Ольга Мичи: о бетоне, актуальности русских дагеротипов и развитии современной фотографии

Ольга Мичи рассказала, как меняется фотография и почему это нужно видеть вживую.

автор Елизавета Федорова

В апреле московский Центр визуальной культуры Béton отметил трехлетие своей творческой деятельности. За это время Центр собрал ценную коллекцию уникальных фотографических артефактов: от первых фотоизображений 1840-х годов до произведений современных фотохудожников с использованием искусственного интеллекта. Поздравить команду в кинотеатр «Художественный» съехались буквально все «зубры» отечественного художественного рынка: директор Мультимедиа Арт Музея Москвы Ольга Свиблова, директор Всероссийского Музея декоративного искусства Елена Титова, директор Музея имени Андрея Рублева Михаил Миндлин, советник генерального директора Государственного музея Востока Татьяна Метакса и мн. др. Мы поговорили с соосновательницей, директором по развитию Béton, художницей, работающей в области современного цифрового искусства – Ольгой Мичи об актуальности русских дагеротипов, влиянии искусственного интеллекта на современную фотографию и о том, почему так важно приходить знакомиться с авторским снимком «лицом к лицу».

– Ольга, вспоминая историю рождения центра, – почему, собственно, такое называние: Béton? И из чего состоит ваша коллекция?

–  Название для галереи появилось, конечно, не случайно. Бетон – материал, обладающий широкими возможностями, умеющий быть и прочным, и пластичным. Это отвечает концепции ЦВК Béton – быть фундаментальным и гибким. На сегодняшний день мы смогли собрать более 10 000 произведений мирового фотоискусства высокого музейного уровня – от русских дагеротипов 1840-х годов до современной фотографии. Теперь у нас практически все первые имена фотографии XIX–XXI веков. Надо уточнить, что мы работаем только с оригинальными художественными объектами и наше основное направление деятельности – изучение, продвижение и развитие искусства фотографии, прежде всего авторских аутентичных снимков.

– На ваш взгляд, какая миссия возложена сегодня на современное искусство, на современную фотографию?

– В основе любого актуального искусства всегда лежал поиск ответов на самые острые вопросы современности. Прочувствовать, переосмыслить и в итоге выразить в той или иной художественной форме собственное отношение к изменениям окружающего мира – этой основополагающей миссией искусства в целом проникнуты все наши арт-проекты. И очень важно зрителю лично прийти и погрузиться в атмосферу галереи, сердцем, глазами почувствовать силу работы автора. Уверена, что никакой экран компьютера не может заменить интимность такой личной встречи с живым произведением. Тем более, если говорить об авторском отпечатке. Каждый автор для каждой своей серии тщательно выбирает бумагу, которая наилучшим образом отразит его авторский замысел, размер работы. Нельзя забывать, что экран любого гаджета сильно искажает не только эти характеристики, но и цвет, контрастность, детализацию и фактуру произведения, тем более не передает масштаб произведения. Мы наблюдаем, что на современную фотографию приходит в основном, молодежь, а люди более зрелые – на историческую. Но при взаимодействии, происходит удивительная вещь: молодежь начинает интересоваться историей, а люди в возрасте открывают для себя современность. Главная задача нашего центра – популяризация фотографии, и у нас регулярно проходят выставки и лекционные мероприятия. Кроме того, мы занимаемся фундаментальными исследованиями и публикацией книг по истории русской фотографии, – у нас уже вышло 4 издания, также мы создаем документальные фильмы о фотографии.

Фото: личный архив Ольги Мичи

– Кстати, в рамках дня рождения состоялся закрытый показ двух ваших документальных фильмов

– Мы показали гостям фильм о непревзойденном мастере политических фотомонтажей Александре Житомирском «Враг номер три» и картину, рассказывающую о перформативном творчестве известных художников Валеры и Наташи Черкашиных «Черкашины. Перформанс перестройки». Все основано на реальных событиях. В годы Второй мировой войны фотографии авторства Житомирского печатались на листовках и сбрасывались с воздуха над территорией противника. Сила его работ была настолько мощной, что Александр Житомирский стал врагом номер три в списке Геббельса «Найти и повесить». Первый номер – Юрий Левитан, второй – Илья Эренбург. На мой взгляд, этот фильм – очень глубокое размышление: может ли искусство быть оружием? Способно ли оно кого-то спасти? В чем вообще его сила? Во второй картине фоном и основным материалом для работы стал уникальный исторический контекст: страна СССР, в которой Черкашины родились и выросли, стремительно уходила в прошлое, а вместе с ней уходили ее символы, герои и визуальная система…

– На ваш взгляд, искусство способно спасти мир?

– Несомненно!  Визуальное искусство привносит в нашу жизнь много красок и смыслов. Занимаясь художественной фотографией, мы также несем определенный посыл зрителю, расширяя границы времени и пространства. И опять же, – просмотр картины «Враг номер три» дает ответ на этот вопрос.

– Можно узнать, кто лично на вас, как на художника, оказал самое сильное влияние? Кто ваши фавориты?

– К слову сказать, меня одинаково вдохновляют и фотографы, и современные художники, все процессы, которые происходят в современном культурном пространстве – это и кинематограф, и театр, и литература, и даже компьютерные игры. Большой эмоциональный след во мне оставило живое знакомство с работами Андреаса Гурского и его учителей супругов Бехер. Считаю, что в современном искусстве основную роль играет уникальная концепция, знание истории искусств, умение в своих работах отразить современность, в том числе  при помощи новейших компьютерных технологий.

– Традиционное или цифровое – за каким искусством будущее?

– Каждая революция в технологии давала новый фотографический язык. С моей точки зрения, фотография в цифре – это следующий этап в развитии фотографии. В конце XIX века, после появления фотографии, многие арт-критики провозгласили смерть живописи. Но художники, обратив внимание на свет, цвет и движение, развили новое течение в искусстве – импрессионизм. Современные цифровые технологии также открывают новые возможности для творчества.  Для меня самое серьезное достижение цифровой фотографии и компьютерной обработки – это возможность пользоваться цветом как художественным инструментом.

– Что дальше, какие планы и цели Béton на будущее?  

– Грандиозные! 14 июля этого года в Манеже Санкт-Петербурга мы планируем открыть самый масштабный, пожалуй, за всю новейшую историю фотографического искусства, проект. ЦВК Béton представит эволюцию фотографии от зарождения до новейших имен: более 700 авторских работ, около 200 наших величайших художников. Артефакты, парадные книги, весь цвет фотографии от совершенно маленьких размеров до огромных станковых полотен. 

Открывая искусство душевнобольных: музей «Гараж» представляет перевод книги Джона Макгрегора

В конце сентября издательская программа музея «Гараж» презентует перевод книги канадского историка искусства Джона Макгрегора.

автор Юлия Крышевич

Книга называется «Открытие искусства душевнобольных» (на англ. The Discovery of the Art of the Insane). Труд вырос из докторской диссертации автора и стал одним из первых исследований в области творчества «безумцев». Макгрегор изучал рисунки пациентов психолечебниц, работая на стыке искусствознания и психоанализа.

За рубежом книга Макгрегора увидела свет в далеком 1989 году, с тех пор она была переведена на три европейских языка, а также на японский. Факт выхода книги на российский рынок – настоящая удача, ведь изначально писатель не планировал переводить свое детище на русский язык. Команда музея «Гараж» посвятила работе над изданием более двух лет.

Фрагмент книги «Открытие искусства душевнобольных» Джона Макгрегора. Предоставлено пресс-службой музея «Гараж»

Структура книги состоит из 16 глав: в первых двух Макгрегор знакомит читателя с ролью творца в меняющихся жизненных обстоятельствах – теряющий рассудок живописец в противостоянии с лечащей его системой, а также с самим собой. Затем автор переходит к конкретным фигурам, таким как художники Адольф Вельфли, Джонатан Мартин, Уильям Нойес, критик искусства душевнобольных Марсель Режа, психиатр и коллекционер Ханс Принцхорн и другие. Не обходит вниманием писатель и художественные направления, связанные с состоянием безумия: экспрессионизм, ар-брют, сюрреализм – на протяжении веков искусство отражало и впитывало настроения не только отдельных людей, но и времени, наполняющих его событий, страхов и надежд. Книга изобилует иллюстрациями, права на включение которых любезно предоставили известные арт-институции.

Клео.ру поговорил с научным редактором издания, Ксенией Квашниной о новинке, актуальности темы, «русском Принцхорне» и триумфе иррационального в искусстве.


– Книга Джона Макгрегора была издана на английском в конце 1980-х. В чем актуальность разговора об искусстве душевнобольных сегодня?

– Мне кажется, здесь важно разделять актуальность самой книги и актуальность темы, которой она посвящена. Когда The Discovery of the Art of the Insane вышла в 1989 году, издательство представляло ее как первое систематическое историческое исследование искусства душевнобольных. Но Макгрегора больше интересовала история открытия «безумных» рисунков обществом: как произведения, которые долгое время игнорировали, уничтожали или рассматривали исключительно как симптомы заболевания, постепенно стали восприниматься как самостоятельные визуальные высказывания. Именно влияние творчества больных с психиатрическим опытом на профессиональное искусство, прежде всего на экспрессионизм и сюрреализм, остается одной из важнейших линий книги.

Фрагмент книги «Открытие искусства душевнобольных» Джона Макгрегора. Предоставлено пресс-службой музея «Гараж»

Несмотря на то, что работа Джона Макгрегора вышла в 1989 году, она не устарела. Изменилась оптика ее чтения. Книга «Открытие искусства душевнобольных» необходима для понимания того, как вообще возникла наша способность видеть искусство там, где прежде видели исключительно патологию. Именно эту сложную историю превращения медицинского документа в эстетический объект Макгрегор реконструирует на протяжении всей книги.

– Упоминает ли Макгрегор в своей работе искусство русских художников? Какие моменты в книге, на ваш взгляд, могут показаться узнаваемыми или просто особенно заслуживающими внимания у русскоязычного читателя?

– В структуре книги последовательно рассматриваются Великобритания, Франция, Италия, Германия, Швейцария, затем экспрессионизм, сюрреализм, психоанализ и Жан Дюбюффе. Отдельной главы о России или отечественной психиатрической и художественной традиции нет. Однако доктор Макгрегор упоминает русского психиатра Павла Ивановича Карпова, который коллекционировал работы душевнобольных.

Отсутствие материалов о России особенно интересно, потому что позволяет исследователю обнаружить удивительно близкие процессы и провести важные параллели. Не зря Павла Карпова называют «русским Принцхорном».

– Согласитесь ли вы с точкой зрения автора о том, что в последнее время в искусстве иррациональное возобладало над рациональным, был наконец найден баланс между архаическим и традиционно приемлемым? Можем ли мы здесь говорить об обретении зрелости (психической и художественной) участников процесса?

– Я бы согласилась с доктором Макгрегором лишь отчасти. В искусстве XX века действительно резко расширилась область допустимого: авангард, сюрреализм обращались к бессознательному, автоматизму, детскому рисунку и творчеству душевнобольных. Но говорить о победе иррационального над рациональным или об окончательно найденном балансе, на мой взгляд, слишком категорично.

Фрагмент книги «Открытие искусства душевнобольных» Джона Макгрегора. Предоставлено пресс-службой музея «Гараж»

Не стала бы я заявлять и о «психической зрелости» участников процесса: художественное произведение не позволяет судить о психическом здоровье или зрелости автора. О художественной зрелости можно говорить только применительно к конкретному художнику и развитию его собственного языка.

Если здесь и уместно понятие зрелости, то скорее в отношении культуры восприятия: мы постепенно научились видеть в таких произведениях не симптом и не курьез, а самостоятельное художественное высказывание, не сводя автора к его диагнозу.

Возрастное ограничение: 18+

Юлия Крышевич

Редактор раздела «Искусство»

Фото: предоставлено пресс-службой музея «Гараж»
Источник: Клео.ру