Название фильма «Отец, мать, сестра, брат» (18+) не обещает сильно больше жизненной истории, которая, как известно, у каждого своя, с чередованием необычного и заурядного. Этим картина Джима Джармуша 2025 года по сути и является, с тем небольшим отличием, что зритель знакомится с историями сразу трех семей: Эмили, Джеффа и их отца-отшельника (Нью-Йорк), Тимофеи и Лилит, дочерей именитой писательницы (Дублин), и взрослых близнецов по имени Скай и Билли (Париж).
Как это характерно для жанра антологии, сюжеты в фильме не перекликаются: герои живут в разных городах, при разных обстоятельствах и, возможно, даже в разное время. Связывает их общая ситуация: общение, порой вынужденное, в кругу семьи и та дистанция, которую герои обнаруживают в (не)узнавании друг друга. Дистанция фактическая (Эмили удивляется книгам, которые находит на полке отца в его загородном доме, а еще больше – оригинальным часам фирмы Rolex на его запястье) и дистанция эмоциональная (Тимофея и Лилит доброжелательно общаются с матерью, но в разговоре всегда «держат лицо»).
Интересно, что корреляция этих двух переменных изменчива. В семье писательницы о себе принято рассказывать хорошо или никак, и даже зная в подробностях «фасады» жизней друг друга, родные сестры не могут перейти к откровенному общению, словно что-то побуждает их играть выбранные ранее роли. В то же время близнецы Скай и Билли обнаруживают «много скелетов в шкафу» своих родителей после трагической смерти последних в автокатастрофе: очевидно, что мать и отец двойняшек вели скрытный образ жизни, но это никак не отразилось на взаимоотношениях в семье. Эмили и Джефф всегда находили своего папашу странным, хотя и продолжали любить его; теперь, когда причуды пожилого родителя стали граничить с легким умопомешательством, обоим не терпится узнать правду – загвоздка в том, что этого не хочет сам отец сиблингов.
Джим Джармуш, известный «антиголливудский» режиссер, яркий представитель независимого кинематографа в Америке, в картине «Отец, мать, сестра, брат» (18+) сохраняет верность себе. Медленно раскрывающиеся сцены с долгими паузами между реплик, нюансы в выражении лиц героев и прекрасная закадровая музыка – почерк мэтра инди-кино узнать легко. Сложно сказать, остался ли режиссер в свои 70 с небольшим нонконформистом, однако он все так же продолжает следовать своей заповеди: держаться подальше от идеологических высказываний и, тем более, призывов.
Герои фильма Джармуша, уверенные и колеблющиеся (всё чаще – второе), ищущие и уходящие от ответа, предстают перед зрителем амбассадорами человечества если не во всем мире, то, как минимум, в западных странах: во всем многообразии и сходстве такого проявления. Чтобы подчеркнуть последнее, кинорежиссер использует рефрены: повторения в речи, в жестах и в действиях героев. Так, протагонисты всех трех историй в определенный момент повествования вспоминают про воду. Для Билли, брата Скай, вода – это лекарство (так сказала ему по секрету девушка из Индии), для Тимофея и Лилит – предмет спора напоказ (какую воду лучше пить для здоровья), а для отца Эмили и Джефф – «декорация» в спектакле о собственной нищете.
«Все так быстро меняется,» – отмечает Эмили, всматриваясь в дорогу, ведущую к дому ее отца. Мать Лилит не может поверить тому, что дочь не помнит деталей интерьера, а Скай с трудом узнает переулки, где прошло ее детство. Джим Джармуш зашифровывает лейтмотив фильма в удивление от неузнавания, которое накрывает героев в определенные моменты их жизней как горный туман и не спешит рассеиваться.
«Нам обязательно это знать сейчас?» – спрашивают друг друга близнецы, стоя перед неразобранной кучей вещей – «наследием» почивших родителей.
«Нет. Сейчас на это просто нет сил.»
Если знание не случилось, возможно, это к лучшему.
В фильме «Отец, мать, сестра, брат» (18+) Джима Джармуша снимались Кейт Бланшетт, Вики Крипс, Адам Драйвер, Шарлотта Рэмплинг и другие.
