11 августа художница и танцовщица Катя Волкова представит свою новую работу в жанре перформанса в стенах ММОМА. В фокусе внимания: «хореография продуктивности», «мимикрия» и «переживание видимости» в больших городах. Еще в заявлении к работе Катя отмечает ситуацию тихого выгорания… Тема, ставшая злободневной для «общества достижений» или «общества усталости», как его еще называет философ Бен-Чхоль Хан, похоже, не имеет дна, не может быть до конца исчерпанной. Темп жизни, безжалостная медиатизация реальности, инфляция цен и ценностей вынуждают человека бежать изо всех сил, только чтобы выдержать порывы встречного ветра. При этом делая вид, что всё отлично, лучше, чем могло бы быть.
Необходимость поддерживать «хорошую мину», столкнувшись с тревожностью, выгоранием, депрессией и другими расстройствами эпохи, вписывается в культ позитивного насилия, о котором писал Хан. Впрочем, Катя Волкова не ограничивается рассуждением о необходимости соответствовать негласным требованиям внешней среды, но ищет выходы, идет в исследование. Как навязанное и обезличенное способно стать языком трансляции более аутентичных сообщений? Почему «выходя из тени» мы одновременно жаждем признания – и скорейшего забвения?
В преддверии показа куратор перформанса Ксения Земскова раскрыла его некоторые ключевые аспекты, специально для Клео.ру.
– «Мимикрия амбивалентна: она является средством самозащиты, адаптации к окружающим условиям, и вместе с тем может быть по настоящему деструктивна <…>». С этих слов начинается artist statement к перформансу. Может ли житель современного мегаполиса не мимикрировать совершенно? Какие сферы жизни, на твой взгляд, более свободны от мимикрии, а какие – более ей подвержены?
– Мне кажется, мы все подвержены мимикрии в той или иной степени. И дело не только в том, что мы работаем в офисах и вынуждены подстраиваться под рабочий коллектив. Для меня работа «Меланхоличный…» куда больше про социальные сети, где каждый мимикрирует под свой же собственный образ. В последнее время я все чаще думаю о том, как интернет лишает нас флюидности и опции быть неузнанными. На протяжении перформанса Катя несколько раз меняет пластику тела, превращаясь то в героиню аниме, то в охранника. Между ее превращениями нет переходов, это всегда прыжок, такой же быстрый, как свайп на телефоне.
– Перформанс включает в себя пути «производства новых телесных образов» в мимикрическом движении. Язык постановки будет больше отсылать к танцевальной или к повседневной лексике? Есть ли у работы (в том числе) задача поставить существование танца – в его классическом понимании – под вопрос?
– Если отталкиваться от классического представления о танце, то можно сказать, что Катя в этой работе не танцует: то есть не двигается ритмично под музыку и не создает сложных рисунков в пространстве. Тем не менее это работа танцевальная — все события в ней связаны с пластикой тела.
Современный танец не столько создает новые формы и паттерны движения, сколько изучает условия — социальные, политические, культурные, — которые наши тела формируют. В перформансе состояние тела сильно зависит от звука. Этот звук — раздражитель, на который тело отвечает резкой остановкой, тревожным зависанием. Тут каждый может провести свою аналогию, чем для него является этот раздражитель в реальности: будильником, чьим-то криком или метафорой контроля со стороны босса, партнера, каких-то внешних или внутренних установок.
– Показ работы тематически сопряжен с выставкой Евгении Войнар «Сквозь красный лес», проходившей в ММОМА в начале этого года. Что можно сообщить о связи перформанса с выставкой зрителю? В ожидании показа 11 августа.
– В проекте Евгении Войнар десятки маленьких Дороти и Алис из сказок про страну Оз и Зазеркалье прячутся в темном лесу, который для художницы олицетворяет ее собственное бессознательное. В перформансе Кати фигура — в красном парике, пиджаке и с ключами — тоже словно бы проступает из коллективного бессознательного или периферии восприятия.
Как и в проекте Евгении, эта фигура одновременно принадлежит двум мирам – сценическому, воображаемому и повседневному. Но ситуации, из которых она не может выбраться, отсылают уже не к детским кошмарам, а к организации взрослой жизни в больших городах: офисной рутине, институциональным протоколам поведения, «хореографиям» продуктивности и дозволенности, тихого выгорания.
Я бы очень советовала зрителям перед началом показа зайти на выставку и побыть какое-то время в зале Евгении Войнар. Мне кажется, диалог между работами разных медиа позволяет расширить диапазон восприятия, нащупать, через что мне легче подключаться к произведению. А еще — расширить контексты обеих работ, увидеть тени или отражения образов одной истории в другой.
Возрастное ограничение: 6+
Подробности смотрите на сайте ММОМА.
