Актриса Елена Ксенофонтова: «Я больше не ищу счастье – я его создаю»

Звезда сериала "Кухня" – о мудрости, понимании жизни и счастье.

автор Катерина Кулагина

В кинотеатре «Москва» состоялась светская премьера романтической драмы, основанной на одноименном романе – бестселлере 2019 года Колин Гувер «Сожалею о тебе». Книги этой известной писательницы, покорив читателей  всего мира, вошли в топ бестселлеров New York Times, а предыдущая экранизация ее романа «Все закончится на нас» стала хитом, собрав в мировом прокате более 350 миллионов долларов. Кстати, именно со съемками этого фильма связан скандал с Блейк Лайвли и Джастином Бальдони.

Среди первых зрителей «Сожалею о тебе» была и известная актриса театра и кино, заслуженная артистка России Елена Ксенофонтова, которая отметила, что давно не выбиралась на светские мероприятия. Звезда сериала «Кухня», которая в декабре отметила свой 53-й день рождения, призналась, что к ней пришла мудрость, а вместе с ней и понимание, что жизнь дана для того, чтобы научиться любить и быть счастливой. Сегодня Елена – свободная женщина с двумя взрослыми детьми, она служит театру и снимается в кино, а еще обожает декорировать елки, причем не только для себя, но и для своих звездных друзей и знакомых. 

– Елена, вас действительно крайне редко где можно на светских раутах увидеть. Чем сегодня вас заинтересовало мероприятие?

– Шла на роман, я читала книгу Гувер и в предвкушении. «Сожалею о тебе» – чистейшей воды мелодрама, и у меня чудесное, соответствующе настроение. А то, что перед новым годом пропала, то я, как любая «елочная фея» наряжала кучу домов, и свой в частности, авторскими елочками. Признаться, никогда не рассчитывала, что мое хобби станет постепенно, как сейчас, перерастать в настоящую профессию. Все делалось по любви, с интересом и только для себя. Изначально у меня не было такой цели доказать, что я способна сделать из новогодней елки произведение искусства. А потом вдруг заметила, что получается-то неплохо. Друзья, родственники – все заценили, и вот я и решила делиться креативом с людьми. Сочиняю саму идею наряда будущей елки, продумываю цветовую гамму, подбираю авторские игрушки. Вообще, Новый год, Рождество – мои самые любимые семейные праздники, на которых традиционно много украшений, подарков. И конечно, происходит волшебство с обязательным загадыванием желаний.

– Вы успешная актриса, полюбившаяся многим по сериалам «Кухня», «Отель Элеон». А что с кино, с сериалами в 2026-м?

– Пришло время, когда я стала сильно фильтровать приходящие предложения. Лучше я вообще не буду или крайне редко буду появляться на экране, чем соглашаться на все подряд.

Не имею права позволять себе то, что раньше могла. Моя профессия – это проверка на устойчивость. Быть счастливым и принципиальным здесь очень сложно. Было время, когда я мечтала о каких-то ролях, о карьере, сейчас же больше о простом человеческом счастье.  

– Посыл данной киноистории – «когда жизнь тянет на дно, только любовь дает крылья и силы жить дальше» – вам близок?

– В жизни у меня были очень разные ситуации: и насилие, и болезни, и измены любимых. В детстве я жила в Казахстане, и порой было страшно даже на улицу выходить, казалось, что процентов на 80 весь мир был против тебя. Но все это я прошла, преодолела, не теряя веру в себя, находила эти крылья – не упасть. Вообще, детская психика старается в себе все как-то переработать, найти эту «суперсилу» жить. Сложнее потом, когда ты начинаешь взрослеть.

– И вы смогли в себе выработать «суперсилу»?

– Безусловно. Это жажда жизни. И понимание того, что тот, кто там наверху, точно знает, зачем он тебя сюда отправил. И не тебе решать, когда уходить. Наш смысл жизни – в развитии, и все, что с нами происходит – события, люди, – не случайны. И надо все этапы пройти с честью, улыбочкой и идти дальше. Что мы формируем, какую энергию, то и получаем. Я поняла, что очень, очень, очень хочу жить, именно жить, в радости и легкости, и наслаждаться каждой секундой! Счастье – не в том, чтобы все было идеально, а в том, чтобы, пройдя через боль, остаться человеком. Я больше не ищу счастье – я его создаю. 

– А можете дать совет, как действовать в трудной ситуации?  

– Знаете, в жизни всегда найдется тот, кто скажет: «О, ты плох, ты не умен, не красив и совсем не талантлив». Вот поверьте мне, он такой же, как вы, хуже намного даже, раз такое говорит. Плюньте на таких. Если кого-то, например, смущают мои морщины, отвечаю: я их обожаю! Я полна сил и планов.

Не тратьте свое бесценное время на то, что не интересно, на то, что опустошает и обесценивает, на тех, кто не любит, не уважает, не ценит, не наполняет. Идите своим путем! 

– Вы, кстати, никогда не жалели, что выбрали такой путь – путь актрисы? 

– Наоборот, я часто думаю о том, какое счастье, что мне все еще позволено заниматься любимым делом. Порой задаюсь вопросом, а что бы случилось, отбери у меня мою профессию, не будь я актрисой? Нет, не умерла бы, конечно, но я бы истлела. Именно моя профессия помогла и помогает мне продержаться в самые трудные времена моей жизни. Именно она заставляет меня развиваться и не стареть. Я задействована в театральных постановках, где и материал, и существование на сцене, и актерский тандем – все радует.  Также в этом году выйдет фильм «Царевна-лягушка-2», где я играю маму Ивана. Премьера картины запланирована на март.

Архитектор и фотограф Елена Соловьёва: "Не хочу много производить и постоянно быть на виду"

Клео.ру поговорил с Еленой о кратковременной памяти, исчезающих ландшафтах и строительной романтике бытия.

автор Татьяна Бутурлина

Архитектор и фотограф Елена Соловьёва

Этим летом на культурной карте столицы появилась еще одна важная локация — ТОН-ЦЕНТР. Здание бывшего паровозного депо известного архитектора Константина Тона, расположенное в точке трех вокзалов на Комсомольской площади, сегодня отреставрировано и переосмыслено в качестве многофункционального экспозиционного пространства, концертной и театральной площадки. Одним из первых проектов Центра стала групповая выставка «Временные конструкции» с коллекцией краеведа Евгения Петрова, кинетическими работами Дмитрия Запылихина и арт-инсталляциями архитектора, художницы и фотографа Лены Соловьевой. 

Выпускница Института современного искусства Иосифа Бакштейна и лаборатории Александра Бродского Лена работает на стыке фотографии, инсталляции, видео и звука, исследуя сквозь оптику строительных процессов связь человека с живой и неживой природой. В этот раз Соловьёва представила архитектурную инсталляцию — ассамбляжи, где пространство стройки рассматривается как завуалированная среда обитания. В своих работах художница запечатлела привокзальную территорию кварталов, окружающих ТОН-ЦЕНТР, в период стройки и реставрации, показывая, что и в «строительно-повседневном» можно увидеть ускользающую красоту. Эта выставка — ее взгляд на то, как индустриальная среда перерождается, оставляя следы, которые продолжают жить.

Лена, можно чуть пробежаться по вашим сегодняшним работам, что вы представили? 

Это пять инсталляций – объектов, посвященных местам, которые люди привычно пробегают быстрее: привокзальные входы-выходы, какие-то строительные площадки, перетянутые сетками. Меня это, однако, вдохновляет на творчество. Все темы, связанные со строительством, реконструкцией исследую давно и с большим любопытством. По сути, все эти временные строительные конструкции, защитные ткани, проволочные ограждения — все это создает новый ландшафт, новые ситуации для жизни. Временный объект имеет «свою философию» — вскоре он будет разрушен, исчезнет, переродится во что-то большое, и память о нем сохраняю только я.

Для этой выставки я создала ряд очень больших работ-трансформеров, и все, что вы видите, – это фотография на фанере, ручная печать. Изначально планировала работать с цифрой, но потом приняла  решение пойти в мастерскую по аналоговой печати, делать весь проект на пленку. Ряд экспериментов привел меня к уникальной технике, с которой я теперь продолжаю работать. Вообще, моя цель погрузить зрителя в размышление об археологии форм, о культурном следе индустриального ландшафта.  

То есть зрителю предстоит «столкновение с незаметным»?

— Именно. Я бы даже сказала, что со «скрытым неизвестным». Практически все эти изображенные на фото места мы торопимся пройти как можно быстрее, но все равно подспудно все эти образы отпечатываются, остаются в нашей памяти как среда обитания. Дом, завешенный сеткой, через которую пробиваются металлические стержни и одновременно ветки сосны. Приоткрытое окно без стекол, над которым зависла рабочая ткань, так напоминающая рыболовецкую сеть. Я пытаюсь остановить момент, ищу в нем эстетику места. Это присутствие следа как размышление: как выглядит то, что обычно сокрыто многочисленными процессами созидания.

— Как вообще происходит этот процесс? Вы ходите с фотоаппаратом по местности и ищите «те самые места»? 

— Практически. Хожу, да, с фотоаппаратом, с телефоном, постоянно фиксирую, снимаю. В какой-то момент поймала себя на мысли: ведь если по каким-то причинам меня это все так волнует и вдохновляет, не заняться ли мне этим отдельно? Так родился мой первый художественный проект «Среда обитания». Он был также посвящен теме индустриального пространства стройки, рабочим процессам, которые я в течение многих лет документировала и собирала. Собственно, художественной практикой я вообще не так долго занимаюсь — лет шесть, наверное.

— Ваши работы-трансформеры, которые можно раскрывать, закрывать, варьировать по-своему… Это ваше ноу-хау?  

— Ну, по крайней мере, я больше такого не видела нигде. В этом проекте я использую такую технику впервые. Это решение родилось в процессе моей работы и стало важной частью этого проекта. С помощью трансформера можно менять ландшафт произведения, и работа становится пространственной композицией. Последний год вообще стал для меня временем открытий: многие новые техники и эксперименты, которые я осваиваю, становятся неотъемлемой частью моего художественного пути

— Архитектор в данном случае первичен?   

— Я называю себя междисциплинарной художницей и для меня важна и архитектурная, и художественная практика. Предметный дизайн также невозможно исключить из моей жизни. Фотография сегодня — один из интересных для меня медиумов, в которой я планирую и дальше развиваться. 

— По основной специальности архитектора еще работаете? 

— Я бы не сказала, что архитектура основная моя профессия, а эта дополнительная. Художественные проекты – осознанная часть моей жизни. Мне кажется, что, когда ты находишься долгое время в одной и той же профессии, просто необходимо ее чем-то свежим «разбавить» для поиска новых смыслов и идей. Для меня это современное искусство. А так проектов много. Сейчас работаю над архитектурными проектами нескольких петербургских отелей. Небольшими, но расположенными в исторических заданиях — это всегда трудная история, но очень вдохновляющая. Созвучная всему тому, что я делаю.

И последний вопрос: что дальше? Какой новый художественный проект? 

— Близкий этому, тоже касается исследования нашей среды обитания: из чего состоит интерьер, как он работает на наше ощущение.

Вообще, я работаю медленно. Не хочу много производить и постоянно быть на виду. Для меня важно иметь пространство и время для себя, для собственных мыслей и размышлений

Татьяна Бутурлина

Журналист

Фото: личный архив Елены Соловьёвой
Источник: Клео.ру