Абитуриенту
2001 года посвящается…
Как-то особенно стихийно организуется в наше время жизнь,
что нынче как никогда раньше особенно широкое поле для мифотворчества.
Просто не бытие, а какая-то древняя мифология со своими богами, сатирами,
нимфами и прочими архаизмами.
Студенческую жизнь и все,
что с ней связано, в данном случае исключением не назовешь. Но тут клиника
особая — мифы и реальность тесно переплетаются и образуют чудовищную симбиотическую
связь.
Миф конституционный
Только, пожалуйста, не смейтесь, сейчас я буду цитировать
Конституцию Российской Федерации (прости, Господи!). Можно не вставать.
Итак, пункт 3 статьи 43 главы 2 гласит: «Каждый в праве на конкурсной
основе бесплатно получать высшее образование в государственном или муниципальном
образовательном учреждении и на предприятии». Я, в силу своей конституционной
темности, плохо представляю, как на предприятии можно получить высшее
образование, зато по остальным пунктам удалось просветиться на практике.
Никаких сногсшибательных тайн я вам, конечно, не поведаю, ибо в реальности
все так и обстоит, то есть народ у нас и правда имеет право получить бесплатно
высшее образование. Оно же у нас до сих пор лучшее в мире, то есть, простите
за необходимое повторение, бесплатное. И любой чиновник в министерстве
образования будет с пеной у рта вам это доказывать. Пока не смейтесь.
Как только гражданин РФ решает этим правом воспользоваться,
тут-то перед ним и возникает это страшное слово конкурс. Правила конкурса
просты и понятны — держи карман шире! Не получается? А какого тогда фига
лезешь, куда не просят? Впрочем, лично я до сих пор в силу своего природного
оптимизма и светлой веры в человека, уверен, что гении
с торчащими в разные стороны семью пядями во лбу идут вне конкурса. Истории
подобные примеры известны.
Пусть меня научат
В высшее учебное заведение идут
за знаниями. Есть и такой миф. Конечно, не туда идут, но количество
идущих с каждым годом только увеличивается. Дело не в том, что знаний
в вузах нет. Есть, но, во-первых, никто никого учить не будет насильно,
во-вторых, никто никого учить не будет даже, если учиться очень хочется.
Большинство навыков будущим специалистам предстоит освоить самостоятельно,
как говорится, в свободном плавании. А вот и парадоксы. Целых три года
нас, студентов отделения журналистики, буквально морили на
занятиях по физическому воспитанию по четыре учебных часа в неделю.
В определенный момент стало казаться, что мы участники засекреченной программы
по подготовке кадров для спецназа. Когда после очередных пяти километров
бега за пять минут, я вползал в кабинет к знакомой уже опытной журналистке
со словами: «Наш тренер просто зверь!», она, отпаивая меня горячим чаем,
недоумевала как и все мы, зачем, собственно, все это надо? Ну надо, так
надо!
Однако, в противовес занятиям по физвоспитанию представить,
увы нечего. На четвертом году обучения нам предложили курс «Актуальные
проблемы современной науки». Чрезвычайно полезный и интересный во всех
отношениях, на мой взгляд, курс состоял из… шести часов. То есть в неделю
полтора часа три раза и вот он закончился. Предложи нам хотя бы половину
занятий по физической культуре заменить » Актуальными проблемами», мы
бы согласились и не поверили своему счастью. Таким же образом дело обстоит
и с психологией, социологией, имиджелогией. С философией повезло больше,
но все равно мало. Так что университетская программа обучения — это вам
труд, который будет посильнее сочинений Монтеня, Декарта, Канта, Шопенгауэра,
Ницще и так далее вместе взятых. И против нее не попрешь. На первом курсе
студенты еще пытаются утешить себя разговорами о заморских Гарвардах,
Оксфордах и Колубийском университете, где студенты сами выбирают дисциплины,
по которым хотели бы обучаться. Но у нас все-таки лучше, потому что напрягаться
в конечном итоге сильно не надо. Но это я уже о следующем мифе начал рассказывать.
Легко в учении, тяжело в бою
Сессия для первокурсников
— это пока нечто такое загадочное, темное и в доску страшное. И не верьте
тем, кто говорит, что студенты накануне экзаменов и зачетов (из чего сессия
и состоит) беспробудно пьют. По крайней мере не первокурсники. Все куда
более прозаичнее: судорожно перелистываются все лекции и взгляд впивается
в каждое написанное слово для того, чтобы а) запомнить, б) правильно воспроизвести,
в) попытаться понять смысл, а на утро следующего дня с выражением рассказать
преподавателю об антропоморфизме, легитимности и сингулярности. Все это
происходит на первой сессии. Перед всеми остальными студенты (конечно,
не все) уже пьют и за час до экзамена с похмельной икотой пишут шпаргалки.
Ибо нет ничего проще, чем сдать экзамен. Бродит
в студенческой среде притча о том, как однажды с жуткого похмелья особо
находчивый студент обратился на экзамене к преподавателю со словами: «Послушайте,
Иван Иваныч (условно, назовем так преподавателя), мы с вами взрослые люди
и у нас своих проблем хватает. И охота вам в тысячный раз слушать нудную
историю о том, как Лев Николаевич Толстой изобразил народ в своем романе
«Война и мир»? Пойдемте лучше с вами выпьем грамм по двести!» Преподаватель
согласился на предложение студента… Впрочем, где здесь миф, а где реальность,
сказать трудно.
Александр Максимовский
