Тэкс… И усики! Тебе определённо должны пойти эти маленькие, такие сексуальные усики. Это ничего, что я не люблю усатых мужчин. Я же сама тебя леплю, значит, знаю, что делаю. Я — твой творец. Странно, почему слово «творец» существует только в мужском роде? Это что, лишнее напоминание о наших Эдемских корнях и том, как всё начиналось по той версии? Хм… Как же будет «творец» в женском роде? Творчиха? Господи, гадость-то какая… Ну, ладно, я буду твоей создательницей.
А ты — такой мягкий, покладистый, бесформенный. Лишь усики, которые под влиянием собственного игривого настроения, я тебе только что прилепила.
А сейчас (высунув от напряжения язык!!!) глаааааазки…. Какого же цвета они будут? Мне всегда нравились голубоглазые люди. Хи… неровно как-то — один глаз слегка косит. Ничего, переделаем. У меня больше времени, чем 7 дней. У меня впереди ещё целый месяц, так что можно не спешить. Положим тебя, чтобы ты немного подсох и голубые глазки прочно прилепились к лицу.
Губы. О, над этим нужно поработать очень аккуратно! Только не тонкие — не переношу людей с тонкими губами. Мне кажется, что они все злюки. А ты не такой! Но и не очень толстые — вареники это тоже не выход из положения. Так, в меру припухлые, чтобы, когда ты будешь улыбаться, они очень аппетитно смотрелись на твоём лице. Ну-ка, проверим… Ой, как мы мило улыбаемся!
Теперь нос. Нос в человеке едва ли не самое главное. Нет, с римским профилем ты начал почему-то смахивать на торговца гвоздиками с нашего городского рынка. Пуговка. Ой, фи… Голубые глаза и нос-пуговка сделали из тебя какого-то Иванушку-дурочка. А если такой — не очень большой, прямой и чуть заострённый на конце? Вот, в самый раз будет. Ты, милый, полежи здесь на подоконничке, напитайся солнечными лучами, подсохни…
Самое время прилепить волосы. Для чего в ход могут пойти разнообразные подручные средства. Пух — не очень хорошо, ты похож на почти лысого дедульку из соседнего двора. Цветные нитки — тоже не то. Панки и те, не примут тебя за своего. Металлическая стружка — ой, вот умора, ты похож на Электроника. Вот, придумала! Чуть-чуть шерсти из моей искусственной шубы, в самый раз будет. Светло-русый окрас с чуть заметной проседью. Интеллигент, штоб я так жил. Когда в очередной раз положу тебя подсыхать, надо будет почитать у окна Кафку — для полного комплекта.
Настало время слепить торс. Он же — тело. Он же — туловище. Но слово «торс» мне нравится больше всего. Спортивный. Нееееет, не подходит к интеллигентного вида волосам. Худощавый. Тоже не годится. Ты стал похож на какого-то революционера в ссылке, больного малярией. А вот такая конфигурация — среднего роста, плечистый и крепкий. Ну и что, что портретная характеристика несколько позаимствована у какого-то детского поэта? Да, не забыть бы внедрить в тебя всяких болтиков, бирюлек и шпунтиков — ты должен всегда оставаться чуть-чуть мальчишкой.
Руки — сильные, но не слишком большие. Крот-землерой мне тоже особенно ни к чему.
Ноги — не очень длинные, ты ж не балерина, в конце концов. Ой, немного искривились в процессе подсушки. Ну да ладно, ходить-то сможешь. Тем более что чуть кривоватые ноги даже придают мужчине некий шарм.
Ну, вроде бы всё. 31-е декабря. Успела!
Новогодняя ночь. Празднично сервирован стол на одну персону. Бьют куранты. Главное не торопиться и тогда всё получится. Берём маленькую бумажечку и пишем: «Хочу, чтобы эта кукла ожила!» Теперь бумажечку поджигаем, а пепел топим в бокале шампанского и всё быстренько выпиваем. Бам! — 12-й раз. Успеелаааааа!!!!
Утром 2-го января просыпаюсь от неприятной долгоиграющей трели телефонного звонка.
— Быстро на работу. У нас тут завал, а ты бродишь неизвестно где!
— Да, как же неизвестно? Кому неизвестно? Да ведь я же дома… — мой монолог прерывается короткими гудками на том конце.
Одеваюсь, бросаю в сумку ключи от квартиры и еду на работу. Вот сейчас я выскажу ему всё, что думаю. До каких пор он будет эксплуатировать мою психику? Значит, если я — одинокая беззащитная женщина, то меня можно выдёргивать из постели без всякого зазрения совести??? А когда я опаздываю на работу ну, на каких-то минут 40, то обязательно нужно шикнуть мне в затылок: «Марина Валерьевна! Это, как обычно, в последний раз?» Ух! Сил моих больше нет терпеть этого тирана и деспота. Дон Педро районного масштаба! Но мне обязательно повезёт. «Говорят под Новый Год, что ни пожелается, всё всегда произойдёт, всё всегда случается…» Ну должно же и мне когда-нибудь улыбнуться моё голубоглазое, с проседью, интеллигентского вида счастье!
Рывком открываю дверь в Квадратный кабинет и… Мамочки родные… Это ж куда ж я раньше-то смотрела?
— Анатолий Вениаминович! — я замираю на пороге. А вы никогда не пробовали завести себе усы? Знаете, такие маленькие усики?…
