Кто на свете всех милее?

В Древней Греции красивых женщин сравнивали с породистыми лошадьми, на Востоке верхом совершенства считались маленькие деформированные ступни, а древние египтянки старались походить на длинные и гибкие стебли папируса. Все эти метаморфозы доказывают одно: требования к женской внешности не подразумевают некий неоспоримый идеал, а подвержены моде, также как все человеческие понятия. Выходит, что в ближайшем будущем, учитывая современные тенденции, женщине, подобно предмету интерьера, придется отражать собой стиль "минимализм" или "хай-тек"? Общественное мнение влияет на наше сознание гораздо …

В Древней Греции красивых женщин сравнивали с породистыми лошадьми, на Востоке верхом совершенства считались маленькие деформированные ступни, а древние египтянки старались походить на длинные и гибкие стебли папируса.

Но первую попытку описать приметы красоты мы найдем, наверное, в Библии — это «Песни Песней» царя Соломона: «Прекрасна ты, возлюбленная моя… Уклони очи твои от меня, потому что они волнуют меня. Волосы твои, как стадо коз, сходящих с Галааза; зубы твои, как стадо овец, выходящих из купальни… Как половинки гранатового яблока — ланиты твои под кудрями твоими… О, как прекрасны ноги твои… Округления бедер твоих, как ожерелье, дело рук искусного художника…»

Все эти метаморфозы доказывают одно: требования к женской внешности не подразумевают некий неоспоримый идеал, а подвержены моде, также как все человеческие понятия.Выходит, что в ближайшем будущем, учитывая современные тенденции, женщине, подобно предмету интерьера, придется отражать собой стиль «минимализм» или «хай-тек»?

Общественное мнение влияет на наше сознание гораздо больше, чем нам самим кажется. Признайся, листая журналы, ты восхищаешься субтильными фигурами и невероятно длинными ногами, хотя всего 20-30 лет назад ты бы искренне удивилась, что кому-то могут нравиться эти тощие коленки. Мы удивительно быстро насаждаем стандарты и также быстро оказываемся зависимы от них. Но сегодня ты имеешь в арсенале богатый исторический опыт развития и смешения культурных традиций, чтобы позволить себе смотреть с высоты веков на весь тот переполох, которым всегда была окружена представительница слабого пола.

О прошлом


Еще в первобытные времена культ Матери породил образ женщины, которая в первую очередь должна была успешно рожать и вскармливать детей. Поэтому доисторические статуэтки изображают, как правило, женщин с неестественно широкими бедрами и огромной свисающей грудью. С тех пор эти части тела так и остались основными атрибутами женской привлекательности.

В Древней Греции физическое совершенство было приравнено к духовному. Возможно, нам эллинские красотки показались бы несколько «тяжеловатыми», однако нигде больше не подходили к телесной красоте так привередливо. Правильная линия бедра, напоминающая очертания амфоры, достигалась путем усиленной тренировки определенных мышц, много внимания уделялось «хорошей» полноте ног в сочетании с маленькими ступнями. Округлое лицо и прямой нос считались признаками благородных кровей. Средний рост гречанки составлял около 164 см., но высокие — по тем меркам — женщины ценились, и даже Аристотель писал: «Если маленький муж еще может быть мужественным, то маленькая женщина никогда не бывает красива».
Греческая культура вообще была достаточно разносторонней. Когда в Элладе процветал гомосексуализм, в моду вошли женщины-андрогины, похожие на мальчиков-эфебов, а в эпоху завоеваний в классическом эллинском каноне стал проглядывать восточный оттенок: удлиненные глаза, мягкий овал лица, чуть смуглая кожа.

Конечно, культура не всегда была гуманна с женщинами. Взгляни на мрачную архитектуру Франции Готического периода. В таких замках за узкими окнами проводили свою жизнь девушки из высшего общества, затянутые в тесные платья, закрывающие почти все участки тела так, что трудно было дышать. Они подбривали волосы на лбу, чтобы он казался выше, гордились мертвенно-бледным цветом лица и часто теряли сознание «от чувств-с».

Средневековая Франция оставила нам массу прекрасных полотен, на которых щеголяют сахарными телесами прелестницы Ренессанса. На них очень любят ссылаться сегодняшние «пышки»: «Вот, было же и наше время». Да, действительно, было. Когда улицы городов были полны нищих, чумных и прокаженных, а мытье считалось прямой дорогой в могилу, эдакая «кустодиевская красавица», неправдоподобно чистая, окруженная гроздьями розового винограда, олицетворяла собой столь недоступную роскошь и зажиточность. А что же теперь?

Худышки правят бал


Сегодня пышные формы уже не расскажут о финансовом благополучии, а бледность кожи — о благородстве происхождения. Роли выгодно поменялись, и, как правило, преуспевающая женщина (или женщина преуспевающего мужчины) тратит массу времени на салоны, спортзалы и даже клиники, другими словами, на себя. Здесь актуально определение «холеность».

Современная женщина наконец-то получила возможность совать свой любопытный нос во все, не тратя времени на споры с мужчинами. Она может зарабатывать деньги и не зарабатывать, водить машину и не водить, рожать детей и не рожать. Но для того, чтобы успеть все сразу нужно обладать реальным земным здоровьем. Тогда откуда же взялись эти бесплотные «королевы подиума»?

Предвестницей стиля «унисекс» была Твигги, девочка-тростинка, символ 60-х. Хотя она давно покинула мир моды, ты наверняка помнишь ее меланхоличный взгляд и нереальные пропорции. Это она отвоевала популярность у таких див, как Джина Лоллобриджида и Софи Лорен и положила начало эре бесполых, заморенных диетами подростков. Но, как показывает время, крайности не бывают долговечны. Нездоровое отношение к своему телу должно рано или поздно уступить место естественной женственности. И это давно бы случилось, если бы не… прозаичность экономических отношений.

Культ Красоты


В условиях капитализма продается и покупается все. И красота для нас такой же товар, как, скажем, браслет на руку. В обществе, которое смотрит на мир через призму эффективного спроса и предложения, женщине ничего не остается, как повышать свою рыночную стоимость. И феминизм тут не при чем. Просто когда законная половина так и норовит рвануть «на волю, в пампасы», второй половине, более усидчивой, приходится поддерживать свою конкурентоспособность.

Хотим мы того или нет, а парадом командует Запад — английский язык, политкорректная модель поведения и, следовательно, западный тип антропологической красоты. Если у них имеют место все еще актуальная «этничность» и мода на восточных красавиц, родоначальницей которой еще в 80-х годах стала полуиранка Ясмин Ле Бон, то у старой мудрой Азии выработался ощутимый комплекс перед «продвинутой» соседкой. Никто не сможет аргументировать это лучше пластических хирургов. Погоня за «общенациональным стандартом» привела к тому, что в азиатских странах девочки ложатся под нож, не достигнув совершеннолетия. Можно лишь догадываться, какой захочет быть женщина через 10 лет? Пластическая хирургия в наши дни поистине способна творить чудеса, и операции по совершенствованию тела уже не вызывают жесткого неприятия в обществе. Специалисты поговаривают о том, можно ли моделировать внешность посредством дородовой диагностики. Кто знает, может это и есть следующая ступень. Остается только решить, что лучше: как сказал один японский писатель, «обладать красотой искривленного дерева», или же стремиться к универсальности прямого?

Тренд на овердрессинг: почему мы больше не хотим откладывать лучшие вещи на потом

Достаем бархат, жаккард и все самое яркое прямо сейчас.

автор Анна Дубинина

У любого модного направления есть свой срок годности, и в 2026 году тотальный минимализм исчерпал себя. Долгое время индустрия держалась за подчеркнутую сдержанность. Но когда правила становятся слишком строгими, маятник неизбежно качается в обратную сторону.

На смену подчеркнутой скромности пришло прямо противоположное явление — овердрессинг. Это сознательное желание одеваться нарядно, ярко и без видимого на то повода. Подиумы и улицы снова наполнились цветом и вещами, которые раньше берегли исключительно для особых случаев.

Психология овердрессинга

За сменой трендов всегда стоят понятные человеческие эмоции. В периоды социальной и экономической нестабильности привычка откладывать лучшее на потом теряет смысл. Точно так же перестает работать старая логика беречь красивый сервиз или дорогое платье для какого-то абстрактного праздника в будущем.

Нарядная одежда стала доступным способом поднять себе настроение и добавить визуального дофамина в серые будни. Мы больше не хотим прятаться за базовым трикотажем. Цвет, сложная фактура и обилие аксессуаров работают как антидепрессант: они помогают выразить себя и дарят радость прямо здесь и сейчас.

Цвет и колорблокинг

Первое, что бросается в глаза, — цвет. Оранжевый, золотой, фиолетовый, красный — который упорно кочует из сезона в сезон. Дизайнеры всё активнее играют в колорблокинг: намеренно сталкивают контрастные оттенки в одном образе, отказываясь от привычки подбирать всё в тон. У Proenza Schouler кожаное платье оттенка топленого масла дополняют пушистыми томатно-красными туфлями, а на показах Diotima предлагают сочетание насыщенного малинового и сиреневого. Если раньше к желтому или сиреневому принято было подбирать исключительно нейтральную обувь и аксессуары, то теперь это правило больше не действует.

При этом сам красный стал ключевым цветом года вне зависимости от сезона. Насыщенный томатный оттенок полностью вытеснил привычную осеннюю коричневую гамму. Его носят в длинных платьях Valentino и Carolina Herrera, а Balenciaga выпускает в нем кожаную верхнюю одежду, доказывая, что яркие краски уместны в любое время года.

Текстуры, ар-деко и вампирский романтизм

В моду вернулись бархат, твид, жаккард, бахрома и вышивка бисером. Эстетика ар-деко с ее узорами и богатой отделкой отлично вписалась в коллекции нового сезона. Dries Van Noten использует эти элементы для создания жакетов и топов, а сумки украшают бахромой и бисером.

Модные критики уже прозвали этот вектор вампирским романтизмом. В нем соединились викторианские силуэты, прозрачное кружево, плотный бархат и легкая драма. Это прямая противоположность однотипному минимализму середины 2020-х.

Максимализм в аксессуарах: эстетика нулевых

Максимализм вернулся и в стилизацию украшений. Это направление во многом перекликается с эстетикой 2000-х, когда принцип «чем больше, тем лучше» еще не считался дурным тоном.

Если еще недавно стоял выбор — надеть либо кольца, либо акцентные серьги, — то сегодня эти ограничения сняты. На подиумах и в городских образах снова актуально носить по несколько браслетов на обеих руках одновременно, сочетать крупные цепочки, кольца и длинные серьги.

По сути, возвращение максимализма — это не столько новый тренд, сколько смена привычки откладывать хорошее на потом. В 2026 году все больше людей решают, что лучшая вещь в шкафу — не для особого случая, а для сегодня.

Анна Дубинина

Редактор раздела «Мода»

Фото: архив бренда Valentino / valentino.com
Источник: Клео.ру