— Уррра! Гуляем!
Серега ворвался в офис, размахивая какой-то бумажкой и при этом, пытаясь другой рукой удержать звенящую сумку и коробку с тортом. Из дверей кабинетов высунулись любопытные головы:
— Что? Что случилось?
— Народ, опять машину обмываем?!
— Серег, у тебя ж день рождения месяц назад был!!!…
Не отвечая на вопросы, судовой оператор Сергей Данилов помчался к кухне, плюхнул на стол сумку и, все так же не говоря ни слова, но продолжая размахивать какой-то бумаженцией, кинулся обратно на улицу. Через минуту он вернулся с новой сумкой продуктов и бутылок. Народ недоумевал. Серега отдышался и объявил:
— Я усыновил своего ребенка!
И началось застолье.
Дело в том, что все в конторе были в курсе семейных перепетий Сережи. Он, как и большинство работников нашей фирмы, учился в Макаровке, а значит жил долгое время в Питере. Совершенно естественно, что за это время он встретил девушку, которую полюбил. Пока у них продолжался конфетно-букетный период, все было хорошо. Но вот настал момент вручения дипломов будущим судоводителям. Потом, как и положено, был банкет, пьяные прогулки по питерским мостам, общение с конем Петра Великого, торжественное обмакивание дипломов в воды Финского залива, громкие признания в любви и страшно похмельное утро с вопросами "Кто виноват?" и "Что делать?". Кто виноват разобрались быстро и купили пива, а вот что делать дальше…
Настала пора возвращаться в Таллинн, а за время учебы Эстония успела превратиться в гордую и независимую маленькую страну, не желающую увеличивать свое население за счет притока русских. Сергей был гражданином России, но обладал правом жить и работать на территории Эстонии, но вот Афанасьева … Не мог Сережка распрощаться со слезами на глазах со своей любимой девушкой и обещать писать ей письма. Надо было что-то делать. Притом к решению вопроса следовало подойти не просто творчески, но и прагматично.
Сергей и Ниночка запаслись разнообразными законодательными актами, которые пришлось отдавать в бюро переводов и начали читать. Сережа был судоводителем, Ниночка — воспитательницей. Им было трудно просто читать все эти законы, постановления и инструкции и решать, какая же из этих бумажек поможет им быть вместе. Сережа читал эти самые законы, стоя на мостике, а Ниночка в тихий час. Впечатлением о прочитанном они обменивались в письмах. А впечатление было одним и тем же: чем больше они читали, тем больше запутывались, потому что попадали в какой-то замкнутый круг, который пугал их своей безысходностью.
В конце концов Сергей вернулся из рейса и отправился к известному таллиннскому юристу. Юрист внимательно смотрел на молодого человека и не менее внимательно слушал. Он уже выслушал несколько десятков подобных историй о любви, реализоваться которой мешали юридические, политические и экономические преграды. Для одних из них находилось решение, для других нет и родители и дети, мужья и жены, родственники и возлюбленные оставались по разные стороны границы. Юрист понимал, что совет, который он сейчас даст этому молодому человеку балансирует на грани законности. Он, юрист, должен стоять на стороне Закона. Но ведь Закон изначально был создан чтобы стоять на страже интересов человека. А в итоге… Юрист знал лучше других, какие преступления творились под прикрытием Закона. Поэтому он уже знал, что именно посоветует молодому человеку…
Итак, сыграли свадьбу. И Ниночка Афанасьева стала… Ниночкой Дроздовой. Женой лучшего друга Сережи и одновременно счастливого обладателя эстонского гражданства. На правах его жены Ниночка переехала в Таллинн и подала документы с ходатайством о разрешении на постоянное жительство и работу и приготовилась ждать. Ждать долгие пять лет. И все эти пять лет быть женой лучшего друга Сережи Данилова. А Сережа приготовился жить в одной квартире с женой своего лучшего друга и воспитывать вместе с ней сына Сашеньку с фамилией своего лучшего друга, который появился на свет спустя год их совместной жизни.
За эти пять лет было много забавных ситуаций когда, например, в теплой компании Сережиных друзей Диму Дроздова представляли: "А это Дима — муж моей жены!". Но в общем-то все это было мелочами по сравнению с тем, что Сережа и Ниночка наконец-то были вместе. Жили в одной квартире, растили Сашеньку, ездили навещать Ниночкиных родителей в Питер, ходили в театры и на дискотеки и вообще, радовались жизни. Правда этой радости жизни сопуствовали некоторые странные явления, которые все они четверо дружно переживали.
Невольно Дима Дроздов стал членом семьи и самым близким человеком для Сережи, Ниночки и Сашеньки…И вот, долгожданный момент освобождения наступил! Ниночке Дроздовой чиновники Эстонской Республики разрешили жить на ее территории вне зависимости от того, за кем она замужем. Они признали ее, Ниночкины права на то, чтобы считаться независимой, самостоятельной личностью и тем самым разрубили узел сложных взаимоотношений четверых человек. Серега разливал шампанское и радостно делился планами:
— Вот! Теперь через полгодика Ниночка подаст на развод, а потом я усыновлю Сашу… и Дроздов, может, наконец женится по-настоящему!
— Эээ, Серега, а пусть она на алименты подаст!
— Ага, а Дроздов на раздел имущества!
Множество шуточных и серьезных советов обрушились на счастливого Сергея, который, как это не трагично звучит, готовился усыновить своего сына считал это своей самой большой радостью в жизни …Такой вот трагифарс со счастливым концом на тему любви и бюрократии…
