Искусство в городе: мозаичные панно Москвы [Часть 1. Лирика]

Искусство живет не только в музеях и галереях. Его легко обнаружить случайно, гуляя по городу, внимательно или не очень смотря по сторонам.

автор Евгений Елисеев

Зимой
мы говорили об интересных граффити, украсивших фасады столичных домов за
последние пару десятков лет. Предшественницей современных муралов можно считать…
советскую мозаику, как бы неожиданно это ни звучало. В 1960–1970-е годы мозаичное искусство в Советском Союзе переживало
подъем: государственный запрет на использование излишеств в архитектуре (по
сути, отказ от сталинского ампира) открыл дорогу более авангардным решениям в
градостроительстве.

Мозаичное панно (1976) на Рочдельской улице (территория Трехгорной мануфактуры). Автор: Валентин Иванов. Фото: Юлия Крышевич

Стоит
ли говорить, что абсолютной свободой в создании панно советские монументалисты
не обладали: ни в период оттепели, ни в более поздние годы существования строя.
Сюжет работ должен был соответствовать идеологическим ценностям режима:
побуждать к общественно полезной деятельности, напоминать о важных событиях в
истории страны…

Скульптурная композиция "Молодая семья" Сергея Горяинова на станции метро "Полянка" в Москве. Фото: Юлия Крышевич

Политический
пафос, заложенный в мозаике позднего советского периода, удачно передает
выбранный художественный метод: местами абстрактный, местами
кубофутуристический. Остроконечная геометрия элементов мозаики благоволит
авангардным формам – которые, в свою
очередь, продолжают раскрывать идеи соцреализма.

В центр панно советские художники часто помещали пионеров, первооткрывателей, солдат, врачей, изображая деятельных героев застывшими на полотне вечности. Хотя большинство работ советской мозаики изящными не назовешь, такие композиции все же существуют. Например, панно «Осень» в здании Музея современного искусства «Гараж».

Фрагмент мозаичного панно "Осень" в Музее современного искусства "Гараж" (1968–1971). Фото: Илья Иванов. © Музей современного искусства "Гараж"

В
Центральном парке культуры и отдыха имени Горького в 1968 году открылось
знаковое место: кафе «Времена года». Знаковое, потому что туда непременно
заходили туристы, делегаты и прочие гости парка: пообедать и обсудить
впечатления от прогулки. Мозаичное панно «Осень» на одной из внутренних стен
кафе было создано в период с 1968 по 1971 год; автор работы, к сожалению,
неизвестен. “Времена года” перестали существовать в перестройку, а здание еще
лет двадцать оставалось пустующим, пока в 2011 году его не отреставрировал
голландский архитектор Рем Колхас.

Музей современного искусства "Гараж". Фото: Варвара Топленникова. © Музей современного искусства "Гараж"

Советский
конструктивизм в руках архитектора приобрел совершенно новое, гораздо более
современное звучание, при этом Колхас решил сохранить некоторые «детали»
интерьера неизменными: в том числе, настенное панно «Осень». Работа выглядит не
слишком характерно для социалистической традиции мозаики: плавные летящие
фигуры, ассиметричные сочетания, пастельная гамма цветов… По композиции,
“Осень” немного напоминает «Сотворение Адама» Микеланджело, а образ юноши в
центре панно словно вдохновлен живописью Боттичелли.

Мозаичное панно "Осень" (1968-1971) в Музее современного искусства "Гараж". Фото: Варвара Топленникова © Музей современного искусства "Гараж"

В
2015 году в отреставрированное здание на Крымском Валу переехал Музей
современного искусства “Гараж” (до 2014 года
– Центр современного искусства).
Сегодня мозаичное панно “Осень” узнают как негласный символ “Гаража”. Между
тем, “Времена года” вновь открыты для посетителей – только теперь не кафе, а ресторан, открытый в пяти минутах ходьбы
от здания Музея.

Киновинтаж: «Кофе и сигареты» Джима Джармуша

В основу сборника вошли 11 короткометражных фильмов, снятых независимым режиссером за 15 лет работы. Кино длится полтора часа.

автор Юлия Крышевич

«Кофе и сигареты» напоминает по структуре одну из наиболее свежих картин в фильмографии Джармуша под названием «Отец, мать, сестра, брат» (2025). В обоих случаях зритель видит наборы разрозненных историй, происходящих в разное время в разных местах, — связью между ними выступают образы-лейтмотивы. В фильмах Джима Джармуша экранные герои нередко встречаются именно за чашечкой кофе.

Изначально задуманные как самостоятельные и не слишком амбициозные картины, эпизоды «Кофе и сигарет» посвящены конкретным жизненным ситуациям двух, реже трех персонажей. Зрители наблюдают случайную, обычно не слишком складную беседу героев за столиком в кафе: на первый план выходят их взаимоотношения или состояния в данный момент, а вот составить более широкое представление о закадровом контексте сложно.

К съемкам в «Кофе и сигаретах» Джармуш пригласил своих знакомых – звезд американского мира кино и музыки, играющих в кадре… самих себя. При этом режиссеру удалось сохранить будничность повествования: на экране характер общения героев раскрывается внутри разговора тет-а-тет, предлагая высокую степень соучастия. В большинстве эпизодов друзья пересекаются в недорогой закусочной, садятся за столик, напоминающий шахматную доску, и осторожно приступают к обмену репликами, словно начиная партию игры.

Так, актриса Кейт Бланшетт пытается убедить свою менее известную кузину Шелли в том, что они по-прежнему близки и что ее слава не препятствует искреннему сестринскому диалогу. Музыкант Игги Поп встречается с уставшим после работы напарником Томом Уэйтсом и в оживление беседы бросает идею о пополнении состава группы новым барабанщиком, после чего разговор сходит на нет. Актер Альфред Молина хочет сблизиться в общении с коллегой Стивом Куганом и объявляет повод для встречи: оказывается, они дальние родственники! Куган остается равнодушным к порыву Молины, пока не находится другой «повод»: знакомство последнего с известным режиссером Спайком Джонсом. На этот раз встречу уже спешит покинуть Альфред Молина. И так далее.

Некоторые истории в «Кофе и сигаретах» выглядят настолько таинственными, что почти лишают зрителя надежды распутать клубок причинно-следственных связей. В одной из таких Алекс Дескас зовет своего приятеля увидеться после долгой разлуки. Пришедший на встречу Исаак де Банколе тщетно ищет повод для разговора. Он несколько раз переспрашивает друга, случилось ли что-то, но Алекс утверждает, что все в порядке. В последней сцене эпизода видно, как Дескас подбрасывает кости, словно силясь принять судьбоносное решение.

Наблюдая за героями фильма Джима Джармуша, невольно вспоминаешь высказывание другого режиссера, Дэвида Линча:

Даже плохой кофе лучше, чем его отсутствие

И дело здесь не только в природном энергетике. Действующие лица в фильме всегда находят время для малосодержательных разговоров и для перекура в дружеской компании. Например, Игги Поп и Том Уэйтс решают выкурить по «последней», так как оба находятся в «завязке», а кузина Бланшетт быстро орудует зажигалкой, зная, что в отеле запрещено курить.

«Кофе и сигареты» Джармуша напоминает серию скетчей, театральных этюдов для разминки молодых артистов. В них нет иносказания, захватывающего нарратива или плотной системы взаимоотсылок, что свойственно монолитным полнометражным картинам. Зато есть тонкая работа актеров в предложенных обстоятельствах и «крупный план», где эмоции персонажей видны в любопытных деталях. И, конечно, сборник Джармуша 2003 года – это эстетика придорожных американских кафе и «пустых» дружеских разговоров, которые сегодня все чаще кажутся непозволительной роскошью.

Возрастное ограничение: 16+

Юлия Крышевич

Редактор раздела «Искусство»

Фото: все — кадры из фильма «Кофе и сигареты» (2003), реж. Джим Джармуш
Источник: Клео.ру