Транс-ритуалы, коварные русалки и много украшений: выставка «Африка в Музее Востока»

Новый проект в Музее Востока посвящен национальному искусству Африки: он объединяет сразу три самостоятельные выставки.

автор Елизавета Федорова

Африка – материк, где сохранились удивительные традиции и обычаи. Украшения-амулеты, курительные трубки, маски божеств и метлы из сорго – все это до сих пор используется в ритуалах и в повседневной жизни африканских племен. Жителей современных мегаполисов континент может привлекать непосредственностью и витальностью жизни. Соприкоснуться с богатым культурным и материальным наследием Африки возможно, не покидая центра Москвы: на новой трехчастной выставке «Африка в Музее Востока» (12+).

Экспозиция выставки "Африка в Музее Востока" на Никитском бульваре. Фото предоставлено пресс-службой Музея Востока

Рассказать все о традиционной культуре Африки, которая, в свою очередь, является родиной для множества культур поменьше, в одной экспозиции было бы непросто. Кураторы проекта, Дарья Ванюкова и Полина Коротчикова, пошли другим путем: поставили акценты на регионах и ритуалах, наиболее полно передающих особенности национального характера и быта африканских народов. Как результат, три тематически автономные выставки: «Земля тысячи королей. Искусство Республики Камерун», «Мами-Вата: водные божества южнее Сахары» и «Усмиряющие духов: ритуалы Зар в Северной Африке» – гармонично представлены под эгидой концепции проекта.

Экспозиция выставки "Африка в Музее Востока" на Никитском бульваре. Фото предоставлено пресс-службой Музея Востока

«Усмиряющие духов: ритуалы Зар в Северной Африке» – миниатюрное, но емкое высказывание, встречающее зрителей у самого входа в экспозицию. Два десятка изделий североафриканского ювелирного искусства за стеклом объединяет любопытный факт: они все используются в ритуальной церемонии Зар, в ходе которой «одержимые» женщины взаимодействуют с потусторонними силами. Возникший в XVIII веке в Эфиопии, культ распространился по всему северу Африки. Запрещенный исламом, он продолжает существовать и сегодня: в более светской интерпретации, как танцевально-терапевтическая практика.

Экспозиция выставки "Африка в Музее Востока" на Никитском бульваре. Фото предоставлено пресс-службой Музея Востока

В свою очередь, выставка, посвященная камерунскому искусству, выстроена по географическому принципу: зритель сможет познакомиться с культурами севера страны, ее западных территорий Грассфилдс, региона фанг-бети (центральная и южная часть) и Атлантического побережья. Выбор Камеруна не случаен: богатая история страны, также известной как «Африка в миниатюре», восходит ко второму тысячелетию до нашей эры. Удивительное климатическое и природное разнообразие республики связано с ее сильной протяженностью с севера на юг.

Экспозиция выставки "Африка в Музее Востока" на Никитском бульваре. Фото предоставлено пресс-службой Музея Востока

Многие этносы, проживающие на территории Камеруна, развивали свои поселения на базе семейно-кланового принципа: отсутствие формальной иерархии не могло не сказаться на традициях локальных культур, которые характеризуют сильная связь с природой, вера в стихию и духов предков. В экспозиции культурно-религиозный колорит страны передан через деревянные реликварии, маски тайных обществ, вышивку с национальным орнаментом, оружие и скульптуру.

Экспозиция выставки "Африка в Музее Востока" на Никитском бульваре. Фото предоставлено пресс-службой Музея Востока

Наконец, «Мами-Вата: водные божества южнее Сахары» – выставка, вдохновленная одним-единственным, но могущественным образом Мами-Ваты (в пер. с западно-африканского диалекта английского, «матушки вод»). Олицетворяющая неукротимую стихию океана, судьбы и перемен, Мами-Вата была для африканских народов неоднозначным божеством: снисходительным и гневливым, роковым и милосердным.

Экспозиция выставки "Африка в Музее Востока" на Никитском бульваре. Фото предоставлено пресс-службой Музея Востока

Подобно русалке в европейском представлении, она соблазняла и умерщвляла неугодных, что доходило порой до утопления бортовой команды целого судна, но обходилась на редкость ласково с теми, кто нуждался, в ее понимании, в защите: например, с женщинами, вынужденными заниматься проституцией. Образ Мами-Ваты проник и в западный модерн, и в актуальное искусство: наряду с аутентичными статуэтками богини (к слову, очень разными в исполнении) в экспозиции представлены более свежие «прочтения» мифа о ненасытной русалке. В их числе: панно Екатерины Зорькой «Реквием по мечте» (2021) и носовое украшение в виде сирены торгового корабля из Санкт-Петербурга.

Экспозиция выставки "Африка в Музее Востока" на Никитском бульваре. Фото предоставлено пресс-службой Музея Востока

В состав проекта «Африка в Музее Востока» вошли артефакты из коллекции ГМВ, а также из частных собраний, музеев Традарт, «Собрание», МФЮА и Центрального военно-морского музея Петра Великого. В оформлении экспозиции задействованы работы путешественника и фотохудожника Владимира Галкина.

Посетить африканский проект в Музее Востока на Никитском бульваре можно до 20 июля.

Возрастное ограничение: 12+

Подробности проекта и образовательной программы смотрите на сайте музея.

Открывая искусство душевнобольных: музей «Гараж» представляет перевод книги Джона Макгрегора

В конце сентября издательская программа музея «Гараж» презентует перевод книги канадского историка искусства Джона Макгрегора.

автор Юлия Крышевич

Книга называется «Открытие искусства душевнобольных» (на англ. The Discovery of the Art of the Insane). Труд вырос из докторской диссертации автора и стал одним из первых исследований в области творчества «безумцев». Макгрегор изучал рисунки пациентов психолечебниц, работая на стыке искусствознания и психоанализа.

За рубежом книга Макгрегора увидела свет в далеком 1989 году, с тех пор она была переведена на три европейских языка, а также на японский. Факт выхода книги на российский рынок – настоящая удача, ведь изначально писатель не планировал переводить свое детище на русский язык. Команда музея «Гараж» посвятила работе над изданием более двух лет.

Фрагмент книги «Открытие искусства душевнобольных» Джона Макгрегора. Предоставлено пресс-службой музея «Гараж»

Структура книги состоит из 16 глав: в первых двух Макгрегор знакомит читателя с ролью творца в меняющихся жизненных обстоятельствах – теряющий рассудок живописец в противостоянии с лечащей его системой, а также с самим собой. Затем автор переходит к конкретным фигурам, таким как художники Адольф Вельфли, Джонатан Мартин, Уильям Нойес, критик искусства душевнобольных Марсель Режа, психиатр и коллекционер Ханс Принцхорн и другие. Не обходит вниманием писатель и художественные направления, связанные с состоянием безумия: экспрессионизм, ар-брют, сюрреализм – на протяжении веков искусство отражало и впитывало настроения не только отдельных людей, но и времени, наполняющих его событий, страхов и надежд. Книга изобилует иллюстрациями, права на включение которых любезно предоставили известные арт-институции.

Клео.ру поговорил с научным редактором издания, Ксенией Квашниной о новинке, актуальности темы, «русском Принцхорне» и триумфе иррационального в искусстве.


– Книга Джона Макгрегора была издана на английском в конце 1980-х. В чем актуальность разговора об искусстве душевнобольных сегодня?

– Мне кажется, здесь важно разделять актуальность самой книги и актуальность темы, которой она посвящена. Когда The Discovery of the Art of the Insane вышла в 1989 году, издательство представляло ее как первое систематическое историческое исследование искусства душевнобольных. Но Макгрегора больше интересовала история открытия «безумных» рисунков обществом: как произведения, которые долгое время игнорировали, уничтожали или рассматривали исключительно как симптомы заболевания, постепенно стали восприниматься как самостоятельные визуальные высказывания. Именно влияние творчества больных с психиатрическим опытом на профессиональное искусство, прежде всего на экспрессионизм и сюрреализм, остается одной из важнейших линий книги.

Фрагмент книги «Открытие искусства душевнобольных» Джона Макгрегора. Предоставлено пресс-службой музея «Гараж»

Несмотря на то, что работа Джона Макгрегора вышла в 1989 году, она не устарела. Изменилась оптика ее чтения. Книга «Открытие искусства душевнобольных» необходима для понимания того, как вообще возникла наша способность видеть искусство там, где прежде видели исключительно патологию. Именно эту сложную историю превращения медицинского документа в эстетический объект Макгрегор реконструирует на протяжении всей книги.

– Упоминает ли Макгрегор в своей работе искусство русских художников? Какие моменты в книге, на ваш взгляд, могут показаться узнаваемыми или просто особенно заслуживающими внимания у русскоязычного читателя?

– В структуре книги последовательно рассматриваются Великобритания, Франция, Италия, Германия, Швейцария, затем экспрессионизм, сюрреализм, психоанализ и Жан Дюбюффе. Отдельной главы о России или отечественной психиатрической и художественной традиции нет. Однако доктор Макгрегор упоминает русского психиатра Павла Ивановича Карпова, который коллекционировал работы душевнобольных.

Отсутствие материалов о России особенно интересно, потому что позволяет исследователю обнаружить удивительно близкие процессы и провести важные параллели. Не зря Павла Карпова называют «русским Принцхорном».

– Согласитесь ли вы с точкой зрения автора о том, что в последнее время в искусстве иррациональное возобладало над рациональным, был наконец найден баланс между архаическим и традиционно приемлемым? Можем ли мы здесь говорить об обретении зрелости (психической и художественной) участников процесса?

– Я бы согласилась с доктором Макгрегором лишь отчасти. В искусстве XX века действительно резко расширилась область допустимого: авангард, сюрреализм обращались к бессознательному, автоматизму, детскому рисунку и творчеству душевнобольных. Но говорить о победе иррационального над рациональным или об окончательно найденном балансе, на мой взгляд, слишком категорично.

Фрагмент книги «Открытие искусства душевнобольных» Джона Макгрегора. Предоставлено пресс-службой музея «Гараж»

Не стала бы я заявлять и о «психической зрелости» участников процесса: художественное произведение не позволяет судить о психическом здоровье или зрелости автора. О художественной зрелости можно говорить только применительно к конкретному художнику и развитию его собственного языка.

Если здесь и уместно понятие зрелости, то скорее в отношении культуры восприятия: мы постепенно научились видеть в таких произведениях не симптом и не курьез, а самостоятельное художественное высказывание, не сводя автора к его диагнозу.

Возрастное ограничение: 18+

Юлия Крышевич

Редактор раздела «Искусство»

Фото: предоставлено пресс-службой музея «Гараж»
Источник: Клео.ру