Японская художница-авангардистка Яёи Кусама умерла 14 августа в больнице Токио. О ее смерти 27 августа сообщила студия Yayoi Kusama Inc.. Художнице было 97 лет. Причина смерти официально не названа. По словам представителей Кусамы, она продолжала писать картины почти до последних дней.
Для широкой публики ее имя связано с горошинами, зеркальными комнатами и огромными тыквами. Однако за этими узнаваемыми образами стоит 80-летняя история художественных поисков.
Кусама одной из первых соединила живопись, мягкую скульптуру, перформанс, иммерсивные пространства, моду и тщательно выстроенный публичный образ. Многие решения, привычные для современного искусства, она испытывала еще в 1950–1960-е годы.
Из военной мастерской — в Нью-Йорк
Кусама родилась в 1929 году в Мацумото в семье владельцев питомника растений. Цветы и тыквы окружали ее с детства и позднее вошли в постоянный набор мотивов. Сама художница рассказывала, что еще ребенком видела вспышки света, бесконечные узоры и растения, которые будто обращались к ней. Мать, по ее воспоминаниям, рвала рисунки дочери и готовила ее к традиционной роли жены.
В 15 лет Яеи направили на военную фабрику, где школьницы шили парашюты для японской армии. Полученный там навык через много лет пригодился при изготовлении сотен мягких элементов для ее скульптур. Кроме того, послевоенный дефицит материалов оставил буквальный след в ранней живописи: вместо холста художница использовала джутовые мешки из-под семян, принадлежавшие семейной фирме.
В 1955 году молодая японка без предварительного знакомства написала Джорджии О’Кифф, отправила ей несколько работ и попросила совета о карьере в США. Знаменитая американская художница ответила и позднее помогала Кусаме с продажами. Это придало ей уверенности перед переездом.
В 1957 году Кусама уехала в Сиэтл, где прошла ее первая американская персональная выставка. Год спустя она перебралась в Нью-Йорк с небольшими сбережениями и почти без связей. В своих воспоминаниях художница писала о сексизме и расовых предубеждениях в преимущественно мужской художественной среде. Поэтому ей приходилось одновременно создавать работы, искать галереи и привлекать к себе внимание прессы.
Сети, фаллосы и бесконечные отражения
В 1959 году Кусама показала в Нью-Йорке серию «Бесконечные сети» — огромные полотна, покрытые тысячами мелких петель. Издали они выглядели почти однотонными, вблизи открывали следы изнурительного ручного труда. Художник и критик Дональд Джадд высоко оценил выставку и приобрел одну из работ. Иногда Кусама, по ее словам, писала по 50–60 часов почти без перерыва.
Затем появились Accumulations: кресла, диваны, обувь и другие бытовые предметы, покрытые сотнями сшитых вручную фаллических форм. Кусама связывала эту практику с попыткой справиться со страхом перед сексом через многократное повторение пугающего образа. При этом традиционно женское ремесло — шитье — вошло в язык крупной авангардной скульптуры.
В 1963 году она покрыла лодку мягкими белыми фаллосами, а стены галереи оклеила 999 одинаковыми фотографиями этого объекта. Через два года художница представила первую Infinity Mirror Room. Зеркала многократно отражали красно-белые мягкие формы и каждого посетителя. Ограниченное помещение визуально уходило в бесконечность, а зритель видел собственное тело частью общей среды.
Сегодня подобные пространства неизменно появляются в социальных сетях. Между тем Яеи начала исследовать эту механику за десятилетия до смартфонов. Ее интересовали исчезновение границ между человеком и миром, растворение личности и тревожное ощущение космической безмерности.
Искусство как публичная провокация
В 1966 году Кусама без официального приглашения разместила рядом с павильонами Венецианской биеннале около полутора тысяч зеркальных шаров. Работа получила название «Сад нарциссов». Художница продавала шары посетителям по два доллара, обнажая условность цен на искусство. Организаторы вскоре остановили торговлю.
В Нью-Йорке она устраивала антивоенные акции и фестивали тела: покрывала обнаженных участников флуоресцентными точками, использовала музыку, черный свет и танец. Ее выступления были направлены против войны во Вьетнаме, расовой дискриминации и ограничений сексуальной свободы.
Кроме того, художница выпускала журнал KUSAMA Orgy, открыла модную компанию, магазин и студию боди-арта. Некоторые ее костюмы имели круглые вырезы, открывавшие части тела; другие предназначались сразу для нескольких людей. Поздние проекты с Louis Vuitton продолжили линию, которую она начала еще во времена контркультуры.
Из забвения — в мировой канон
В 1973 году Кусама вернулась в Японию. Через четыре года она добровольно поселилась в психиатрической больнице и начала ежедневно работать в студии неподалеку. Параллельно художница писала стихи и романы. Один из ее текстов о жизни нью-йоркских маргиналов получил в 1983 году японскую литературную премию для новых авторов.
Долгое время американская история искусства уделяла Кусаме заметно меньше внимания, чем мужчинам из ее окружения. Она считала, что Энди Уорхол, Клас Олденбург и Лукас Самарас использовали увиденные у нее идеи.
Новый этап международного признания начался после ретроспективы 1989 года в Нью-Йорке. В 1993 году Яеи получила весь японский павильон Венецианской биеннале. История приобрела почти идеальную симметрию: в 1966-м она пришла туда самовольно, а через 27 лет представляла свою страну официально.
Желтая тыква Кусамы появилась на острове Наосима в 1994 году и со временем вошла в число символов современного искусства Японии. В 2017-м в Токио открылся пятиэтажный музей, посвященный ее творчеству. Между тем в цикле My Eternal Soul, над которым Яеи Кусама работала с 2009 по 2021 год, насчитывается около 900 картин.
Почему Кусаму полюбили миллионы
Точки в ее произведениях выполняли роль модели Вселенной. Человек, планета или тыква представлялись отдельными частицами огромного пространства. Повторение помогало художнице выразить идею «самоуничтожения»: личность растворяется среди бесчисленных равных элементов и теряет четкие границы.
Впрочем, яркие цвета и игровая форма скрывают тяжелые темы — тревогу, сексуальный страх, войну, одиночество и смерть. Именно это двойное дно позволило работам Кусамы одновременно войти в музейный канон и массовую культуру. Посетителю необязательно знать историю авангарда, чтобы испытать головокружение внутри зеркальной комнаты. Подготовленный зритель увидит там связь с минимализмом, феминистским искусством и философией бесконечности.
Коммерческий успех порой заслонял ее радикальное прошлое. Однако Яёи Кусама интересовалась тиражированием, модой и рекламой собственного образа еще в 1960-е годы. Красный парик, одежда в горошек и постановочные фотографии продолжали ее художественную систему, где автор тоже существовал как повторяющийся знак.
Наследие без идеализации
Биография Кусамы содержит и неприятные страницы. В ее прозе и автобиографии встречались оскорбительные описания темнокожих. В 2023 году художница принесла публичные извинения и выразила глубокое сожаление.
Кроме того, будет ошибкой сводить ее творчество к психическому расстройству. За огромным наследием стоят дисциплина, физический труд, художественный расчет, предпринимательское чутье и способность десятилетиями защищать собственные идеи. Клиника обеспечивала Кусаме устойчивый распорядок, а студия оставалась местом ежедневной работы.
Уход художницы оборвал прямую связь сразу с несколькими эпохами: послевоенным японским искусством, нью-йоркским авангардом 1960-х, антивоенной контркультурой и сегодняшними иммерсивными выставками. Причем мир потерял действующего автора: по сообщению студии, она писала почти до конца жизни и после 2021 года работала над серией Every Day I Pray for Love.
