Есть
такой старый и несколько злобный анекдот: молодой человек подходит к девушке около
памятника Пушкину и пытается познакомиться: «Девушка, Вы — москвичка?» — «Да,
а шо?», «А как Вас зовут? — Халинкой…».

При всей сложности взаимоотношений
жителей столицы и периферии, вопрос остается открытым, потому что стандарт общения,
способ мышления и стиль жизни привносится не только из голливудских фильмов и
мексиканских сериалов, но и из российской глубинки. Из
той глубинки, где жизнь, в ту или иную сторону, но очень отличается от столичной…

Сюжет любимого фильма женщин всех поколений «Москва слезам
не верит» уже много лет не стареет. Все так же едут в столицу девушки всех видов
и мастей в поисках хорошо оплачиваемой работы, качественного образования, лучших
мужчин и сказочной жизни. Иногда приезжают за всем этим добром вместе взятом,
иногда — исходя из наиболее актуального. Сплошь и рядом встречаются пробивные
Людмилы, знакомящиеся с мужчинами в читальном зале Ленинской библиотеки, несколько
реже — застенчивые Тони, скромно утыкающиеся носом в плечо потенциального мужа,
и матери-одиночки Кати, днем вкалывающие на производстве,
а ночью рыдающие в подушку. Все так же едут в Москву в надежде на лучшую жизнь…
Но надежда на лучшую жизнь часто сменяется надеждой на легкую жизнь. А легкой
жизнью многим провинциальным барышням кажется приобретение статуса москвички путем
охмурения местного мужичка под лозунгом «нет ли лоха в своем отечестве?». Еще
Островский устами одной своей героини говорил: «Кажется, рада бы первому встречному
на шею броситься, хоть бы плохонький какой, лишь бы из беды выручил, из дому взял».
Не все провинциальные барышни читали классиков подробно, но если бы ознакомились,
были бы, наверное, удивлены, что юные и не очень девы из поколения в поколения
тянутся к столичной жизни…

Обобщения часто приводят к громким,
но пустым словам. Бессмысленно твердить о том, что да, такая проблема существует.
Да, сложный период, и не везде есть работа, и не всегда она оплачивается, и хорошее
образование получить проблематично, и незамужняя двадцатитрехлетняя девушка, чем
дальше она от крупного города, тем чаще считается безнадежной старой девой, и
муж, держащий в руках книгу, а не бутылку — раритет, и много чего еще. История
складывается из личностей. Из каждой отдельной судьбы…

Так
вот, в одно прекрасное или не очень утро, грохочущий поезд привез на вокзал возвращающихся
домой уставших москвичей и предвкушающих новые радости гостей столицы. Из вагона
вышла Тамара, приехавшая из Орловской области, полная надежд на иную, похожую
на сюжеты западных фильмов, жизнь.
Она поймала такси и отправилась к родственникам, которые приходились ей седьмой
водой на киселе. Поразмыслив недельку, она решила, что вариантов у нее три: по-быстрому
выскочить замуж за московско-подмосковного кандидата, найти не очень обременяющего
спонсора или, на худой конец, заключить фиктивный брак для получения постоянной
регистрации и статуса москвички. Определив таким образом план, она начала действовать.

Тамара познакомилась с подмосковным отроком, взращенным на
чистом деревенском воздухе и родительских запретах. Она была старше его на три
года, хозяйственна, сообразительна и имела некоторый жизненно важный эротический
опыт. Пройти мимо женщины «кровь с молоком» он не мог. А Тамаре он показался
очень даже милым, — и в перспективе ей виделся брак, причем как союз двух сердец,
а не компот из двух «прописок». Год в гражданском браке прошел в мире и согласии,
и Тамара уже с умилением смотрела на будущих свекровь
и свекра, которые души в ней не чаяли. Если бы не одно «но». Муж начал пить. Так,
как до сих пор пьют после рабочего дня с друзьями, родственниками, соседями и
другими хорошими людьми в небольших населенных пунктах. Сначала слегка, потом
с бесконечными походами в магазин, потому что «не хватило», а затем Тамара отгружала
мужа спать, снимала с него ботинки, а утром кричала и плакала. И сия мелодрама
была бы даже не так страшна, мало ли, еще и не так живут, если оторваться от привычного
столичного быта и взглянуть на голую традиционную реальность, если бы Тамара не
забеременела. И тут, жалея себя, она
снова вспомнила свои наполеоновские планы по освоению Москвы. Родила девочку,
назвала ее модным на сегодня именем Настя и, оставив ребенка на временное воспитание
родителям спивающегося и гуляющего по бабам мужа, отправилась из Подмосковья в
столицу.

В Москве она вернулась к дальним родственникам, устроилась
работать в текстильный отдел крупного магазина и встретила неплохо обеспеченного
«попечителя». Подругам она рассказывала историю знакомства с удивительной наивностью:
«Ой, девчонки, с таким мужиком познакомилась. Спортсмен, бизнесмен, доброй души
человек. В кино были, фильм смотрели про инопланетян. В ресторане — крабов ели.
Утром просыпаюсь, а на тумбочке — деньги и его визитка. Просто так взял и оставил.
Представляете?..». Подруги недоуменно
пожимали плечами, а между собой гадали, Тамара их держит за полных идиоток или
и правда верит в то, что говорит?!..

С «попечителем» Тамаре
жилось неплохо. У него были деньги, высшее образование, жена и брезгливая неприязнь
к вранью. Тамара его привлекла бесконфликтностью, нетребовательностью и тем, что
никогда не демонстрировала к нему несуществующей страсти. Их отношения напоминали
сделку, но сделку честную. Через пару месяцев она переехала в однокомнатную квартиру,
через полгода привезла к себе дочку. Наняла ей няню. Забыла про общественный транспорт
и ездила только на такси. Научилась пить текилу, играть в боулинг и отличать качественное
кино от не очень. Все бы ничего, но Тамаре хотелось стать полноправной москвичкой,
чтобы не только найти, наконец, другую работу,
но и в будущем избавить Настю от проблем провинциалки. Без постоянной регистрации
она себе это не представляла.

Тамара решила заключить фиктивный
брак и получить законный статус москвички. В какой-то момент от этой авантюры
ей даже захотелось вернуться на родину, в Орловскую область, но такое возвращение
казалось ей большим жизненным поражением. Жалобно смотреть в глаза бывшим школьным
подругам ей не позволяла гордость, время и силы, которые она потратила на освоение
новых земель.

Часто цель затмевает не только выбор средств,
но и все остальное. Говорят, что Москва засасывает, и московский образ жизни действует
как наркотик. Единожды попав в столицу, почти никто добровольно не хочет возвращаться
в провинцию. Остаться в ней становится делом чести. Плюсы лежат на поверхности,
а минусы не замечаются.

Например, те, что в Москве не самый
экологически чистый воздух, что из дома на работу можно добираться часами, что
количество равнодушных людей здесь очень велико — можно упасть, и никто не поднимет.
До поры до времени не замечается, что по сравнению со многими другими городами,
Москва — это город душевного одиночества…

Через знакомых Тамара начала искать «фиктивных» мужей. Не
секрет, что такой бизнес в Москве существует, есть свой рынок, со своим спросом
и предложением, с четко установленными расценками. Первых двух кандидатов Тамара
«взять в мужья» побоялась. Они показались ей не вполне адекватными и способными
на непредвиденные действия. От вселения к ней в дом и раздела имущества до претензий
на ребенка и требований о выполнении супружеских обязанностей. Третий кандидат
был благообразного вида дедок, который, приобретя фиктивную жену, получил, как
говорят в рекламе, солидную прибавку
к пенсии. Тамара до «свадьбы» видела его всего дважды, но он так чем-то напоминал
ее дедушку, что она начала приезжать к нему в гости время от времени, болтать
за чаем и убирать квартиру. О том, что, реши она выйти замуж по-настоящему, ей
придется проходить всю утомительную процедуру развода, она пока не задумывалась.

Став москвичкой, Тамара сменила место работы, устроившись
секретарем, отдала Настю в дорогой частный детский сад и впервые за несколько
лет расслабилась. Цель была достигнута. Но жизнь вдруг стала пустой. Стремиться
было не к чему. Появилась усталость и мысль о том, что за все эти годы у нее не
было близких людей, простого человеческого тепла. Она думала о том, что до сих
пор не встретила свою любовь и задавала себе вопрос, возможно ли еще это. Тамара
смотрела на дочку и утешала себя мыслью, что все это — ради нее…

Безусловно,
у провинциалок есть чему поучиться, — настойчивости, целеустремленности, активности
и несгибаемости в желании добиться своей цели. В условиях жесткой конкуренции
они зачастую оказываются более жизнеспособными, чем многие московские барышни,
выращенные порой парниковым способом. Но не стоит забывать о том, что в жизни
есть главное, а есть второстепенное. И неважно, москвичка
или нет счастливая женщина. Ведь счастье — понятие, не зависящее от географии…