27октября в Доме музыки пройдет презентация новой программы и нового альбома Павла
Кашина «Глазами Будды». Поклонники
Павла избалованы регулярностью, с которой выходят альбомы певца. К тому же они
знают: каждый следующий альбом не повторяет предыдущий. Что нового увидел в жизни
и в себе Павел Кашин глазами Будды, мы узнаем из первых уст.
— Зрители и слушатели знают о тебе очень много и почти ничего.
С какой фразы ты бы начал свою биографию?
— Я очень плохой человек. Наверно, у меня плохо с печенью.
— С чего все действительно началось?
— С рождения. Я таким родился. Я писал стихи сразу же, как начал говорить, только
не понимал, что делаю.
— Сейчас же у тебя есть новый альбом. В чем его особенность?
— Для меня этот альбом принципиально новый. Да, в нем абсолютно новые песни. В
них нет чисто любовных песен, зато много мистики. Но самое значимое для меня —
звучание альбома. Он записан не как обычно, не на студии с нашими акустическими
гитарами. Таких песен только четыре, остальные же семь я записал сам на компьютере.
В них мы дописали еще тяжелую гитару. Кстати, теперь у нас еще и клавишник есть.
Получился электронно-акустический альбом.
— Павел Кашин — герой романтик. А как же альбом без любви?
— Там есть любовь, но у слова «любовь» только по словарю больше пяти значений.
К тому же каждый вкладывает в это слово что-то свое. Так что любви там много,
но она растворена, а не сконцентрирована. Любовь стала философским понятием. В
одной песне есть строчка: поглядим на мир глазами Будды. И действительно, альбом
написан под впечатлением учения Будды. В песнях нет добра и зла. Нет хороших и
плохих. Зато они мелодичны и романтичны. В последнее время я многое понял и многое
поменял в себе именно под влиянием учения
Будды.
— Учения Будды прочувствованы и изучены на личном опыте, и
ты можешь донести их до нас, слушателей?
— Мне, простому человеку, не стоит трактовать учения Будды. Я не могу пытаться
объять океан. Но все равно больше всего в жизни я изучал именно это учение. Тем
не менее это одно из того, о чем я хоть что-то знаю. У меня есть способность погружаться
в то, что меня занимает. Если я что-то ловлю в поле своего внимания, то уже не
отпускаю. Только поэтому я могу сказать только одно: учение Будды я понимаю гораздо
хуже, чем теорию относительности.
— Ты увлекающийся человек?
— Да! Хороший конь, он от работы не устает, только мышцы разминает. Если мы снимаем
клип, то я весь там. Я принимаю участие во всем: в написании сценария, придумывании
элементов костюма, обязательно смотрю раскадровку и монтаж. Я могу думать об этом
днем и ночью. Мне помогает какое-то внутреннее чутье.
— Неужели не хочется что-то оставить для себя, положить в свою
внутреннюю копилку? Зачем обязательно все свои знания и чувствования выносить
на людской суд?
— А для чего же мы тогда сочиняем!? Именно для того, чтобы делиться! Мне не жалко
песен. Во всех 11 альбомах нет ни одной повторяющейся песни. Я считаю, что чем
свободней ты их отпускаешь, тем быстрее к тебе приходят новые. Я очень легко и
быстро пишу. Наверно, поэтому все песни получаются ровные. Я слышал, что некоторые
мало песен сочиняют. Мне не совсем это понятно, у меня иногда по 40 песен за год
сочиняется. Выпускать раз в полгода — это потребность.
—
Кто твоя аудитория?
— Я не думаю, для кого пишу. Я хочу, чтобы песня для моего состоявшегося слушателя
была интересна и развлекательна. Меня слушают те, кто в основном старше меня.
В большинстве своем это люди, состоявшиеся и интеллектуальные по жизни. Мои песни
их развлекают.
— Но твои песни не развлекательны!
— Просто надо уметь слушать. Слова в песнях так расставлены, что они развлекают
ум. Попса — попытка зацепить за спинной мозг и разбудить древние инстинкты. А
вот все остальные развлечения направлены на мозг головной.
— Что-то можно сравниться с написанием песни?
— Состояние глубокой влюбленности.
— О! Так ты влюбчивый!
— А чем больше тренируешься влюбляться в творчество, тем легче оно дается. Но
песня не обязательно должна идти в ногу с влюбленностью к человеку. Творчество
— совсем иное. От прыжков с парашюта или секса всегда примерно представляешь,
чего ожидать. А песня — это каждый раз новое
путешествие, абсолютно не похожее на предыдущее. Когда я напишу песню, я испытываю
состояние неподдельного счастья. Я могу позвонить кому-то, например, своему продюсеру
и начать рассказывать, какая получилась песня. Мне говорили, что я в этот момент
похож на сгусток счастья. И я действительно себя так ощущаю. Потом я постепенно
выхожу из этого состояния и жду новой песни.
— Не боишься прослыть занудой или быть непонятым?
— В моих песнях много скрытых вещичек. Они нужны для того, чтобы заставить человека
думать. Каждый сам находит для себя тему для размышления. Есть люди, которым нравятся
мои песни, и они все понимают. Я не оглядываюсь на то, что и как будет понято.
Я сочиняю так, как мне хочется и пою только о том, что меня взволновало. Те, кто
меня понимают, они меня и слушают.
— Кроме любви к творчеству и песням, иная любовь есть в твоей
жизни?
— Человек, который пишет песни, хочет жить в постоянном состоянии влюбленности.
Наша человеческая натура жадная. В том числе и до любви. Нам всегда всего мало.
Но мне кажется, я уже отделался от этой жадности. Я пишу песни, и они мне заменяют
любовь.
— Павел Кашин — одинокий волк?!
— Почему волк!? Поросенок, может быть (смеется). Я довольно мирное существо. Я
живу в единственном числе, но я
не одинок. В слове «одинокий» есть трагизм, но в моей жизни нет трагизма.
Единственные трагические минут — это с утра после водки с пивом. Но и это только
почти трагедия. Начинаешь искать любовь, когда тебе чего-то не хватает в жизни.
Вокруг меня очень много любящих людей.
—
Так ты построил свой дивный город!
— Да. У меня есть абсолютно свой суперский
город.
— Никто не пытается его разрушить?
— Иногда женщины. Но у них это не получается. Скорее женщины изгоняются за ворота.
— Что, не понимают?
— И такое бывает. Все зависит от уровня, на котором можно с человеком разговаривать.
Я хочу, чтобы меня понимали и воспринимали. Упиваться стилистикой, образами, которые
свойственны моим песням и близки мне, но при этом видеть ничего не понимающие
глаза — самое страшное, что может быть. Иногда лучше говорить односложно. Надо
уметь подстроиться под ту женщина, которая рядом. Я вообще по жизни стараюсь подстраиваться
под людей. Иногда же от этого устаешь.
— Может в этом и кроется причина того, что рядом нет той единственной
и неповторимой, которая подстроилась бы под тебя?
— Единственная причина расставаний: один человек перестает быть достаточно развлекательным
и интересным для другого. Но это, если разговор идет о высоком, а не о об общих
материальных ценностях.
— Кстати, о ценностях. С любимым и в шалаше рай?
— В общем, да. Только в этом шалаше должно быть две разные спальни с двумя отдельными
ванными комнатами. А если всего этого нет, то и рая нет.
Я всегда верил в две спальни. Любимого человека надо видеть только
тогда, когда он готов, чтобы его видели. Человек имеет право на свою интимную
жизнь, он имеет право появляться на публике, в том числе и перед своим любимым
человеком, когда считает это допустимым. В этом мне видится высшая степень взаимоуважения.
Вспомни, как люди жили раньше? В очень счастливых семьях всегда были мужская и
женская половины. Мы же привыкли к коммуналкам. Уверен, будь у нас другие условия,
мы бы все жили в квартирах с разными спальнями. Так надо.
— Ты производишь впечатление равнодушного и со всем смирившегося
человека. Это правда?
— Я почти философов (грустно улыбается). Но могу рискнуть ради спасения жизни
другого человека, которому угрожает смертельная опасность. А вот уехать в Америку
в разгар популярности, — это не самое рисковое предприятие. Популярность и деньги
приходят и уходят. Остается накопленный опыт.
— Исходя из своего опыта, можешь сказать, чего хочет женщина
от мужчины?
— Хотя бы на подсознательном уровне, но женщина хочет найти в мужчине источник
комфорта. Физического, материального. Женщины
— существа одержимые. Их вечно бросает из крайности в крайность. Хорошо, когда
мужской и крепкий характер стабилизирует женщину. Мужчина должен быть психологом
и помогать женщине преодолеть ее болезненные колебания. — А чего хочет мужчина
от женщины? — Все мужчины такие разные. Каждому свое… Мне важно, чтобы женщина
могла бы понимать мое чувство юмора. Мы всегда шутим только там, где нас могут
понять. Там где мы не уверены, что нас поймут, мы не шутим.
— Ты жил в России, Лондоне, Лос-Анджелесе. Где самые красивые
женщины?
— Я согласен с тем мнением, что англичанки далеко не самые красивые. Я не был
в Чехословакии, говорят, там очень красивые женщины. Мне нравятся женщины российские.
В них еще остались черты аристократии. А вот женщины в Лос-Анджелесе — с удивительным
чувством юмора.
—
Тебе сны снятся?
— Да! Буквально вчера во сне ко мне пришла волшебная медсестра. Она прикоснулась
ко мне и констатировала факт: организм омоложен. Я проснулся и вправду почувствовал,
что все клеточки моего организма сразу раз — и поменяли свою структуру.
— А вещие?
— Если мне сон нравится, то я сам делаю его вещим. Вот, например, из последнего.
Только это не мне приснилось, но про меня. Одной приятельнице приснилось, что
я на водительском сидении еду на крыше автобуса. За рулем автобуса ехать, считается,
к успеху, а вот над рулем — к нереальному успеху. Я к этому и приближаюсь. Успех
просто сваливается на меня.
— Твой самый сумасбродный поступок?
— Его я совершил от избытка чувств
в молодости. Я хорошенько напился и пошел на трамвайную остановку. Вспомнил строчку
Маяковского: «поцелую в умную морду трамвая». Вот и решил побежать ему навстречу.
Очнулся уже в больнице. Потом меня долго приводили в порядок, зашивали лицо.
— Что-то мы все про любовь и про любовь. Существует же какой-то
реальный мир вокруг тебя. Что, например, ты можешь сделать по дому?
— Очень мало. Готовить я вообще не умею. Разве только овсяную кашу сварить. Я
могу есть ее и не только на завтрак. Я очень люблю каши. Впрочем, при моей фамилии
это вполне естественное явление.
— У тебя дома есть домашнее животное?
— Один раз в ванной паучка видел. Хочу завести еще кого-то, но не скажу. А то
люди сразу начинают заботу проявлять, дарить. С этим лучше не шутить.
— Намекни, оно на тебя похоже?
— (смеется)
Я похож на коня-тяжеловоза. Его в поле поставят пахать, и он будет
пахать, пока его не остановят. А еще мне говорят, что я похож на свой знак зодиака
— рыбы. Я всегда ищу, где лучше, теплее и интереснее. К тому же я скользкий, быстрый
и изворотливый, и меня фиг кто прихватит. Меня просто так, без подготовки, на
крючок не поймать. Вот и сейчас от ответа ушел!
—
Жизнь артиста кочевая, к тому же ты часто меняешь местожительство. Сколько надо
времени на переезд, и что первое кладешь?
— Смотря куда переезжаю. Если на гастроли, то кидаю документы, а если из
города в город жить, то словари. У меня их много: синонимов, омонимов, антонимов,
словосочетаний, ударений, окончаний. В каждом словаре огромное количество моих
собственных замечаний и пометок. У меня там записаны рифмы, словосочетания, которые
пришли как-то, но сразу не пригодились.
— Кроме сочинительства, тебя что-то увлекает?
— Шахматы. У меня рейтинг — 2,5 тысячи. 4 тысячи — это высшее, у шахматных чемпионов
— по 3,5 тысячи. В Питере и перед концертами я играю со своим басистом, а так
со своими друзьями. Дома с компьютером.
— Это член семьи?
— Я не могу без подобной техники. У меня дома три компьютера. Один интернетный,
второй музыкальный, третий для «word».
— Есть мечта?
— В детстве я мечтал стать тем, кто я сегодня. А теперь я не мечтаю. Хочу, чтобы
все так и оставалось.
