Интервью, Искусство

18 марта

Режиссер-хореограф Екатерина Стегний: «Conmunity — это сериал-исследование о современном танце»

"Conmunity — это исследование российского современного танца в киноформате", — говорит Екатерина Стегний.

автор Елизавета Федорова

4 210

Ситкомы, ромкомы, ретро-драмы, детективы — современному зрителю доступны десятки жанров и форматов сериалов. А как насчет сериала-исследования о современном танце?

Даже если отечественное кинопроизводство такого жанра пока не знает, его можно изобрести! Так решила московский хореограф Екатерина Стегний, автор идеи и режиссер-хореограф многосерийного документально-художественного фильма о современном танце в регионах России.

Как звучит танец в каждом городе и что на это может влиять? Являются ли люди, которые танцуют, продолжением урбанистической архитектуры? В чем общность и единство танца в разных регионах? Ответы на эти и другие вопросы Екатерина вместе с командой проекта ищет в сериале Conmunity, каждый эпизод которого посвящен сцене современного танца в одном из российских городов.

Проект стартовал в 2021 году, в свет уже вышли серии о танце в Калуге и Иванове.

Подробнее о концепции проекта и о планах на ближайшее будущее Екатерина Стегний рассказала редакции Клео.ру в дружеской беседе.

Как пришла идея создать Conmunity? Звучит как очень новое начинание.

Я думаю, идея родилась в результате комплексного влияния событий в моей жизни.

Окончив магистратуру ГИТИСа в 2015 году, я начала ездить по городам России, участвуя в фестивалях по приглашению. Было сложно не заметить отличительные особенности танца в разных регионах. Мне стало интересно исследовать, что на это влияет. Вдохновением также послужил документальный фильм о представителях французского танца, которые приезжали в Россию на рубеже 1990-х и 2000-х гг.

Еще в то время я преподавала подросткам, хотелось передать им частично свои ощущения относительно того, что происходит в различных регионах с искусством танца. Тогда я подумала, что через образную картинку на экране это выразить будет проще всего.

Постепенно пришел инсайт, что хочу снять сериал, но я понятия не имела, как это делать. Чтобы разобраться в нюансах съемочного процесса, я пошла учиться на курсы по режиссуре музыкального видео. Специфика кино требует внушительных технических знаний и включения, а я все же большую часть времени уделяю хореографии. Поэтому сейчас со мной в команде работают профессиональные режиссеры и операторы, в первых двух сериях это Ольга Крамская и Татьяна Матвеева. В Иванове аэросъемку делал Александр Смирнов. Также нам помогает замечательный композитор Андрей Петрушенков.

Первой точкой проекта на карте России стала Калуга, скоро выйдет серия о современном танце в Иванове. Как вы определяете географию проекта?

С одной стороны, география проекта — дело случая, с другой — она отражает интерес к новым очагам развития современного танца в России. И в Калуге, и в Иванове недавно появились профессиональные труппы, в обоих городах проводится большое количество фестивалей и образовательных проектов, а их руководители открыты к сотрудничеству и помощи в организации съемок.

Продолжительность каждой серии мы решили делать до 30 минут. Если снимать, например, в Екатеринбурге, Санкт-Петербурге или Москве, одной серии такой продолжительности точно не хватит. Пока вопрос, как снимать о танце в больших городах. Возможно, формат сериала, нацеленный на процесс исследования, в этом нам поможет. Он также дает право затронуть всего несколько фокусов внимания и говорить как об уникальности местного сообщества, так и о развитии современного танца в целом.

Где можно увидеть серии Conmunity?

Трансляция сериала велась на фестивалях «Танцсоюз», «Проба», «Дэнсхэлп», «Первая фабрика авангарда» и «Код: Провинции». Кроме того, Conmunity показывали на Петербургском международном образовательном форуме и в Доме культуры «ГЭС-2». 15 марта жители и гости Иванова смогли увидеть вторую серию в рамках молодежной платформы «Лампочка».

Также мы придумали онлайн-формат для всех желающих. Временно открыт доступ к просмотру за благотворительный взнос. Все вырученные средства пойдут на съемку третьей серии.

Кто может принять участие в съемке сериала? Насколько близкую степень знакомства с современным танцем подразумевает участие?

Нам интересно рассматривать как деятельность профессиональных сообществ и институций, так и самодеятельное творчество в области современного танца. Выбор также зависит от того, кто открыт к общению и съемочному процессу. На продакшен одной серии в среднем уходит от полугода до года. Поэтому для меня важно выбирать места, которые вдохновляют.

В предыдущих сериях съемка проходила на локальных фестивалях. На них съезжаются хореографы из разных регионов и таким образом происходит разговор о современном танце в контексте российского сообщества. Интересно и у зрителей спрашивать про их ощущения и мысли, но пока в монтаж общение такого рода не вошло.

Какие выводы о состоянии современного танца уже удалось сделать на основании отснятого материала? Например, прослеживаются ли связи между сценами современного танца двух городов, Калуги и Иванова?

У нас нет цели делать выводы о состоянии современного танца на основании отснятого материала. Скорей мы фокусируемся на том, что видим. Есть желание вовлекать других людей в искусство хореографии, делиться с подрастающим поколением – в том числе, живущим в разных регионах. Есть желание профессиональной коммуникации с танцевальным сообществом.

Посмотрев две серии Conmunity, кто-то найдет ответы на свои вопросы, кто-то воодушевится, чтобы начать танцевать и изучать движение. В любом случае, сериал дает возможность «познакомиться» с танцевальной средой и ее участниками. Для меня это ценно.

Планируете ли вы адаптировать сериал для международной аудитории, зарубежных конкурсов и премий?

Хорошая мысль. Наверное, когда мы отснимем еще несколько серий, важно будет об этом задуматься.

А как насчет выставок современного искусства, музейных архивов?

Мы открыты к участию в выставках, но пока не доводилось. Например, в Калуге недавно появился информационно-исследовательский центр «Танцсоюз», который будет заниматься архивацией российского современного танца. Думаю, что сериал Conmunity может попасть в архив центра в будущем.

Очевидно, что Conmunity имеет потенциал привлечь внимание к российскому современному танцу. Какие еще цели вы ставите перед собой как автор?

Одна из целей – образовательная. Дать возможность зрителю услышать разные мнения о том, что же такое современный танец, познакомить его с региональными особенностями. Во-вторых, это децентрализация фокуса внимания. И третья цель – зафиксировать моменты текущего этапа развития танца.

Команда проекта Conmunity:

Екатерина Стегний – автор, режиссер-хореограф

Ольга Крамская – режиссер, оператор, режиссер монтажа

Татьяна Матвеева – звукорежиссер, колорист

Андрей Петрушенков – композитор

Возрастное ограничение: 12+

Интервью, Искусство

12 сентября

Художница Екатерина Попова-Гамаюн: "Рождение города, на мой взгляд, похоже на рост дерева"

Клео. ру побеседовал с Катей о сдвигах реальности, Золотом кольце и шедеврах на лопатах.

автор Татьяна Бутурлина

132

Пожалуй, одной из самых необычных арт-лабораторий фестиваля «Русский Кот», прошедшего в Москве этим летом, стал проект московской художницы Екатерины Поповой-Гамаюн. По задумке автора, ее интерактивная инсталляция «Лики Золотого кольца. Сдвиги реальности» становилась своеобразным виртуальным путешествием по шести «золотым» городам России. Вращая двухметровые деревянные кубы, зрителям предлагалось самим «составить» код города, например Владимира, Ярославля или Костромы, исходя из личных предпочтений и бывших туристических воспоминаний. В следующем году турпроекту «Золотое кольцо» исполнится 60 лет, так что, как говорится, Катя попала в «волну».

— Кстати, а почему «Лики». Что вкладываешь в это понятие в данном золотом городском контексте?

— Ну, здесь все просто. У каждого города есть свой образ – лик, по которому он, собственно, сразу узнаваем. Рождение города, на мой взгляд, похоже на рост дерева: так же укореняется в точке, где пространство особенно пропитано энергетически, растет, разворачивается в пространстве, обретая индивидуальность. В дальнейшем каждый город проходит свой путь, имеет свою судьбу, порой печально кончает забвением. Особенно чуткие к атмосфере люди начинают резонировать с духом места, их лики тоже на наших кубах.

— Кать, такой образ больших вращающихся кубов — откуда идея возникла?

— Мне всегда было интересно работать не только с холстом, но и с самыми разными необычными материалами, объемами и плоскостями. Помню, в конце 90-х, когда я оказалась в Лондоне, то открыла там для себя новое художественное направление — «паблик-арт», — захватившее меня по итогу целиком и полностью. Тема городских пространств, которые становятся холстом, а случайные прохожие — твоими зрителями, показалась безумно увлекательной и нужной.

Возвратившись в родную Москву, я сразу стала популяризатором данного течения, реализовывала разные городские проекты, например, у меня была «Лавка мира». А сама тема кубов возникла в моем творчестве еще много лет назад на фестивале «Яркие люди». Тогда у Третьяковской галереи я рисовала на кубах портреты наших любимых классиков от Толстого до Пушкина. Так что, когда мне предложили поучаствовать в летнем фестивале, то я всегда «да», как вы понимаете.

— А как выбирались города? Исходя из личных предпочтений?

— Я как особо заядлая путешественница обожаю ездить по стране, в последние годы маршруты, по понятным причинам, по нашим городам в основном. Золотое кольцо в первой его версии объездила все, конечно. Бывала во всех изображенных городах не раз и по кругу. Так что изучила их «лики» достаточно.

Я как художник научилась воспринимать городские и природные пространства по-своему, они для меня живые. Могут наполнять, вдохновлять, ну или, кстати, наоборот, разочаровывать. И, попадая в какой-нибудь город, я не стремлюсь сразу расставить галочки «вот здесь побывала, все достопримечательности увидела», нет. Мне важнее прочувствовать город, подышать его воздухом: чем живет, чем наполняет своих жителей, что показывает, скрывает. И здесь – да, я выбрала шесть самых ярких, на мой взгляд, городов. С секретами и особой душевной энергетикой.

— А что за секреты?

— У каждого города есть скрытый аспект, тайная жизнь. И такой секрет я постаралась «вшить» внутри куба. Каждая конструкция имеет свою секретную дверцу, которую было можно и нужно раскрыть. Ну, как яркий пример — Владимир с его официальной визитной карточкой Золотыми воротами. Они, на самом деле, исчезли еще во времена татарского нашествия и до сих пор не найдены. Секрет Ростова Великого — это, конечно, птица с человеческим ликом Гамаюн. Мне, как понимаете, она особенно откликается. Посланница тайного знания, сидящая на ветвях райского сада, увидать который суждено не всем. Или Суздаль. Его главный скрытый символ — «русский Нострадамус» монах Авель. Он был заточен в Спасо-Евфимиевом монастыре, который сегодня является чуть не главной достопримечательностью Суздаля.

— У вас же еще был недавно был проект интересный «Шедевры на лопатах», где в качестве холста служили старые лопаты.

— Это один из моих любимых проектов — «100 портретов. Творцы на лопатах», — с которым я много где выставлялась. В июне 2024 я их показывала в «Мелихово», затем в «Царицыно», в «Мураново», в усадьбе «Воронцово», а недавно, этим буквально летом, экспонировались в тверском Ботаническом саду.

Всё случайно, кстати, началось. Просто увидела на даче ржавую лопату, но под определенным углом и нужном освещении вдруг поняла, что на меня «смотрит» лицо. В разводах ржавчины, в каких-то углублениях я «прочитала» глаза, нос, губы. Идея пришла незамедлительно. Я сразу вспомнила про великих садовников мира, украшавших все вокруг своим искусством. И первым портретом на лопате стал ландшафтный архитектор, автор королевских садов и парка Версаля, собственно, человек, который бесповоротно повлиял на мою судьбу, вдохновил творчеством на то, чтобы я пошла учиться на ландшафтного дизайнера, — Андре Ленотр. Вторым стал французский путешественник первой половины XIX века, географ и ботаник Жак Эме. Ну, и после них тема портретов на лопатах не прекращалась: Тютчев и Гоголь, Куприн, Чехов, Пушкин, Чайковский. Порой герой сам «просился» на лопату. Так появились Дмитрий Менделеев, Лев Толстой в цвете молодой листвы, Антон Чехов, который не только написал пьесу «Вишневый сад», но и создал садовый рай в «Мелихово». Собирать для меня лопаты подписались все мои друзья и знакомые, так что рабочий материал неисчерпаем.

— Ну и по планам. На что дальше смотрите?

— Планирую и дальше развивать тему Золотого кольца. Наш проект неожиданно оказался очень своевременен и востребован. Так что в преддверии юбилея будем и дальше двигаться по городам. Еще появилась идея переработать проект и сделать из него детский конструктор-игру. Чтобы дети могли собирать кубики-образы и расписывать их, узнавая историю города. В целом эксперименты любого плана – это мое. Каждый эксперимент – бесценный опыт и новая ступенька.

Фото: личный архив Екатерины Поповой-Гамаюн / Илья Белогуб

Источник: Клео.ру