Датский арт-критик и куратор Франческа Астесани начинает свою статью для Kunstkritik провокативно – в ее названии автор обращается к зрителям с призывом…  съесть свой телефон («да будет так!» – добавляет она в конце строки). Гротеск становится чуть более понятным в свете общего тона автора в тексте: усталого, ностальгирующего и даже негодующего. Астесани пишет, что мир сегодня кажется нам абсолютно лишенным материальной основы: облачные сервисы, онлайн-покупки, виртуальное общение…

В цифровой реальности процессы и встречи словно теряют свой вес и индивидуальную природу, в которой всегда есть место случайности и несовершенству. Выбирая следующий шаг на странице сервиса в интернете, мы видим идеальный веб-дизайн, но не тучу времени, эксплуатированного с целью ее создания. Огромная система каналов, связей, информационных передач ускользает от внимания пользователя как облачко на безукоризненно синем небе. К слову, проблема «невыносимой легкости» некоторых аспектов нашей жизни не нова: Франческа Астесани вспоминает о парадоксе религиозной философии, который заключался в конфликтующем соединении божественного и телесного.

Здесь Астесани приводит два примера. Первый – литературный: в романе Достоевского «Братья Карамазовы» главный герой Алеша не может поверить своим глазам, наблюдая за тем, как разлагается плоть его любимого учителя, Отца Зосимы, после смерти последнего (христиане верили в то, что тело чудотворца нетленно). Под сильным впечатлением от увиденного, Алеша испытывает кризис веры, но не отрекается от учителя. Далее, автор обращается к истории живописи: изобразить канонизированного героя в момент его страдания, как и воскрешения – было посильной и часто желанной задачей для талантливого мастера. Риск выйти за рамки непреложного образа взял на себя итальянский живописец Тинторетто. В его картине «Обретение мощей Апостола Марка» (1562) призрак святого внезапно возникает в александрийской церкви и не дает венецианцам похитить свое же тело.

Что поразило Астесани в случае с обеими художественными работами, так это уверенность их авторов в том, что физический распад и выход за пределы тела неразделимы, а святой дух немыслим без хрупкости бренного.   

Совсем иначе, по мнению Астесани, работают современные цифровые инфраструктуры: обещание вечности в сети происходит через отказ от разрушения (негативности), подавление сопротивления материи и фантазию о всезнании. Перерабатывать неизбежную «гниль» побочных процессов «пурификации» остается мозгу пользователя (именно мозг арт-критик считает самым эксплуатируемым человеческим органом в развитых странах сегодня).

Наконец, Франческа Астесани переходит к примерам в области современного искусства, останавливаясь на творчестве сербской художницы Александры Доманович. В своей персональной выставке Canopy Collapse (18+) («Разрушение купола», 2025) Доманович по сути предлагает метавысказывание о том, на каком языке говорит мир цифрового капитализма. В частности, своей скульптурой Calf Bearer («Носильщик тельца», 2025) она делает отсылку к библейской легенде об идоле золотого теленка, принесенного в дар Моисею народом Израиля. Моисей разрушает объект жертвоприношения, обнажая его «истинную», «нечестивую» природу. Таким образом, Доманович противопоставляет современное перфекционистское, а, по сути, потребительское отношение к материи – сомневающейся подозрительности средневековых христиан.  

Примечательно, что в интервью известному куратору Чечилии Алемани (Garage Russia, 2016) Доманович признается, что вряд ли бы стала художницей, если бы не интернет, что еще раз подтверждает связь ее творчества непосредственно с современным искусством – искусством, комментирующим мир, в котором мы живем, а не решающим оторванные от реальности, внутренние задачи. Современное искусство не может существовать безотносительно времени, в котором оно создается: в этом его потенциал и ограничение.

На упомянутых выше арт-объектах Доманович «доказательная база» автора статьи в области актуального искусства заканчивается. Франческа Астесани переходит к эпилогу, вопрошая о том, как найти способы сопротивления (места, где плотность жизни до сих пор ощущается) на пути к интуитивному исследованию метафизических связей человечества, материальной противоречивости нашего существования, столь тщательно скрываемой технологиями.

Астесани отмечает, что появление эссе обусловлено личными поисками и ее интересом к состоянию перехода в искусстве.

О чем-то похожем рассуждали кураторы выставки «Новая, новая эра» (18+), которая прошла в Доме культуры «ГЭС-2» в 2025 году. Создатели выставки не стремились дать ответы на вопросы о том, стал ли мир сегодня лучше или хуже и нужно ли его менять; они просто передали образ современности в экспозиции, подобно тому, как ловкий уличный художник за несколько минут делает точный скетч с лица прохожего.

Так стоит ли искать моменты распада, перехода из материального в божественное – и наоборот, именно в искусстве? С другой стороны, что иное, кроме искусства сегодня, способно подвести нас к нужному озарению? Статья Франчески Астесани на этом подходит к концу, а вопросы остаются – чтобы быть предметно осмысленными при удобном случае.

Kunstkritik – один из ведущих журналов о современном искусстве в странах Скандинавии. Подробности смотрите на сайте журнала.