Клиники
Бен-Чхоль Хан своей книгой «Общество усталости» точно и уныло ставит диагноз состоянию социума, «Агонией эроса» вовсю кричит о необходимости изменений… На контрасте с ними, «Аромат времени» в духе восточной мудрости предлагает сначала оглянуться вокруг себя – и начать действовать… ничего не предпринимая.
Время – тончайшая из основных материй, наполняющих жизнь человека. Мы склонны неоднородно чувствовать ход времени в разные моменты жизни. Ценить время умеют единицы – большинству из нас его вечно мало. Последней проблеме философ Бен-Чхоль Хан посвятил свою работу 2009 года. Только дефицит свободного времени в ней он рассматривает не с позиции пресловутого тайм-менеджмента, а как симптом эпохи, на макросоциальном уровне.
По мнению Хана, в мире постправды, метамодерна (сейчас мы бы также добавили, в постпандемийном мире) отсутствует единый нарратив или хотя бы лейтмотив, который бы скреплял вокруг себя события, придавая смысл происходящему:
Вещи больше не держатся на той орбите, которая впрягает их в смысловую взаимосвязь. Так они распадаются на атомы и носятся в бессмысленном „гиперпространстве“
Периоду, в котором мы обнаруживаем себя сегодня, трудно дать самостоятельное название, не делая отсылок к тому, что уже было преодолено человечеством. На ум здесь приходит метафора белки в колесе, которая не может остановиться, равно как и бежать быстрее, ведь она и так сохраняет скорость из последних сил.
В одной из глав эссе Хан спорит о том, что эпоха ускорения осталась далеко за поворотом, а мы перешли к следующему этапу: пожинанию «плодов» своей бессмысленной акселерации. Живя от проекта к проекту, от больничного к отпуску, моментально загораясь новым и бросая начатое на полпути, люди разучились чувствовать «аромат» времени, а ведь у каждого жизненного мгновения он свой.
Изящное противоядие состоянию безвременности, которое предлагает мыслитель, это не просто замедление, а «созерцательное бездействие», в священные минуты которого мы будем заняты… ничем. Именно в такой ситуации, по Хану, к нам способна вернуться острота чувств, ощущений, а значит, и запахов (последним автор уделяет отдельное внимание, как наиболее связанным с моментами времени в памяти человека).
В подтверждение своей гипотезы, Бен-Чхоль Хан приводит несколько красивых примеров из мира литературы. В первом – герой рассказа Марселя Пруста «В сторону Свана» мгновенно вспоминает эпизоды из детства, надкусив пирожное «Мадлен». Бисквитное, в форме морского гребешка, лакомство получило известность благодаря французскому произведению – под «эффектом Пруста» мы сегодня понимаем способность физических ощущений «переносить» нас в те «самые» моменты наших биографий.
Другой пример, который цитирует Хан, – воспоминание из жизни писателя Роберта Луиса Стивенсона о «совершенных часах». В один поздний вечер на юге Франции Стивенсон скромно поужинал, полакомился шоколадом под рюмку коньяка и лег спать. Внезапно проснувшись, он выкурил сигарету, глядя в окно, после чего вернулся в кровать. Интересно, что именно эти бездеятельные полночные часы запомнились автору приключенческих романов на долгие годы.
Созерцательное пребывание дает время. Оно расширяет бытие, которое есть нечто большее, чем деятельность
Думается, если бы Хан писал «Аромат времени» лет на пятнадцать позже, он не преминул бы коснуться фильма Вима Вендерса «Идеальные дни» (18+). Жизнь протагониста, уборщика общественных туалетов по имени Хираяма, в начале картины прекрасно иллюстрирует то, что пытается донести до нас мыслитель. Повседневная рутина главного героя наполнена вниманием к каждому моменту, среди них – шелест бумажных страниц, трескучие записи любимых рок-мелодий, вьющиеся побеги японских кленов. Всё это способно сделать нас если не абсолютно счастливыми, то наполненными. А с этого, по Хану, и начинается жизнь, источающая аромат.
Возрастное ограничение для всех книг из серии философских эссе Бена-Чхоля Хана: 16+
