Двигаясь к мечте, или шедевры мировой хореографии. «Танцующие мечты» Пины Бауш

9 января мир отметил День хореографа. В этой рубрике вспоминаем известные работы "магистров танца", начнем со спектакля "Танцующие мечты" (2008) Пины Бауш.

автор Елизавета Федорова

Третья версия спектакля «Танцующие мечты» (на немецком – Kontakthof) стала последней работой великого хореографа. Она же легла в основу сюжета фильма Энн Линсель и Райнера Хоффмана 2010 года. Съемки картины стартовали в 2008 году, годом позднее Пина Бауш ушла из жизни с диагнозом «рак легкого», так и не дождавшись кинопремьеры.

Хореограф и танцовщица Пина Бауш. Фото: Кинопоиск.ру

Сегодня мы назвали бы проект «Танцующие мечты» Пины Бауш трилогией. Первый спектакль состоялся в 1975 году, в нем участвовали 30-40-летние актеры Танцтеатра Вупперталь, которым в тот момент руководила сама Пина. На рубеже тысячелетия Бауш поставила эту же работу с непрофессиональными участниками элегантного возраста (65 лет и старше), а спектакль, впоследствии ставший фильмом, создавался для подростков без танцевального опыта. Приглашая школьников Вупперталя (небольшой город на западе Германии) принять участие в проекте, хореограф изначально не устраивала кастинга – к репетициям смогли приступить все желающие, а это – дети разного социального происхождения и вероисповедания.

Сцена из второй версии спектакля “Танцующие мечты” 2000 года. Фото: Кинопоиск.ру
Около года совместной работы, еженедельные репетиции по субботам, наставничество не только самой Бауш, но и двух опытных танцовщиц ее труппы, Бенедикт Биллет и Джо-Энн Эндикотт. За процессом репетиций в течение месяцев наблюдала съемочная группа Линсель и Хоффмана, но делала это крайне деликатно – по требованию Пины. Хореографу было важно сохранить атмосферу спокойного любопытства для начинающих актеров. В фильме фрагменты постановочной работы, прогонов и объяснения материала Бенедикт и Джо перемежаются с закулисными интервью: ребята делятся своими ощущениями и переживаниями, рассказывают об имеющемся опыте (чаще – о его отсутствии) и желании пробовать новое.

Кадр из фильма "Пина. Танцующие мечты". Фото: Кинопоиск.ру

От «Я никогда не делал(а) этого раньше» до «Премьера звучит волнительно, но я думаю, что мы справимся». Хотя значительная часть киноспектакля построена по принципу бэкстейдж-съемки, эффекта «реалити-шоу» при этом не возникает. Финальные репетиции на сцене проходят в более напряженной атмосфере, чем первые встречи, не все юные актеры попадают в основной состав спектакля, но, к некоторому удивлению зрителя, эти сложности едва ли влияют на общий настрой… Преодолевая стеснение и постепенно входя во вкус, школьники отважно ждут премьеру: в этот день они смогут доказать себе и другим, на что они способны.

Кадр из фильма "Пина. Танцующие мечты". Фото: Кинопоиск.ру

Впрочем, во время закулисных бесед с репортерами, подростки сообщают о себе что-то личное – эти подробности тяжело не брать в расчет, думая об образах ребят в постановке. Например, Катя обнаруживает сходство между ее персонажем и собственной особенностью «иногда с трудом справляться с чувством гнева» (рассказ о трагической судьбе деда девушки проливает свет на возможные причины такой реакции). Главная героиня, Джой, признается, что ей нужно время, чтобы начать доверять людям, а исполнитель эпизодической роли, Сафат, смело заявляет о своем намерении избавиться от стереотипов и смотреть на мир более беспристрастно.

Кадр из фильма "Пина. Танцующие мечты". Фото: Кинопоиск.ру

Известный новатор в области современного танца, Пина Бауш стремилась объединить в своей хореографии экспрессию немецкого танца-модерн и точность – американского. По этой причине, исполнители «Танцующих мечт» – как в финальном спектакле с подростками, так и в его предыдущих версиях – двигаются от внутреннего импульса, переходя от содержания к форме. Главное в версии спектакля с вуппертальскими школьниками – не танец, а интроспективное и социальное взаимодействие, движение на стыке состояний «я-внутри» и «я–в диалоге с другим».

Кадр из фильма "Пина. Танцующие мечты". Фото: Кинопоиск.ру

«Помехи» такой активности – почесывания, одергивания себя и другого – не исключены из хореографии, а, наоборот, акцентированы – они, согласно видению Пины, придают постановке жизненный, земной характер, подсвечивают несовершенную природу людских отношений. Вопреки всем этим шероховатостям, общий рисунок Kontakthof выглядит как безукоризненное воплощение модерна – выверенное, структурное, симметричное. Дополняют это «правильное» впечатление костюмы героев: черные фраки одного фасона для юношей и разноцветные коктейльные платья, сидящие по фигуре, для девушек.

Кадр из фильма "Пина. Танцующие мечты". Фото: Кинопоиск.ру

В некотором смысле фильм Энн Линсель и Райнера Хоффмана посвящен самому интересному спектаклю Бауш из всей трилогии. В его третьей версии задействованы непрофессиональные актеры, но они молоды, ими движет мощнейшее из возможных топлив – азарт начинания. Там, где энергия сталкивается с неопытностью, способно родиться что-то совершенно неожиданное. Kontakthof Пины Бауш 2008 года – невинная проекция будущего, нежный и осторожный эксперимент по предъявлению себя миру.  

Возрастное ограничение: 16+

Мировая премьера фильма состоялась в 2010 году, в 2012 году картина вышла на российские экраны.

Фильм «Пина. Танцующие мечты» (16+) доступен для просмотра в интернете.

Модный образ — виджет Клео.ру

Как кринж стал частью культуры: от уроков этики до художественного беспредела

Юджин Бринкем недавно порассуждала об этом феномене в материале Art in America.

автор Юлия Крышевич

Кадр из фильма «Учитель на замену»

Исследовательницу литературы и медиа Юджин Бринкема, давно и счастливо работающую с искусством, откровенность, неприкрытая материальность последнего ни разу не смущает. Бринкема помнит, как художница Джуди Чикаго использовала менструальную кровь в своих работах, а ее более молодая коллега Инна Поп представила сыр, сделанный из собственного грудного молока (конечно, это был арт-объект). Ко всему этому легко привыкнуть, считает Бринкема, пока дело не доходит до… кринжа в художественных произведениях – ощущения неловкости и стыда за действия героя, которые переживаешь как собственные.

Характерный пример такой ситуации автор видит в фильме Кристоффера Боргли «Вот это драма!» (18+), вышедший на российские экраны весной 2026 года. Речь идет о сцене, где вечером за бокалом вина беседуют четверо друзей – Эмма (играет Зендея), Чарли (играет Роберт Паттинсон), Рэйчел и Майк. Герои по очереди рассказывают истории из жизни, где они проявили себя с не лучшей стороны. Внимая рассказу о курьезах приятеля, остальные больше не могут это «развидеть», разрываясь между чувством «испанского стыда» за услышанное и желанием оправдать друга. Впрочем, как бы ни старались молодые люди, они с трудом скрывают собственное смятение за столом, а узнав историю Эммы, и вовсе теряют самообладание.

Кадр из фильма «Учитель на замену»

Бринкема резюмирует: персонажи фильма испытывают смесь стыда за происходящее и одновременно – позыв проявить сочувствие друг к другу. В повседневной жизни мы с высокой вероятностью будем кринжевать в следующих ситуациях: видя, что с кем-то обращаются несправедливо и бесчестно, но не имея возможности на это повлиять, став невольным свидетелем камерной беседы или очень уязвимого состояния незнакомого человека. И хотя словосочетание «умереть от стыда» – всего лишь метафора, оно часто ощущается правдоподобно.

Состояние кринжа истории знакомо давно: экономист и философ Адам Смит в 18 веке толковал известное христианское изречение «Поступай с другими так, как хочешь, чтобы поступали с тобой.» с позиции светской этики. Смит призывал вжиться в страдания другого, на мгновение представив себя на его месте. У многих людей это происходит физиологически, за счет развитой эмпатии, другим же приходится подключать когнитивные усилия.

Кадр из фильма «Учитель на замену»

Во многих языках мира есть выражение, соответствующее этому ощущению. Например, немецкое Fremdschämen дословно означает «чужой дискомфорт», шведское skämskudde – подушку, в которую можно спрятать лицо, чтобы не наблюдать чей-то публичный провал, а японское mite irarenai – невозможность смотреть на неловкую ситуацию. Прародителю этого термина, староанглийскому глаголу to cringan, филологи приписывают следующее значение: падать ниц, уступать, сотрясаясь от страха. И если от ужаса у человека обычно цепенеют конечности и сводит желудок, то у кринжующего аналогичным образом напрягаются мускулы лица, может даже начаться дрожь.

Юджин Бринкема убеждена: состояние кринжа включает в себя несколько слоев реакций. Индивидуальны ли они? По мнению автора, да и нет одновременно. Мы с легкостью распознаем испытывающего кринж со стороны, но внезапно оказавшись в его положении, вероятно, проявим личные особенности в переживании эмоции. Сегодня «переносчиками» кринжа становятся продукты виртуальной реальности – видео, рилсы, посты с комментарии в интернете, без которых мы более не представляем свою повседневность. Кринж окружает нас повсюду, или, как напутствовала Тейлор Свифт выпускников в 2022 году, нам всем необходимо учиться жить с кринжом.

Кадр из фильма «Учитель на замену»

Однако сказать легче, чем сделать, прямое подтверждение чему есть в сцене фильма Боргли. Рассказ Эммы вызывает протест: приятели обвиняют девушку в том, чего она не делала. В свою очередь, мы, зрители, начинаем переживать за Эмму, ведь ее компания вместо сочувствия проваливается в отвращение, активно отрицая собственные промахи. И пока герои на экране ищут соринку в чужом глазу, очередь кринжевать наступает у аудитории. Такое способно застать врасплох даже авторитетного арт-критика.

Оригинал материала ищите здесь.

Мнение, высказанное в тексте, может не совпадать с мнением редакции.

Модный образ — виджет 290 px

Юлия Крышевич

Редактор раздела «Искусство»

Фото: Кинопоиск.ру, кадр из фильма «Учитель на замену» (реж. Тони Кэй, 2011)
Источник: Art in America