Ученые выявили новые риски посещения солярия

Солярий может вызвать тяжелую реакцию на лекарства и продукты.

автор Евгений Елисеев

Ученые описали вред солярия при сочетании УФ-излучения с лекарствами, косметикой и продуктами.

Ультрафиолетовое излучение соляриев классифицировано как канцероген первой группы из-за связи с меланомой и другими видами рака кожи. Новый систематический обзор ученых Манчестерского университета показал, что вред солярия включает и тяжелые реакции фоточувствительности при сочетании ультрафиолета с лекарствами, косметикой, продуктами питания и некоторыми заболеваниями. Последствия варьировались от болезненной сыпи и крупных волдырей до поражения сетчатки, обмороков и обострений системной красной волчанки.

Как рассказывает Ridlife.ru, авторы изучили научные публикации, вышедшие с момента создания трех медицинских баз данных по 8 мая 2025 года. После проверки 413 записей в обзор включили 34 исследования: 26 описаний отдельных случаев, шесть серий случаев и две поперечные работы. Всего в них зафиксировали 67 реакций фоточувствительности после использования солярия.

Среди выявленных нарушений были 29 случаев псевдопорфирии, четыре случая солнечной крапивницы и три реакции, связанные с системной красной волчанкой. Еще 31 эпизод исследователи связали с системными препаратами, продуктами питания и средствами для местного применения. При этом шести пациентам потребовалась госпитализация, а отдельные пострадавшие перенесли хирургическую обработку поврежденных тканей или пересадку кожи.

В список препаратов вошли вориконазол, налидиксовая кислота, гидрохлоротиазид, ломефлоксацин, ламотриджин, напроксен, хлорпропамид и тетрациклин. Кроме того, в публикациях описаны тяжелые реакции после приема ибупрофена и псораленов, которые некоторые люди использовали для усиления загара. В одном случае ультрафиолет на фоне приема гидрохлоротиазида связали с фототоксическим повреждением сетчатки после того, как женщина на несколько минут сняла защитные очки.

Опасность представляли и привычные продукты. В частности, болезненные ожоги и волдыри возникали после контакта с пастернаком и соком лайма, а также после употребления большого количества сельдерея. Эти растения содержат фурокумарины, способные усиливать чувствительность тканей к ультрафиолету. В небольшом исследовании среди работников магазина, контактировавших с сельдереем, кожные реакции выявили у шести из восьми посетителей солярия и у 13 из 39 человек, которые им не пользовались.

Сеанс искусственного загара также мог спровоцировать первое проявление заболевания. Три из четырех случаев солнечной крапивницы впервые проявились после посещения солярия, причем у части пациентов возникали головокружение, обмороки и потеря сознания. Также авторы нашли два обострения ранее диагностированной системной красной волчанки и один случай, после которого заболевание выявили впервые.

Большинство подробно описанных пациентов составляли женщины: 51 из 56 человек в отчетах и сериях случаев. Чаще всего реакции фиксировали в возрасте от 20 до 29 лет. Однако исследователи связывают такую разницу в том числе с более частым использованием соляриев женщинами и подчеркивают уязвимость любого посетителя.

Вред солярия особенно важно учитывать людям, принимающим препараты с фотосенсибилизирующим действием, а также пациентам с солнечной крапивницей, волчанкой и другими заболеваниями, чувствительными к ультрафиолету. Риски для здоровья возможны даже после короткого сеанса, а защитные очки уменьшают воздействие на глаза, но не устраняют последствия для кожи. Поэтому перед процедурой следует проверить инструкцию к лекарствам и обсудить возможную фоточувствительность с врачом или фармацевтом.

Авторы признают ограничения обзора: основная часть данных получена из описаний отдельных случаев, поэтому частоту таких осложнений оценить невозможно. Кроме того, причинная роль солярия в ряде публикаций определялась по клинической последовательности событий. При этом ученые считают, что опубликованные истории могут отражать лишь часть реального числа реакций. По мнению авторов, вред солярия требует более заметных предупреждений для посетителей, сотрудников салонов и медицинских работников.

Ученые изучили связь тревожности с трудностями засыпания у детей

Исследователи обратили внимание на объем щитовидной железы.

автор Евгений Елисеев

Почему ребенок плохо спит?

Ученые Международного университета Флориды обнаружили связь между тревожностью, объемом шишковидной железы и трудностями с засыпанием у детей 10–13 лет. Результаты исследования опубликованы в журнале Scientific Reports.

Авторы искали возможное биологическое объяснение тому, почему ребенок плохо спит при выраженной тревожности. Их внимание привлекла шишковидная железа, отмечает Ridlife.ru. Она находится в головном мозге и вырабатывает мелатонин — гормон, участвующий в регуляции суточных ритмов.

В итоговый анализ вошли данные 118 детей. Ученые оценили тревожность по клиническому обследованию и ответам детей и родителей, изучили снимки МРТ и записали показатели сна в течение одной ночи. Специальные датчики помогли определить, сколько времени занимало засыпание и как проходил сон.

У детей с высокой тревожностью больший объем ткани железы был связан с более долгим засыпанием. При низкой тревожности такой связи не обнаружили. При этом прямой связи между выраженностью тревоги и объемом железы ученые тоже не выявили.

Кроме того, исследователи оценили, какую часть ночного наблюдения дети действительно спали и сколько длились разные стадии сна. Результаты по этим показателям были менее однозначными. Отдельные связи при высокой тревожности не получили статистического подтверждения. Наиболее убедительный результат касался именно времени засыпания.

Одно из возможных объяснений ученые связывают с выработкой мелатонина. По их предположению, при тревожности этот процесс может нарушаться. Больший объем ткани железы мог бы отражать попытку организма компенсировать сбой. Однако уровень гормона в этой работе не измеряли, поэтому такое объяснение пока остается гипотезой.

Если ребенок плохо спит, по одному этому признаку нельзя судить о тревожном расстройстве или нехватке мелатонина. Исследование также не устанавливает, что именно тревога вызвала трудности с засыпанием. Дети провели под наблюдением только одну ночь, и непривычная обстановка могла повлиять на их сон. Для проверки своих предположений авторы предлагают в дальнейших исследованиях непосредственно измерять уровень мелатонина.

Евгений Елисеев

Выпускающий редактор

Фото: все — www.magnific.com
Источник: Scientific Reports