Кажется, они существуют только в приключенческих романах и боевиках — суперагенты Маши. Даже сегодня, когда в газетах нет -нет, да и мелькнет информация о том, что половина сотрудников британской контрразведки МИ-5 — дамы, что в Америке проходят скандальные процессы о дискриминации сотрудниц ЦРУ, а в антитеррорестической команде «Моссад» женщины успешно конкурируют с мужчинами, официальные лица наших доблестных спецслужб, делясь информацией 50-летней давности, явно намекают на то, что сегодня в России такой профессии, как разведчица, — нет. И надо заметить, не грешат против истины, потому что это действительно не профессия, а образ жизни — весьма специфический, требующий полной самоотдачи и жесткой дисциплины.

Между тем все разведки мира с удовольствием и весьма эффективно использовали и используют женщин в своем нелегком ремесле — выведывании всевозможных тайн. И не только потому, что слабый пол, как известно, силен своей слабостью, но и благодаря женской интуиции (у мужчин, увы, развита слабее), тонкости и глубине восприятия действительности, прекрасным актерским данным. Российская разведка — и это совершенно логично — не исключение.

На страницах первого тома уникального издания «Очерки истории российской внешней разведки», вышедшего в свет в 1996 году среди таких известных фамилий «помощников» спецслужб Российской Империи, как Панин, Барклай де Толли, Грибоедов, Менделеев, и многих других встречается и женская — графиня Ливен.

Жизнь жены военного министра графа Ливена и сестры знаменитого николаевского шефа жандармерии Бенкендорфа напоминает увлекательнейший авантюрный роман, и, невольно проводя аналогию с судьбами героинь Яна Флеминга и Грэма Грина, понимаешь: действительно, когда женщины раздеваются, мужчины рассказывают все.

Доротея, или Дарья Христофоровна Ливен, не отличались классической красотой, но ее острый ум и какой-то магический «шарм» (сильнейшее качество для разведчицы!) притягивали мужчин, как свет мотыльков. Это волевая и энергичная женщина была душой не только весьма узкого круга русской элиты, но и британской — ей пришлось прожить более двадцати лет в Лондоне вместе с мужем, послом при Сен-Джеймском дворе. Графиня пройдя азы дипломатии в Берлине, открыла в Англии блестящий салон, где бывали небезынтересные для российского государства политики и дипломаты.

Добрый десяток лет графиня Ливен была любовницей Меттерниха, и все это время министр иностранных дел русского императорского двора получал от Дарьи Христофоровны ценнейшую информацию. Секретный канал Доротеи — Меттерних — как правило, зашифрованные послания, вложенные аж в четыре конверта, — контролировал не только министр, но и сам царь Александр, обсуждавший с графиней вопросы внешней политики, и лично инструктировал ее.

Наверное, никто уже сегодня не сможет ответить на вопрос, о чем думала и что переживала графиня, когда ей было предложено забыть своего приятеля Меттерниха и завести новый роман — теперь с министром иностранных дел Англии Джоржем Каннингом, ключевой фигурой на политической арене начала 19-го столетия. Может быть, и не стоит задаваться такими вопросами, ведь нет занятия более опасного и неблагодарного, чем попытка разобраться в тайниках человеческой души.
Тем не менее и это деликатное поручение государя было выполнено — роман затянулся снова на добрый десяток лет. А «лебединой песней» этой удивительной женщины был Франсуа Гизо — историк и премьер-министр Франции.

Рассекреченные имена

Понятия «женщина в разведке», как утверждают знатоки, очень многоплановое уже хотя бы потому, что вовсе не означат обязательную службу в «ордене рыцарей без страха и упрека» — так иногда в шутку называют известное ведомство на Лубянке. Ведь женщины не только служат в разведке, но и работают с ней — на общественных началах (нередко из политических убеждений) или корысти ради (ведь информация стоит денег, и немалых). Но у всех очаровательных «агентесс», независимо от степени их участия в разведывательной деятельности, есть общее: они должны быть женщинами — ловушками, «хватающими» намертво.

К женщинам, официальным сотрудникам органов безопасности, предъявляются более жесткие требования, чем к просто к завербованным агентам-информаторам. Они должны, несомненно, иметь склонность к языкам, быть психически устойчивыми и, конечно же, самозабвенно служить государству — предательство в разведке считается самым страшным преступлением.

Особенно тщательно отбираются нелегалы — те, кому предстоит долгое время жить за границей под чужим именем и по фальшивым документам. «Женщина-нелегал — это штучный товар, каждая из них проходит подготовку по строго индивидуальной программе», — рассказывал один из сотрудников разведки, чье имя, как и все остальные, «не рассекреченные», мы, естественно, не называем. Вот как описывает этот подготовительный процесс полковник в отставке Галина Федорова в книге «Будни разведки». «Готовясь к командировке, мы активно совершенствовали иностранные языки, вживались в свои новые биографии, изучали правила использования оперативно-технических средств для поддержания связи с Центром: шифр, тайнопись, радиодело. Перед нами стояла задача прочно обосноваться в Австралии, найти подходящую работу добиться репутации добропорядочных лояльных граждан». Нелегалам нередко приходиться играть роль старожилов на самом деле совершенно незнакомых им мест и для этого изучать обычаи, кухню, говорить не просто на хорошем языке, а знать местные наречия. В их работе не так много романтики, как это можно себе вообразить после чтения приключенческого романа или просмотра супербоевика. Действительность гораздо прозаичнее, сложнее и опаснее. В случае ареста им грозит тюрьма, иногда — смертный приговор. И каждый день идет борьба за выживание.

Чего только не приходиться выдумывать нелегалам, чтобы выполнить задание Центра! Известная детская писательница Зоя Воскресенская, она же полковник госбезопасности в отставке Зоя Рыбкина, описала в своей книге «Теперь я могу сказать правду» вот такой случай: «Мне предстояло передать шифр для радиостанции, но как его провести? Я взяла кусок тончайшего белого шифона и приклеила кончики воздушной материи к листу бумаги, вставила это комбинированную прослойку в пишущую машинку и напечатала на ней шифр, порядок пользования им и условия работы радиостанции. Затем срезала углы шифона и сняла его с бумаги. Напечатанный текст оказался совершенно незаметным — прочесть его можно было, только наложив шифон на белый лист бумаги. Затем я купила два совершенно одинаковых галстука, распорола один из них и вырезала из его внутренности часть фланели, которая прилегает к шее. Ее-то я и заменила сложенным раз в восемь шифоном с текстом, напечатанном на машинке…»

Любовь — в дело?

Мы погрешили бы против истины, изображая разведчиц работающими, думающими только об интересах дела. Все они, прежде всего, женщины: симпатичные (некоторые просто красавицы!) невероятно обязательные, образованные, умеющие профессионально построить беседу и очаровать. Правда, личная жизнь многих из них складывается… мягко говоря, своеобразно. Нередко «мужа» для очередного задания (в одиночку они работают все-таки редко) им подбирает руководство, и большая удача если он, как это было у Зои Воскресенской, не только боевой товарищ, но еще любимый человек. Тем не менее, разведчица должна научиться не просто чувствовать себя комфортно вот с таким «прикомандированным» мужем и работать без свойственных женщинам «разборок», но и создавать вокруг него ауру, соответствующую выбранному образу. Например, вжиться в роль в жены- аристократки, добропорядочной католички или деловой женщины-компаньона… Вариантов множество. Можешь представить, каких трудов это стоит обоим, если под одной «крышей» встречаются две сильные самостоятельные личности!

На разведке была Мария Миронова