Еще
в юношеские годы, хиппуя и занимаясь бальными танцами, зажимая три «блатных»
аккорда и участвуя в городских олимпиадах по литературе, выискивая на
блошинных рынках тряпицу пострашнее и тщательно изучая
модные журналы, я ломала голову и мотала нервы окружающим, желая найти
себя в этом сложном мире. Тогда я спасла своих родителей от маячившей
перспективы детоубийства в состоянии аффекта, попав в руки опытного психолога.
Участвовала в многочисленных психологических тренингах, уверовав, что
теперь-то уж точно узнаю, кто я, откуда и куда иду. Одним из ответов на
множество вопросов стало то, что по психотипу я отношусь к «импульсивным
интравертам», а значит, всячески уклоняюсь от ограничения свободы, подвержена
сменам настроения, весьма любопытна и постоянно нуждаюсь в новизне. Я
вздохнула и перестала метаться, а начала приспосабливаться к собственной
натуре. Таким образом, волоча по жизни груз собственных недостатков, я
ввязывалась во всевозможные авантюры, правда, умудрялась выходить из них
невредимой и уже через минуту, пылая энтузизмом, мечтала о марше-броске
в глушь Севеннских гор.

Очередной моей авантюрой стал мужчина. Да-да, обыкновенный
мужчина. Встретились мы с мужчиной моей мечты, когда я летела со стремянки,
на которую взгромоздилась с целью протереть листья пальмы. Он, по счастью,
в этот момент заходил в наш офис и успел поймать меня и даже вернуть в
вертикальное положение. Согласно все тем же психологам, женщине достаточно
десятка секунд для того, чтобы сделать все необходимые выводы о личности
противоположного пола. Мне хватило меньше, чтобы прийти к единственному
заключению: мне жизненно необходим этот субъект и я его получу. Бедняга
не подозревал, что он уже влип по самые уши. Пока что он улыбался и шутил
относительно «храбрых канатоходок». Не знаешь ты, мой дорогой, на какой
тонкий канатик только что взобрался, пригласив меня на
чашку кофе в соседнем баре! Мы мило пообщались — так, ни о чем, и
расстались добрыми друзьями.

С тех пор он не приходил в нашу контору без шоколадки или
букета цветов, а я упивалась флиртом. Время шло, а флирт по какой-то неведомой
мне причине забуксовал на одном месте — конфетно-букетный период начинал
действовать мне на нервы. Мне хотелось прогулок под луной, серенад возлюбленного
и, чем черт не шутит, кольца с брильянтом в придачу к предложению руки
и сердца. Я призадумалась и призвала на помощь ближайших подруг. Мы экстренно
созвали малый женсовет и на повестке дня стоял единственный вопрос: как
спровоцировать его на активные действия? К полуночи кончились сигареты
и кофе, коньяк давно вылакали — план был разработан. Основой послужили
«достоверные» рассказы о всяческих чудесах, случившихся с многочисленными
знакомыми после обращения
к черной и белой магии. Не иначе, как врожденный авантюризм, подпитанный
высокоградусными напитками, ударил мне в голову и сшиб с твердой почвы
прагматизма. Перво-наперво девицы вытащили книгу с гаданиями, объявив
мне, что следует сперва удостовериться в том, суженый ли это мой. Книга
гласила: «Надень на одну ногу чулок и ложись спать, приговаривая: «Суженый-ряженый,
приди меня разувать!».

Светка сорвалась с места и помчалась к моему шкафу искать
чулок. Сначала она недовольно ворчала, что в моем шкафу можно только самой
заблудиться, а не найти что-нибудь, а потом радостно объявила, что с чулком
проблем нет.

Проснувшись, я вспомнила, что должна ухватить зубами угол
подушки, чтобы сон не ушел. В одном черном чулке и с подушкой в зубах
я прочапала в соседнюю комнату, где спали девчонки. Те непонимающе уставились
на меня, когда я попыталась пробормотать: «Бов-бов-еххро!».
Я выплюнула подушку и еще раз пожелала всем доброго утра.
— Ну что? Видела? — накинулись на меня подруги.
— Рассказывать?
— Не томи же! — застонала Светка.
Интересно, чего им рассказывать? Снилась всякая ерунда. Разувать и раздевать
никто не приходил. Я честно перечисляла все, что запомнила: стреляла по
стеклянным банкам, снилась сама себе мужчиной и как-то одновременно манекенщицей
в Париже, убегала от летающего розового слона… что еще? Вроде все. А-а-а,
еще снился лопоухий Мишка из соседнего отдела. Чего,
собственно, снился — непонятно. Весь сон молчал, хлопал глазами и
улыбался. Короче, ничего интересного.
Девчонки молча смотрели на меня, а потом Светка объявила:
— Это все потому, что ты рябиновку на ночь пила. Кто ж гадает в пьяном
виде? Тебе вытрезвитель и доктор в белом халате присниться должен был!

Недовольно ворча, мы отправились завтракать. За утренним
кофе порешили: мне необходимо пойти к колдунье. Перелопатили гору газет
с объявлениями типа: «Возвращаю мужа, лечу от болезней Венеры, снимаю
порчу и заговариваю на богатство». Нашли массу
колдуний и знахарок в -дцатом поколении и выбрали одну. С фотографии
смотрело строгое лицо — ну точь — в точь моя географичка в момент, когда
я у доски отвечала! Я пообещала сегодня же навестить ведунью и обещание
свое сдержала. Правда, я поняла, что в результате визита мне придется
сидеть на кефирчике и кукурузных хлопьев до зарплаты, но не беда — для
фигуры полезно. Зато бабушка Марья выдала мне волшебное средство —
флакон с какой-то субстанцией, похожей на соль, которой полагалось посыпать
все вокруг точно в полночь седьмого дня новой луны и проговорить: «Как
люди соль любят и без нее не могут, чтоб ты, добрый молодец, так же меня
любил и без меня жить не мог, ни дня дневать, ни часа часовать, минутки
миновать, все бы за мной ходил и на меня любовался».

В полночь, вооружившись любовной магией, записанной на
бумажку, я начала с выражением читать: «Встану, благословясъ, выйду,
перекрестясь, из двери в двери, из ворот в ворота к синему морю. На синем
море есть остров, на острове стоит дуб, под этим дубом лежит плита плитущая.
Уложу плиту на ретивое сердце молодца. Напущу ему тоску-печаль, чтобы
он тосковал, дурным голосом кричал по мне. Чтобы он не мог ни жить, ни
минуту коротать. Ходил бы не захаживал, сидел бы не засиживал, думал не
задумывался, спал бы не засыпал, по утру вставал, на ум-разум брал меня.
Пусть для него другая девица будет казаться страшной, как львица, как
сова полосатая, как ведьма лохматая. А я для него жар-птицей».

Продекламировала я этот опус устного народного творчества
и задумалась: я-то, конечно, не против, чтобы добрый
молодец сох по мне, а других девиц воспринимал аки «ведьм лохматых»,
но вот насчет «дурным голосом кричал»… Представила принца своей мечты
— смелого, сильного, мужественного, орущего дурным голосом, цепляющегося
за меня всеми конечностями и плачущего горькими слезами. И так мне этот
образ не понравился, что остаток ночи я провела в размышлениях. К утру
моя бедная голова опухла и заболела. Такой я и пришла на работу — совершенно
разбитой и больной, с кругами под глазах. Взглянув на себя в зеркало,
ужаснулась. Мой Иван-царевич, который должен появиться где-то после обеда
в нашем офисе, несомненно будет покорен красотой моей неземной. Погоревала
я минут пятнадцать и побежала к шефу отпрашиваться: два часа мне позарез
нужны! Шеф повздыхал и отпустил. Отлично! Парикмахер Сережа и косметолог
Леночка за два часа творят чудеса и из кикиморы пленительную деву делают!

Вскоре в офис вплыла королевна с безупречным макияжем и
при прическе. Чашка кофе — и я готова ко встрече с привороженным возлюбленным.
Возлюбленный не заставил себя ждать и, объявившись к четырем, заговорщецким
шепотом пригласил меня вниз на чашку кофе. Душа моя ликовала — ур-р-ра!
Заработала любовная магия! Походкой от бедра я продфилировала к столику,
уселась поудобнее и приготовилась слушать пылкую исповедь своего Ромео.
Ромео помялся немного, опрокинул рюмку коньяка и придвинул мне какую-то
карточку, которую до этого теребил в руках. Что это? Почему на открытке
два кольца нарисованы, неужели так сразу? Сердце мое билось так, что я
оглохла от этого грохота. Я поспешила прочитать: «будем рады… бракосочетание…
состоится… торжественный ужин… Ольга и Андрей…». Сердце разочек
негромко стукнуло и рухнуло куда-то в область пяток. Зловеще спросила:
«Кто такая Ольга?». Мой суженный за пару секунд превратился в ряженного
и начал что-то мямлить про свою невесту, про ссору, про «назло», про примирение
и happy end. Потом он начал восторгаться дружбой, которая у него впервые
возникла с женщиной. Мужчина моей мечты, задыхаясь от восторга, рассказывал
мне, какой я хороший товарищ, «свой в доску парень» и приглашал меня на
свою свадьбу!

Через двадцать минут я выпустила пар и в ужасе огляделась:
на расстоянии брошенного стула никого не наболюдалось, только Мишка из
соседнего отдела молча подбирал осколки разбитой чашки. В памяти всплыл
дурацкий совет бабки Марьи и я, абсолютно неожиданно для себя, попросила
лопоухого Мишку быть моим кавалером на свадебном банкете.

После неожиданно веселого свадебного банкета и танцев до
утра, Мишка пошел меня провожать…