Жутко тяжело писать о сексе. Почти невозможно, хотя я всегда честно пытаюсь придумать интересную вводную часть к очередному материалу на эту тему, вышедшему из под пера нашего автора. Но не всегда очень-то получается, как ты, вероятно, успела убедиться. Описать процесс и не опуститься до физиологии невозможно. Можно прибегать к иносказаниям, скрывающим смысл, как узкие джинсы утягивают небольшой животик.
Можно вообще доводить только до момента сближения (когда тело в тело, как поется в какой-то популярной песенке) и останавливаться. Но мне всегда интересно, что же будет дальше. И как объяснить на пальцах те божественные минуты, которыми живут эти двое? И стоит ли вообще что-то рассказывать мне, непрофессионалу, о процессах, которые касаются только тех двоих, так увлеченных этим?
"У нас о сексе пытается писать и говорить тот, кто хочет. Есть такая традиция, что каждый человек, у которого в жизни состоялся половой акт, считает себя, по крайней мере, сексологом-любителем на основании того: ну я же знаю, как это делается. Поэтому у нас иногда даже в хороших журналах получаются фантастически невежественные вещи. Автор считает: "да я без сексолога напишу убойный материал! У меня три мужика в жизни было, еще один раз меня изнасиловали… общие-то положения я знаю: куда, чем, примерно как, — почему я не могу писать?"
Меня поражает, как иногда в солидных журналах, которые держат марку, появляется такое, что ни в сказке сказать, ни пером описать. И это, конечно, сбивает людей", — рассуждает известный сексолог Александр Полеев, с которым мы решились поговорить о наличии секса в России, о его проблемах и решениях.
— Тогда посоветуйте несколько книг известных авторов-сексологов, которым можно верить?
— Прежде всего, я посоветую читать мои статьи в женских журналах и на сайте. Есть у меня также изданная книга "Свет и тени нашей сексуальности". Еще изучайте книги петербургского сексолога и психотерапевта Дмитрия Исаева ("Сексология. Хрестоматия", "Иллюстрированная энциклопедия сексуальности" и "Сексуальные позиции"). И, конечно, И.С. Кона. Из зарубежной переводной литературы — книжка Алекса Комфорта "Радости секса". Также "Сексуальная терапия" Хелен Каплан.
На самом деле, и в мире хороших книжек о сексе для общего читателя не так много, потому что сексологи не самый пишущий народ.
— Александр Моисеевич, вы выбирали себе занятие по душе в то время, когда секса у нас и подавно не было. Что тогда повлияло на выбор профессии?
— Надо вам сказать, что секс у нас в стране всегда был, и никакие ухищрения тоталитарного режима не наносили существенного урона сексуальности, но проблемы секса стояли. Я закончил медицинский институт и работал врачом — психотерапевтом. Моя диссертация была по постразводным депрессиям и самоубийствам у женщин (как правило, это молодые женщины 28-32 лет). И вот во время работы над своим научным трудом я обнаружил, что больше всего в постразводных состояниях наблюдаются нарушения сексуальности, причем очень жесткие. Иногда у вполне темпераментной женщины с влечением, разрядкой на многие годы (на три, пять, семь лет) нарушается влечение. И я тогда этой, так называемой, вторичной фригидностью начал заниматься: написал несколько исследовательских работ, разработал свой метод лечения…
Этим расстройством занимается сексология, которая неотделима от психотерапии, это одна и та же, на самом деле, специальность, потому что 90% всех сексуальных расстройств — это психологические расстройства и только 10% — это органика. Конечно, в те застойные времена обращаемость к сексологам и сексопатологам была невысокой, но и нас было немного, поэтому пациентов хватало на всех. Тогда ситуация в сексологии очень сильно напоминала ситуацию в стоматологии: кому Бог подарил здоровые зубы — с ними и живи, а кому Бог не подарил — тот не знал просто, что все дефекты можно исправить, поскольку это больно, неудобно и связано с множеством трудностей. Поэтому народ и не шел ни к стоматологу, ни, тем более, к сексологу.
— А существует разница между тем, с чем к вам обращались пациентки в начале вашего карьерного пути и сейчас, в его расцвет?
— Конечно, есть какие-то общие проблемы, волновавшие женщин и тогда, и сейчас. Но в первые 15 лет моей практики женщины обращались ко мне лишь тогда, когда интимная жизнь становилась для них непереносимой, а муж (партнер, любовник) секса требовал. То есть это были обращения (опять напрашивается такое сравнение) как в зубоврачебный кабинет: только тогда, когда мучили сильные боли, когда раздувалась щека, расшатывался или крошился зуб… Так и здесь: когда секс был мучительным, не было влечения или появлялись болевые ощущения, тогда советская женщина топала к сексопатологу, поскольку разрушать семью она ни тогда, ни сейчас не хотела (не хочет).
Скажем, 30 лет назад никого не волновала проблема оргазма, у всех женщин была установка, что это у тебя от Бога. Миф даже такой существовал, что если в первый год совместной жизни с партнером он у тебя не появился, то больше и не жди его. Ну и Бог с ним, лишь бы это не было больно, лишь бы доставить удовольствие партнеру. Сегодня женщины, наслаждающиеся интимной жизнью, те, у кого есть влечение, есть чувственность, хотят оргазменной разрядки. Те, кто не наслаждается сексом — хотят им наслаждаться.
Или, например, сегодня приходит хорошо функционирующая сексуальная женщина и говорит: "Я получаю удовольствие от интимной жизни, у меня есть разрядка, но при анальном сексе мне больно (или я не получаю наслаждение)". Или "у меня невротический барьер, я умом понимаю, что надо бы этим заняться, любимый просит, и я, в принципе, не против, но решиться на это я никак не могу". Тридцать лет назад такой вопрос, поверьте, был совершенно невозможен. Я особенно хорошо помню первые годы своей врачебной практики, я как раз подрабатывал сексологом в том городе, в котором родился и вырос. И когда я однажды у своей клиентки, милой и образованной тридцатилетней женщины, жалующейся на ужасные боли при сексе (поэтому-то она его не хотела, а муж настаивал), спросил: "А не пробовали ли Вы удовлетворить своего мужа при помощи анального секса?", — она схватила свою медицинскую карточку с моего стола и так надавала мне ей оплеух по лицу, что я этот случай до сих пор помню. "Как вы смели такое обо мне подумать!" — были ее слова.
Нет, ее пощечины не были неуважением ко мне (она знала, что я специалист из Москвы), это было неприятием разговоров на подобную тему.
А если бы в те годы я задал подобный вопрос рабочей с завода, то меня жестоко побили бы, наверное.
— Зато сейчас достаточно народа, подкованного в этом вопросе. Например, все знают про фригидность и аноргазмию. Правда, иногда не могут разобраться, в чем между этими понятиями разница?
— Фригидность — это отчуждение секса, отвращение к половому акту, полное отсутствие или снижение у женщины полового влечения, специфических ощущений. При фригидности оргазменная разрядка может быть. Фригидная женщина секс не любит, но если ее как-то уговорить, усыпить ее бдительность подарками да красивыми словами, а потом заняться с ней любовью, то она и кончит. А аноргазмия — это отсутствие у женщины оргазма при сношении, при этом не важно — желанная ли это близость или не желанная, просто женщина не оканчивает оргазменной разрядкой. Когда мы говорим об аноргазмии, мы говорим о разрядке в близости. Слава Богу, кончать при маструбации у нас умеют все, несмотря на попытки и церкви, и Советской власти сказать, что самостимуляция вредна. При этом оргазм может иметь место и при других формах половой активности (эротические сновидения, анальный секс, петтинг).
Из-за недостатка сексуального просвещения у нас в России многие до сих пор путают эти понятия. Хотя различие между ними на поверхности "фригидность" — половая холодность, слово "frigidus" — с латинского переводится как "холодный", а "ан" в слове "аноргазмия" означает отсутствие оргазма.
Надо сказать, что в силу многих причин, социальных, психологических, физиологических, в России очень высокая распространенность аноргазмии. Например, среди зрелых женщин по Москве таких 30%. Начинается, как правило, эта проблема с психологических факторов, затем обрастая другими. Общее правило такое: если у вас есть постоянный друг, который хорошо функционирует, которому вы доверяете, если есть условия для частых занятий сексом, то ваша аноргазмия вызвана какими-то более ранними причинами: может быть, давлением матери в детстве, недостатком мастурбации, — и вам, конечно, уже надо обращаться за помощью к сексологу, а смена партнера ничем не поможет.
Если у вас эпизодические связи, укладывающиеся в два-три часа в неделю, а то и месяц, с непостоянными партнерами, то оргазма ждать не приходится. Если у вас нет постоянной близости в первый-второй год начала интимной жизни, как нет постоянного друга и условий для занятий сексом, то подождите, всему свой черед. Как правило, отсутствие оргазма в первые месяцы после замужества или в самом начале половой жизни вызвано недостаточной приспособленностью партнеров друг к другу.
— Вы упомянули выше про первый раз, скажите, с кем, как, когда и в каких условиях надо лишаться девственности, чтобы потом у девушки не было психологической травмы или отвращения к сексу?
— Это во многом зависит от типа личности. Конечно, я согласен с тем, что первым мужчиной должен быть опытный человек, который девочку успокоит… Но представьте себе романтически настроенную особу, которая не может с нелюбимым человеком?! Любит она мальчика, который в слезах и соплях, такой же, как она, который то попасть не может в нее, то кончает через минуту, то говорит, что я от тебя устал, то не может сказать каких-то теплых слов, чтобы она расслабилась… Поэтому я придерживаюсь такого мнения, что интимную жизнь нужно начинать с мужчиной, в которого, может быть, вы не безумно влюблены, но который старше, опытнее, и из-за того, что вы моложе, относится к вам опекающе. Хотя я видел в своей практике и людей, которые вместе начинали половую жизнь, но поскольку они были разумными людьми, то все у них получалось. Я знаю одну пару, которая книжками обложилась и с помощью них училась, куда и как "лезть". Им было по 14 лет, опыта — ноль, с родителями не поговоришь, а им очень хотелось. Причем одна книжка была по-французски, и они вдвоем подбирали перевод к непонятным словам, так как изучали в то время этот язык. Обо смеялись при переводе, в итоге первый раз у них прошел весело и радостно.
Я не думаю, что первый опыт накладывает какой-то существенный отпечаток на нормального человека. Мы первый раз водили машину, царапали ее и били. Что, от этого мы перестанем садиться за руль и любить вождение? Другое дело, что болевая травма и психическая может иметь место быть. Поэтому, мне кажется, очень важны для юной девочки не только человек, с которым она готова распрощаться с невинностью, но и условия. Какой бы ни был идеальный дефлоратор, но если вы знаете, что мама должна придти через два часа, но может открыть дверь своим ключом и через полчаса, то уже не до секса.
Если вы решите сделать это с неопытным мальчиком, которого вы, тем не менее, любите, то выберите хотя бы хорошие условия: когда родители на даче, когда, например, у вас скоро месячные и не страшно, что он раньше времени кончит. Представляете, неопытный мальчик, а вы заставляете его совершить половой акт с презервативом?! Да он и не знает, как его натягивать, либо кончает, либо у него пропадает эрекция!
Не помешают элементарные знания о том, что в пять дней до менструации (большинство девочек ведь чувствуют наступление критических дней, например, припухлость и болевые ощущения в области груди) и "золотые" десять после, пусть партнер в вас хоть десять раз кончит, риск залететь сводится на нет (если, конечно, у вас установился цикл).
Читай рассуждения Александра Полеева об оргазме, операциям по восстановлению девственности, виртуальном сексе, анальном сексе, а также ответы на вопросы наших читателей в следующих выпусках журнала Клео.
