С размаху повалившись на диван, я стала набирать номер Санечки. Звонила я ему редко, только когда хотела поведать что-то очень веселое.
- Привет! Что общего между зоомагазином и секс-шопом? - начала я с места в карьер.
- Привет, - послышался утомленный голос, - И там, и там - живое.
- Какое живое? - не поняла я. - Только что была: там только продавщица живая, остальное всё искусственное.
- Ну, и я был.
- А ты где был? - в шоке спросила я. Из всех моих знакомых никто никогда подобных мест не посещал, хотя все страшно хотели. Честно говоря, я надеялась Санечку поразить.
- А ты? - я сказала, где. - Фигня, - сказал Санечка, - это не то совсем. Где я был, там девушка голая танцевала.
- В магазине?!!
- Да. Там можно жетончик купить и пойти посмотреть.
- Вроде как на бильярде? - я уже не очень соображала, что говорю.
- Вроде того. Я купил и пошел смотреть.
- А… Красивая девушка-то была?
- Милая. Сказала: "Хочешь меня потрогать?"
- И ты ей сразу: "хочу, хочу, хочу!…" - радостно подхватила я, но Санечка не засмеялся.
- Нет, я ничего не сказал. Просто смотрел на нее молча. Такая… В одних прозрачных трусиках. Она их сняла потом. И говорит: "вон в той кабинке ты можешь меня потрогать".
- И что, потрогал?
- Да. Там стекло, правда. Прорезь только… для руки… - мне стало нехорошо.
- Слушай, а тебя что, все твои девушки послали?
- А ты и рада, да? - спокойно спросил Санечка.
- Да нет… Да конечно, рада, чего уж там… У соседа лошадь сдохла - мелочь, а приятно, - я поняла, что одним уже своим звонком нагородила черт-те чего, и решила плыть по течению.
- Да не то чтобы они меня послали… Я ведь уже и не прошу. Вот, отдал сто пятьдесят рублей, потрогал девушку - и радуюсь. Я думал, она мне скажет, сколько она вся стоит, а она не сказала. А сам я и спрашивать не стал.
- Денег не было?
- Да нет, она мне первый раз бесплатно должна была… отдаться. Но я ушел.
- Не мог?
- Не мог. А зря, надо было.
- Санечка… Слушай…
- А у тебя как дела? - ровным голосом спросил Санечка.
- У меня все здорово, но только вот… Живешь вот так и не знаешь, что у людей творится…
- А что творится? Парню не с кем трахаться - обычное дело.
- Крыть было нечем - действительно, обычное.
- Санечка…
- Зато никаких иллюзий, - я уже успела проклясть тот час, когда зашла в дурацкий магазин.
- Ну, иллюзии еще вернутся. Развитие, оно, знаешь, по спирали…
- В какую сторону-то?
- А в любую! - я отчаянно пыталась выбраться на твердую почву.
- Ну-ну. - Повисло молчание.
- А тебя я давно не видел, - вспомнил вдруг Санечка. - Был бы счастлив…
- Давай в субботу встретимся. Ты что в субботу делаешь?
- Иду к нотариусу, с правами наследования разбираться… И тут я все поняла. У Санечки умер дед. Они жили вдвоем: Санечкины родители давным-давно развелись и разъехались по новым семьям. А теперь Санечка остался один в пустой квартире. И ему даже некого туда привести.
- Хочешь, я к тебе вечером заеду?
- Ты замужем и у тебя дети, - напомнил Санечка.
- Что ж мне теперь, и чаю с тобой не выпить?
- Пойдем лучше в церковь, - вдруг сказал он.
- Пойдем. Сто лет не была в церкви. Давно пора.
- И мне тоже. Мы помолчали.
- Санечка, а ведь все-таки хорошо, что ты есть... С кем бы я еще собралась?
- Созвонимся в субботу, ладно?
- Ага. Пока.
Я повесила трубку. К субботе надо было найти какое-нибудь скромное платье и откопать в залежах тряпья бабушкин серый платок. Прости меня, Господи, я даже не помнила, как надо креститься.
Олеся КРИВЦОВА
