Искусство в городе: граффити на стенах торгового центра «Атриум»

Искусство живет не только в музеях и галереях. Его легко обнаружить случайно, гуляя по городу, внимательно или не очень смотря по сторонам. Сегодня поговорим о граффити на стене торгового центра “Атриум” на Курской.

автор Евгений Елисеев

Станция метро «Курская» – не пустой звук для поклонников уличного искусства: здесь и ЦСИ «Винзавод», и креативное пространство Artplay. Впрочем, стрит-арт встретит вас гораздо быстрей, чем вы доберетесь до любого творческого кластера: прямо на выходе с кольцевой. Стены торгового центра «Атриум» со стороны площади Курского вокзала и Садового кольца щедро украшены граффити. Яркие, как радуга после дождя, и, наоборот, монохромные рисунки неизменно притягивают внимание пассажиров поездов, будущих покупателей молла и просто пробегающих мимо.

Изображения на стенах «Атриума» как в галерее современного искусства – на любой вкус. Любителям пафосных тем «со смыслом» – покорение космоса, эскапистам-идеалистам – галлюцинаторный уход в себя. Неравнодушны к каллиграфии? На фасаде здания вы найдете красиво выведенную кириллицу, бодрый призыв в конструктивистском духе и просто веселые буквы в словах good и Moscow. Наконец, незамысловатая геометрия и «падающие» со стены кубики, как в онлайн-игре, растопят сердце тех, у кого оно совсем не лежит к стрит-арту.

Фото: Юлия Крышевич

Вернемся на семь лет назад. В 2018 году в Москве стартует некоммерческий проект ARTRIUM при поддержке городского Департамента культуры. Такое сейчас сложно представить: лучшие уличные художники мира приняли участие в конкурсе на украшение стен нового столичного молла. Прибыло в Москву 11 авторов: из США, Франции, Англии, Испании, а курировал проект российский художник Покрас Лампас, граффити которого мы обсуждали в предыдущем эпизоде.

В среднем расписать стены «Атриума» у стрит-художников заняло четыре месяца. Проект имел продолжение летом 2019 года. Расскажу немного о том, что мы можем сейчас наблюдать.

Например, психоделический рай с птицеголовой Евой на угловой колонне центра. Его изобразил испанский художник Сан Мигель Окуда, цитируя работу из серии «Free love». Окуда известен на родине росписью старинной церкви, переоборудованной в скейт-площадку. Стиль своего творчества испанец определяет как «поп-сюрреализм».

Фото: Юлия Крышевич

Колонну на противоположной стороне здания украсил немецкий художник Bond Truluv, чья любовь к геометрии вылилась в необычные 3D-граффити по мотивам игры в «Тетрис». Мало кто помнит, что игра была изобретена советским программистом Алексеем Пажитновым в преддверии перестройки.

Фото: Юлия Крышевич

У въезда на парковку «Атриума» посетителей встречают мрачно-забавные мордашки Харифа Гузмана, также известного под псевдонимом Haculla. Начав с бомбинга улиц Нью-Йорка в 90-х, сегодня Гузман выставляется в модных арт-пространствах по всему миру.

Выше физиономий мы видим целый нарисованный город от французского дуэта живописцев The MockingBird/Crew. На граффити прыгают обезьяны, летают птицы, трудятся ремесленники: всё это в окружении причудливой средневековой архитектуры, которая иногда вызывает вопросы относительно законов физики. Эдакий мир графика Маурица Эшера: гиперреалистичный и невозможный одновременно.

Фото: Юлия Крышевич

И не могу обойти стороной серию граффити легенды стрит-арта, американца Шепарда Фейри. Фасад «Атриума», смотрящий на Садовое кольцо, стал холстом для фрагмента его известной работы, название которой можно перевести как «Мировая пропаганда». С левой стороны – упражнение художника в советском конструктивизме, отрезвляюще красивая цитата Бертольда Брехта об искусстве. По центру – узнаваемая красная звезда Фейри, с неусыпным взором Большого Брата.

Фото: Юлия Крышевич

Хорошее уличное искусство в Москве сегодня появляется гораздо реже, чем, скажем, 10–15 лет назад. Стены «Атриума» – коллекция качественного стрит-арта под открытым небом, доступная всем и каждому. Вокруг здания можно гулять утром и поздно вечером, в солнечную и пасмурную погоду: вы точно вернетесь домой с впечатлениями.

Открывая искусство душевнобольных: музей «Гараж» представляет перевод книги Джона Макгрегора

В конце сентября издательская программа музея «Гараж» презентует перевод книги канадского историка искусства Джона Макгрегора.

автор Юлия Крышевич

Книга называется «Открытие искусства душевнобольных» (на англ. The Discovery of the Art of the Insane). Труд вырос из докторской диссертации автора и стал одним из первых исследований в области творчества «безумцев». Макгрегор изучал рисунки пациентов психолечебниц, работая на стыке искусствознания и психоанализа.

За рубежом книга Макгрегора увидела свет в далеком 1989 году, с тех пор она была переведена на три европейских языка, а также на японский. Факт выхода книги на российский рынок – настоящая удача, ведь изначально писатель не планировал переводить свое детище на русский язык. Команда музея «Гараж» посвятила работе над изданием более двух лет.

Фрагмент книги «Открытие искусства душевнобольных» Джона Макгрегора. Предоставлено пресс-службой музея «Гараж»

Структура книги состоит из 16 глав: в первых двух Макгрегор знакомит читателя с ролью творца в меняющихся жизненных обстоятельствах – теряющий рассудок живописец в противостоянии с лечащей его системой, а также с самим собой. Затем автор переходит к конкретным фигурам, таким как художники Адольф Вельфли, Джонатан Мартин, Уильям Нойес, критик искусства душевнобольных Марсель Режа, психиатр и коллекционер Ханс Принцхорн и другие. Не обходит вниманием писатель и художественные направления, связанные с состоянием безумия: экспрессионизм, ар-брют, сюрреализм – на протяжении веков искусство отражало и впитывало настроения не только отдельных людей, но и времени, наполняющих его событий, страхов и надежд. Книга изобилует иллюстрациями, права на включение которых любезно предоставили известные арт-институции.

Клео.ру поговорил с научным редактором издания, Ксенией Квашниной о новинке, актуальности темы, «русском Принцхорне» и триумфе иррационального в искусстве.


– Книга Джона Макгрегора была издана на английском в конце 1980-х. В чем актуальность разговора об искусстве душевнобольных сегодня?

– Мне кажется, здесь важно разделять актуальность самой книги и актуальность темы, которой она посвящена. Когда The Discovery of the Art of the Insane вышла в 1989 году, издательство представляло ее как первое систематическое историческое исследование искусства душевнобольных. Но Макгрегора больше интересовала история открытия «безумных» рисунков обществом: как произведения, которые долгое время игнорировали, уничтожали или рассматривали исключительно как симптомы заболевания, постепенно стали восприниматься как самостоятельные визуальные высказывания. Именно влияние творчества больных с психиатрическим опытом на профессиональное искусство, прежде всего на экспрессионизм и сюрреализм, остается одной из важнейших линий книги.

Фрагмент книги «Открытие искусства душевнобольных» Джона Макгрегора. Предоставлено пресс-службой музея «Гараж»

Несмотря на то, что работа Джона Макгрегора вышла в 1989 году, она не устарела. Изменилась оптика ее чтения. Книга «Открытие искусства душевнобольных» необходима для понимания того, как вообще возникла наша способность видеть искусство там, где прежде видели исключительно патологию. Именно эту сложную историю превращения медицинского документа в эстетический объект Макгрегор реконструирует на протяжении всей книги.

– Упоминает ли Макгрегор в своей работе искусство русских художников? Какие моменты в книге, на ваш взгляд, могут показаться узнаваемыми или просто особенно заслуживающими внимания у русскоязычного читателя?

– В структуре книги последовательно рассматриваются Великобритания, Франция, Италия, Германия, Швейцария, затем экспрессионизм, сюрреализм, психоанализ и Жан Дюбюффе. Отдельной главы о России или отечественной психиатрической и художественной традиции нет. Однако доктор Макгрегор упоминает русского психиатра Павла Ивановича Карпова, который коллекционировал работы душевнобольных.

Отсутствие материалов о России особенно интересно, потому что позволяет исследователю обнаружить удивительно близкие процессы и провести важные параллели. Не зря Павла Карпова называют «русским Принцхорном».

– Согласитесь ли вы с точкой зрения автора о том, что в последнее время в искусстве иррациональное возобладало над рациональным, был наконец найден баланс между архаическим и традиционно приемлемым? Можем ли мы здесь говорить об обретении зрелости (психической и художественной) участников процесса?

– Я бы согласилась с доктором Макгрегором лишь отчасти. В искусстве XX века действительно резко расширилась область допустимого: авангард, сюрреализм обращались к бессознательному, автоматизму, детскому рисунку и творчеству душевнобольных. Но говорить о победе иррационального над рациональным или об окончательно найденном балансе, на мой взгляд, слишком категорично.

Фрагмент книги «Открытие искусства душевнобольных» Джона Макгрегора. Предоставлено пресс-службой музея «Гараж»

Не стала бы я заявлять и о «психической зрелости» участников процесса: художественное произведение не позволяет судить о психическом здоровье или зрелости автора. О художественной зрелости можно говорить только применительно к конкретному художнику и развитию его собственного языка.

Если здесь и уместно понятие зрелости, то скорее в отношении культуры восприятия: мы постепенно научились видеть в таких произведениях не симптом и не курьез, а самостоятельное художественное высказывание, не сводя автора к его диагнозу.

Возрастное ограничение: 18+

Юлия Крышевич

Редактор раздела «Искусство»

Фото: предоставлено пресс-службой музея «Гараж»
Источник: Клео.ру