В этой серии мы говорим о необычных панно из мозаики, которые можно встретить в общественном пространстве столицы. Мозаичный декор на закрытых территориях и на старых станциях московского метрополитена в подборке не фигурирует, так как первое едва ли доступно, а второе, напротив, является частью повседневного опыта большинства.

Итак, во второй половине XX века советские художники получили новое пространство для воплощения своих идей: ни больше ни меньше, а фасады и торцы городских домов, в некоторых случаях – внутренние стены помещений.

Беспрекословные сюжеты соцреализма удачно ложились на геометричную форму мозаики. В чести были такие духоподъемные темы, как верность профессии и родине, уважение и взаимовыручка, научные открытия. Впрочем, встречались и более свободные мотивы: например, панно «Осень» в Музее современного искусства «Гараж» (о нем мы писали в предыдущем выпуске).

Интересно, что авторы редко посвящали свои работы персоналиям – гораздо чаще в центре внимания оказывались коллективные сцены, а ее действующими лицами выступала советская молодежь.

Юные граждане коммунистического общества изображались за совместной работой, командным досугом или дружеской беседой, без акцента на характеристиках отдельно взятого образа. Шла ли речь о занятиях спортом или о партийном собрании, гендерная репрезентация на мозаичных полотнах была довольно симметричной.

Взять, к примеру, работы «Спорт» (1964) и «Спорт и дети» (1964) авторства художников Эльвиры Жерносек и Мартуни Потикяна. Оба панно, украсившие Стадион Юных пионеров на Ленинградском проспекте, посвящены прыжку: юного спортсмена в попытке поймать мяч на лету у Жерносек и девочки через скакалку у Потикяна. В последней работе художник уделил внимание и второму плану, где изобразил тренирующихся легкоатлетов и велосипедистов.

На мозаичном панно «Эстафета» (Сиреневый бульвар, 4), созданном Клавдией Тутеволь в соавторстве с Борисом Иофаном в 1973 году, перед зрителем предстают спортсмены постарше, вероятно, комсомольцы: девушка в центре композиции передает горящий факел бегущему впереди юноше. Красота атлетичных тел не знает пола и возраста: мы с удовольствием любуемся осанкой, грацией и физической выносливостью героев.

В 1962 году фасад здания Дворца пионеров на Воробьевых горах украсила работа Евгения Аблина «Юные ленинцы». На смальтовом панно пионеры собрались вокруг костра, чтобы послушать старшего товарища. Девочки и мальчики, представители разных народов многонациональной страны, уселись поудобней и внимают поучительному рассказу.

Различные черты лиц едва ли передают индивидуальность персонажей, ведь в фокусе – статичная композиция, сотканная из единообразия особенностей. Огненная палитра, состоящая из багряно-красных и оранжево-золотистых оттенков, подчеркивает эмоциональный заряд и «вечный» характер сюжета.

Сегодня советские монументальные полотна способны вызвать разные чувства у зрителей: от ностальгии по «простым и прекрасным временам» до ухмылки и неприятия. Дружба без условностей, единство несмотря ни на что: в актуальном искусстве, как и в жизни сейчас, подобное встречается редко – и все-таки существует.

Например, на недавно открывшейся станции московского метрополитена «Университет Дружбы Народов» эскалаторную зону украсило панно с изображением молодежи: предположительно, студентов РУДН. Юноши и девушки из разных стран, в легкой летней одежде, запечатлены в прыжке: вместе, с поднятыми к солнцу руками, они летят на встречу с будущим.