному искусству жизненно необходимо привлекать новую аудиторию: просмотры и упоминания становятся сверхценной валютой. На достижение цифровых показателей работают приглашенные звезды арт-сцены и шоу-бизнеса, ссылки-кликбейты, в меньшей степени, сарафанное радио. Загвоздка лишь в том, чтобы «подружить» перфекционистское стремление к максимально широкому охвату с другими аспектами: в частности, с кураторским замыслом, профессиональной этикой и ответственностью.
Марит Пааше считает, что самый надежный PR-ход для музея сегодня – инициировать выставку с громким именем из мира искусства, таким, например, как Пабло Пикассо: это практически гарантирует высокий спрос на билеты среди посетителей (российским аналогом такой ситуации можно считать выставку «Марк Шагал. Радость земного притяжения» (0+) в Пушкинском музее, очереди на которой сохраняются на протяжении двух месяцев с момента ее открытия).
Однако, во-первых, далеко не каждый музей может себе позволить выставку художника «первой величины», во-вторых, снова и снова обращаясь к мэтрам из прошлого, арт-институции продолжают жить в истории искусства, а не в его настоящем. И хотя, уточняет Пааше, беречь традиции само по себе достойное занятие, многогранность искусства все же состоит в его сложном взаимодействии между вчера и сегодня – взаимодействии, которое и рождает новое поколение художников.
История и современность находятся в диалоге друг с другом, и нам необходимо прислушаться к этому диалогу, заключает Марит Пааше. Какие-то идеи и проекты безвозвратно утеряны, а другие еще возможны. Знание о прошлом помогает подготовить нам почву для завтрашнего дня – в этом и заключается связь искусства с текущим моментом.
Kunstkritik – один из ведущих журналов о современном искусстве в странах Скандинавии. Подробности смотрите на сайте журнала.
