Сергей Лазарев – один из самых скрытных российских певцов. Пока другие крутят романы направо и налево, он чаще всего появляется на вечеринках в одиночестве. И тщательно обходит тему личной жизни в интервью. В ближайших планах у певца выпуск третьего сольного альбома, возвращение на сцену в качестве актера спектакля «Одолжите тенора», участие в благотворительном проекте «Global One». А пока сингл «Lazer Boy», записанный Сергеем Лазаревым совместно с Тимати, начинает свое триумфальное шествие по радио и телеэфирами страны.
Блиц-опрос «Клео»
Дружите ли вы с Интернетом?
Да.
С каким животным вы себя ассоциируете?
С воробьем.
Было ли у вас в детстве прозвище?
Лазер.
Каков ваш психологический возраст?
32.
Вы сова или жаворонок?
Что-то среднее.
Есть ли у вас талисман?
Нет.
Как вы снимаете стресс?
Напиваюсь.
Где провели последний отпуск?
В Майами.
Какая мелодия стоит у вас на мобильнике?
Классическая.
Ваш любимый афоризм?
Под лежачий камень вода не течет.
Сергей Лазарев, вы играете в театре, участвуете в каких-то телепроектах, гастролируете – как же вы все успеваете?
Я стараюсь не смешивать все вместе. Когда в театре был период подготовки, я занимался только им. Когда спектакль вышел, у меня появилось четкое расписание: даты, в какие дни я играю, а остальное время освободилось для чего-то другого. Все зависит от того, умеешь ли ты планировать время. Я планирую каждый день по часам, даже выходные. Такого, чтобы я встал утром и не знал, что мне делать, не бывает. Когда я в Москве, я четко знаю, когда у меня спортзал, когда интервью, во сколько встречи, съемки. И, если я берусь за определенный проект, я за несколько месяцев просчитываю, смогу ли вытянуть этот проект, или нет. Когда мне, например, поступило предложение поучаствовать в шоу «Две звезды», я отказался, потому что понял, что физически не смогу этого сделать – у меня планировался большой гастрольный тур, и я не мог его отменить.
Если уж участвовать в соревновании, нужно стремиться к победе. А выбыть, мотивируя это тем, что у меня гастрольный график… Для меня любое соревнование, конкурс – это серьезно. Во всяком случае, если не победить, то сделать все возможное для победы.
Я приучил своих фанатов и людей, с которыми я работаю, что все должно быть по высшему разряду, на уровне. Я уже так задрал планку, что с каждым разом все тяжелее и тяжелее ее поддерживать. Какой-то небольшой ляп, минус, который может присутствовать в любом выступлении, воспринимается мной как трагедия. Я максимум времени провожу в студии или занимаюсь делами.
Сергей Лазарев, буквально на днях видела ваше фото с Уитни Хьюстон. Вы с ней познакомились?
Здесь все было понятно: она мировая дива. Несмотря на то, что меня ей представили как российского «суперстар», я прекрасно понимаю, что в ее масштабах моя популярность слегка «тухнет». Но она была очень приветлива, она поздоровалась, поинтересовалась, как у меня дела, сфотографировалась со мной, улыбаясь совершенно искренне, и пожелала приятно полета – я собирался на самолет.
Она вас не разочаровала? Ведь иногда суперзвезды при личном общении оказываются совсем не такими, какими мы их себе представляем…
Я прекрасно понял, что докучать ей каким-то разговорами не стоит: когда артист отдыхает после какого-то концерта (а это было после концерта), он очень опустошен. И, если он соглашается сфотографироваться с тобой, нужно только сфотографироваться и уйти. А мне итак удалось завязать с ней какой-никакой разговор, несмотря на то, что рядом с ней была дочка и много других людей из ее команды. А вот в наших, российских звездах разочаровываться приходится частенько. Особенно это касается людей, которые только что появились в шоу-бизнесе, только взлетели. Им кажется, это будет всегда, они думают, что их единственная песня, которая на данный момент звучит из каждого утюга, будет хитом всегда. И что следующая песня будет встречена так же эффектно. А это зачастую совершенно не так…
Забавно порой наблюдать: когда ты встречаешь какого-то артиста (или группу), находящегося на пике популярности, который задирает нос и проходит мимо, не здороваясь с тобой. А через полгода, когда его карьера начинает «загибаться», он вдруг очень приветливо и радушно начинает с тобой общаться.
Я во взрослом шоу-бизнесе уже седьмой год, у меня в жизни были очень высокие взлеты, истерия девочек-фанаток, звездность (мы поймали «звездную болезнь» еще когда пели в дуэте «Smash!!»), а также были грандиозные падения. Нужно проще относиться к этим взлетам: все может измениться в один момент.
Сергей Лазарев, к падениям тоже нужно проще относиться?
К падениям я отношусь тяжело и очень их переживаю. Каждая моя неудача, которая, может быть, только мной расценивается как неудача, — это для меня проблема и повод для самокопания. Равнодушно относится к неудачам я пока не научился, наверное, это и правильно, потому что, когда человеку на все «положить», когда ему все побоку, то можно заканчивать карьеру.
А к «Фабрике звезд» вы как относитесь?
Это явление было во всем мире, и оно очень обесценило работу артиста, значимость его как личности. Людям внушили, что артистом может быть любой, что это не особо сложная работа. За тебя все делают: тебя привозят, сажают в инкубатор, красят, стригут, одевают, три месяца учат петь и выпускают на конвейер – пошла готовая звезда.
Людям вдолбили это в голову. Когда ты в интервью рассказываешь, как тяжело жить артисту, как много ему приходится работать, как сложно выдерживать все это, у простых людей возникает вопрос: и что такого тяжелого? Ты что, мешки грузил, что ли? То есть, нету понимания, что такое работа артиста, певца, в чем ее сложность. А сложность колоссальная: мало того, что это физический труд, тут еще и психологическая, моральная работа. Когда ты понимаешь, что ты находишься под колпаком, в каких-то рамках, зависишь от того, что о тебе напишут… Ты осознаешь, что не всегда можешь сделать то, что хочешь. Потому что есть общественное мнение.
Сергей Лазарев, для вас важно общественное мнение? Вы переживаете из-за того, что о вас пишут?
Смотря о чем пишут. Что касается слухов – мне все равно. Я никогда не рассказываю о своей личной жизни, и это вызывает дополнительный интерес. Чем дальше, тем больше. Мне уже интересно, чем это все закончится: наверное, тем, что меня припишут к зоофилам. Все эти безумные слухи рождаются исключительно из-за того, что у меня принцип: не показывать свою семью, свой дом, по крайней мере, если и показывать, то по минимуму.
Есть некоторые газеты и журналы, которые пишут исключительно в рамках того, что все должны показать свою спальню, туалет, душ. Это неправильно, на мой взгляд: я артист, обсуждайте мое творчество. Я даю для этого много поводов: выпускаю песни, делаю интересные театральные и цирковые работы — пожалуйста, масса того, о чем можно говорить помимо того, с кем я сплю, и как я моюсь в ванной.
Что касается прессы относительно моих концертов, альбомов, каких-то критических статей – это, конечно, меня интересует. Это важно, и мне хотелось бы, естественно, чтобы освещение всего этого было положительным. Но, к сожалению, музыкальных критиков в нашей стране почти нет, и, придя с презентации, журналисты обычно пишут не о выступлении, не о том, какой получился альбом, а какой был фуршет и кто из звезд пришел, насколько звездной была тусовка.
Часто гадости пишут?
Ну вот, например, недавно у меня прошел шикарный тур, были полные залы, с аншлагом прошел концерт в БКЗ Санкт-Петербурга, люди стояли на ушах, и что же? Об этом никто не написал! Но стоило одному концерту отмениться, да и то не по моей вине, как об этом написали все, растиражировали по всему интернету, что концерт был якобы провальным. Все это выставили в том свете, что на Сергея Лазарева не продаются билеты, никто на него не ходит. Людям интереснее покопаться в грязном белье и как можно больше пройтись по персоналии, унизить человека.
Сергей Лазарев, а родители переживают, когда видят такие статьи?
Переживают, в любом случае, они ведь обыватели. Сейчас, конечно, они не верят всему, что пишут конкретно про меня. Зато если в той же газете написана откровенная чушь про кого-то другого, мама спрашивает: «Сереж, а это правда?» Я говорю ей: «Мам, ну ты же читала в этой же газете ахинею про меня, как ты можешь в это верить?» Зато порой для родственников это еще одна возможность узнать, как у меня дела. (Смеется).
А кто ваш самый строгий критик? Мама?
Ей тяжело критиковать, потому что она понимает, что не разбирается в этом. Она говорит: «Я — как народ». Вот с точки зрения народного мнения мне очень интересно, что она скажет о той или иной песне. Первые, кому я показываю новые песни, — это моя семья. Происходит это исключительно на даче, за шашлыком. После определенного бокала виски я решаюсь показать всем мои новые песни. (Смеется). Это происходит очень весело, все дружно слушают, кто-то начинает критиковать, если первое время они все встречали с восторгом, то сейчас начинают строить из себя эстетов, музыкальных критиков. Что мне, бесспорно, очень нравится.
Вы – тщеславный человек?
Артист должен быть тщеславным, это абсолютно точно. В меру тщеславным, в меру амбициозным, в меру эгоистом. Нарциссизм присутствует – это правда. Но у каждого определения есть мера, границы, нужно будь чуть выше остальных, но не перегибать палку.
Сергей Лазарев, и где же эта граница между здоровыми амбициями и звездной болезнью?
Это сложное индивидуальное понятие. Очень многие поступки Земфиры можно выставить как звездность. Если половина наших артистов будет делать то, что делает она, их будут называть «звезданутыми». А у Земфиры это личность, это ее натура, индивидуальность. Здесь нельзя выработать одну формулу. Многие люди ведут себя вызывающе, но это их харизма, они в этом свободны. Поэтому границу провести сложно. И потом, зачастую, термин «звездная болезнь» употребляется людьми, которые за что-то обиделись на артиста: не дал автограф, не сфотографировался. Я тоже зачастую в свой адрес слышу абсолютно незаслуженное: «Зарвавшийся, зазвездившийся». А дело в том, что я просто проехал в машине мимо и не открыл окно. Или не сфотографировался с каждой фанаткой из тысячного зала.
У меня был совершенно потрясающий случай. Я отработал сольный концерт – он был просто гениальный, мы все были довольны, просто счастливы: музыканты, танцоры, декорации, овации. Зал стоял на ушах. И вот я бездыханный валяюсь в гримерке, а за стеной бушуют поклонницы. Они тарабанят в двери, отделяющие холл от гримерки, и орут: «Авторгаф! Автограф!» К ним подходят охранники и говорят, что, мол, автографов не будет, расходитесь по домам. И тогда я слышу из этой толпы голос взрослой женщины: «Как не будет автографа? А за что же мы деньги тогда платили?»
То есть люди, получив шикарный двухчасовой концерт, больше всего ждут какую-то закорючку! Они могут тем самым перечеркнуть все впечатления о концерте. Я уж думаю: может мне просто подписями начать торговать?
И что – много взрослых женщин-фанаток вас атакуют?
Очень. Но я думаю, что для многих мам я — отличный зять, они видят во мне именно зятя. Мне многие приносят фото своих дочерей.
Сергей Лазарев, с поклонницами у вас есть обратная связь?
Да. Во-первых, есть администрация моего фан-клуба — это девочки-поклонницы, которые в определенный момент мне очень помогли, сделали большую работу. Мы с ними общаемся, обсуждаем встречи с местными фан-клубами и так далее. Потом, у меня есть сайт, я на нем часто бываю, там есть форум, который каждодневно посещает множество людей. Что-то я читаю, выделяю талантливых людей и каким-то образом за ними слежу некоторое время. Все читать, конечно, невозможно: «Сережа постригся» и 80 страниц комментариев. Я читаю то, что касается моего творчества. Потом самым талантливым я могу предложить стать, скажем, модераторами форума, как-то помочь сайту.
