Модный образ — мобильный виджет

Агния Кузнецова: "Знаете, что я поняла? У меня не получается главного: любить себя и заботиться о себе"

Клео.ру побеседовал с актрисой о мужской энергетике и женском счастье.

автор Татьяна Бутурлина

Агния Кузнецова

Одна из самых востребованных и узнаваемых в российском кино актрис Агния Кузнецова в наступившем театральном сезоне нарасхват. В театре МХАТ им. Горького она играет Катерину Львовну в «Леди Макбет Мценского уезда», а в октябре на сцене Театра Терезы Дуровой появится в трагикомедии по пьесе Александра Малюгина «Сейчас все так живут». 

— Агния, ходят слухи, что на первых порах вас приглашали на роли «неблагополучных девочек», основываясь на вашу «мужскую» энергетику. Всё поменялось или изначально «диагноз» неправильно ставили?

— Не знаю, где вы это прочитали, что это за слухи. Но я, видимо, ее постоянно меняю: для одних у меня «мужская» энергетика, для других – «женская». Мне кажется, что «мужская» – это больше про достигаторство, карьеризм, активное исследование внешнего мира. А «женская» – это, скорее, про созерцание, любовь и внутренний мир. Они вполне могут органично сочетаться в зависимости от обстоятельств.

— Опять же, в своих интервью вы отмечали, что вам легче выходить на сцену, чем разбираться с личной жизнью?

— Это так и осталось. Мне, да, всегда легче выходить на сцену, где, собственно, все понятно: текст написан, финал спектакля предопределен. В жизни всё постоянно меняется и штормит. Тем более сейчас, в эпоху повышенной турбулентности и абсолютной неопределенности внешнего мира, когда ты не знаешь, что будет не то что через месяц, а через час даже. И понятно, что требуется хоть немного стабильности, определенности, хотя бы в личных отношениях. Увы, и здесь можно ничего не найти. Вывод теперь один: искать опору только в себе. Это самое сложное. Чего я, например, может и не умею делать, поэтому меня и болтает часто из стороны в сторону. Потому как я родилась и выросла в другое время немного, и все эти космические скорости… Не то чтобы я была «тормоз», просто этот хаос даже не знаю, как оценить. Что делать — не понятно.

— Но практика показывает, что вы человек сильный. Вполне можете выходить из критических ситуаций и не боитесь что-то кардинально менять в своей жизни.

— Знаете, что я поняла? У меня не получается главного: любить себя и заботиться о себе. Я бы хотела этому учиться и всем этого желаю.

Сегодня, кстати, наблюдаю такой тренд: много красивых, молодых, ухоженных женщин и рядом — абсолютно каких-то ничтожных, старых, скучных мужчин, морально жадных. Я не против мужиков, вовсе нет, люблю их, есть и хорошие. Но в Москве такой тренд однозначно, и я желаю женщинам полюбить себя и ни в коем случае не зависеть ни от кого — ни материально, ни духовно, ни географически. Просто нафиг это, и все. Пора заканчивать

Опять же, вы вот спрашивали про мужскую энергетику, а где брать женскую? Если я постоянно выполняю мужские функции и обязательства? Конечно, будет исходить мужская, волевая энергетика. Где мне расслабиться-то?

— Тем не менее ходят слухи о вашем втором замужестве.

— Да не выйду я замуж, это желтая пресса все мне приписывает. У меня слишком много имущества личного (смеется). Так что, если и буду выходить, то составлять брачный договор однозначно.

— Можно немного о предстоящем спектакле «Сейчас все так живут» — о чем он?

— Кстати, прекрасное название, считаю. Он абсолютно женский. Историю трех подруг исполняет наше трио: Надежда Сысоева, Женя Малахова и я. Бывшие одноклассницы, абсолютно разные, вдруг встречаются на похоронах своей подруги. Ее гибель после неудачной пластической операции становится настоящим триггером для расследования женской души: насколько легко потерять себя в погоне за красивой жизнью? Может ли в мире удобной лжи оказаться сильнее любовь и человечность?

— Кого играете вы? 

— Самую простую девчонку: открытую, непосредственную, мечтающую о любви. В ней осталась эта доверчивость миру, людям, чего во мне лично уже давно нет. Но поэтому и очень интересно играть эту роль. Две другие подруги — авантюристка и бизнесвумен. Это и не трагедия, и не комедия в чистом виде. Я вообще не люблю чистые жанры, предпочитаю смешанные, чтобы можно было и посмеяться, и поплакать. Так что, надеюсь, этим и займемся.

— А что для вас легче: играть комедию или драму?

— Однозначно второе. Комедий мало хороших. Не написали. В этой пьесе мне очень нравится легкость, особенно после «Леди Макбет» чувствуется приятная разница.

— Сильное различие между двумя премьерами? 

— Ну а как иначе может быть между мощным и серьезным классическим произведением и легкой современной пьесой? Роль Катерины Львовны считается одной из самых трагических женских ролей в русской классике — разрушительной в своей страстной привязанности к мужчине. А в пьесе «Сейчас все так живут» затрагивается тема красоты, на что, например, может пойти девушка ради того, чтобы мужчина ожил, обратил на нее внимание.

Но, кстати, я тут сказала, что это чисто женский спектакль, но и мужчин мы ждем очень. Просто по статистике самые продвинутые и заинтересованные в искусстве почему-то именно женщины. Может, это было всегда, не знаю. В последнее время наблюдаю картину, как зрительные залы наполняются женщинами, которые тащат с собой «мешок с картошкой» в виде уставшего от жизни кавалера несчастного. Все замечательно, но в театре, как говорится, только девушки.

— А вы сами как к теме красоты относитесь? Апгрейды, уколы красоты, пластика?

— В целом без отрицания. Хорошо, когда в меру, без перебора. У меня профессия публичная, в которой внешний вид порой влияет на востребованность. А так, признаюсь, мне было бы пофиг в принципе, если бы я была другой профессии.

Видели этот голливудский тренд, когда крутые актрисы не делают себе ничего? Недавно смотрела интервью с Кейт Уинслет, так она выступает против любых вмешательств во внешность, активно против пластической хирургии. Прекрасно выглядит со всеми своими морщинками и несовершенствами возрастными. У нас в спектакле моя героиня хочет себе новую грудь, а хочет ее потому, что мечтает о любви. Думает, вот сделает, и всё будет! Мужик появится… Она хочет совершенствоваться больше для внешнего мира, а я бы предлагала заглянуть в себя и заняться собой.

— Агния, как вы поддерживаете физическую форму? В спортзал ходите?

— В последнее время забросила спорт, к сожалению. Надо срочно худеть. Уже месяца четыре не хожу в спортзал, в итоге плюс 5 килограммов где-то. Сейчас выпущу две премьеры и — обязательно. Спорт нужен, но времени не хватает.

— Отдохнуть летом хоть удалось?  

— Были с сыном Андроном в Турции. Съездили в Фетхие — жарища была ужасная. Еще немного поработала и отдохнула заодно в Сочи, на Красной Поляне, — стала гостьей фестиваля AGUTEENS FEST. Занималась с детьми, читала с ними стихи, провела мастер-классы.

— А ваш сын тоже мечтает  стать актером? Приобщается как-то к профессии? 

— Вот буквально на днях ходил со мной на съемочную площадку. Ему там выдали рацию, и он ходил под лучами софитов, командовал: «Мама Агния, тебя зовут на площадку сниматься!» Очень ему нравится быть администратором.

— Сразу напрашивается вопрос: что снимали?   

— Это будет 8-серийный фильм, снятый на пленку, — «Вегетация». Адаптация романа Алексея Иванова. Очень серьезная работа, надеюсь, что выйдем с ней в следующем году. Я играю ведьму со страшным гримом — совсем новое для меня амплуа.

2076 год. Россия. Постапокалиптическое будущее и магические леса. Мне так нравится! Совершенно все другое. Прекрасно просто.

Модный образ — виджет Клео.ру

Куратор нью-йоркского Музея постера Ангелина Липперт: «Лучший плакат – это тот, что способен удивить»

Интерес к советскому плакатному искусству простирается далеко за пределы страны.

автор Юлия Крышевич

Выставки советского плаката – привычное дело для крупных российских музеев и частных собраний. Сюрпризом для отечественного зрителя было бы обнаружить богатую коллекцию афиш и агиток периода русского авангарда на другом конце земного шара. Куратор нью-йорского, уникального в своем роде Музея постера (Poster House) Ангелина Липперт рассказывала о такой возможности в видео-лекции, записанной для Американского центра в Москве.

Редактор Клео.ру Юлия Крышевич пообщалась с куратором, чтобы подробнее узнать о выставке «Утопический авангард», плакатах братьев Стенбергов и Эля Лисицкого в стенах музея, а также о запланированных вернисажах. 

Ангелина Липперт – исполнительный директор и куратор нью-йоркского Музея Постера – первого музея в США, специализирующегося на художественном жанре плаката. Она окончила магистратуру по направлению «Искусство русского авангарда» (Лондон) и бакалавриат по теологии и истории искусства (Массачусетс). Автор публикаций по теме визуального искусства и дизайна, сотрудничает с Американским центром в Москве, Колумбийским университетом, Институтом искусств «Сотбис», газетой The New York Times. Куратор Музея постера ведет активную просветительскую деятельность.

Фото из личного архива Ангелины Липперт

– В 2022 году Музей постера провел выставку, посвященную советскому киноплакату. Работы для экспозиции предоставил арт-коллекционер Ральф де Лука, а название выставки звучало как «Утопический авангард»… Были ли в истории музея другие проекты, связанные с искусством СССР? Или «Утопический авангард» стал в своем роде прецедентом?

– Музей постера открылся в 2019 году, поэтому проводить выставку о советском искусстве нам ранее не доводилось. Тем не менее эта тема ощущается очень близкой: я окончила магистратуру по профилю советского киноплаката, в то время как упомянутый выше господин де Лука в свою очередь приобрел часть собрания Сьюзан Пак (известного американского коллекционера. — Прим. ред.), автора ведущих исследований в области. Как только появилась возможность показать эти прекрасные работы, мы с радостью приступили к делу.

Фрагмент экспозиции выставки «Утопический авангард» (2022) в Музее постера. Фото: Стефани Пауэлл. Предоставлено пресс-службой Музея постера.

– Не могу не вернуться здесь к названию проекта, «Утопический авангард». В чем для вас состоит утопия этого направления? Какие особенности советской визуальной культуры периода 1920-х–1930-х вы можете наблюдать?

– Интересная формулировка вопроса. Мне кажется, что утопия состоит в острой потребности самовыражения, которая была присуща авангардным художникам. Естественно, направление авангарда возникло в ответ на внешние условия: авторы пытались вообразить себе лучший мир. Плакаты, включенные в экспозицию четыре года назад, представляют период советской истории искусств, когда графика имела больше свободы, чем, например, живопись или театр. К окончанию этого периода, совпавшему с укреплением Сталина у власти, свобода создавать подобное искусство сошла на нет.

Фрагмент экспозиции выставки «Утопический авангард» (2022) в Музее постера. Фото: Стефани Пауэлл. Предоставлено пресс-службой Музея постера.

– Есть ли в постоянной коллекции Музея постера плакаты советских авторов? Поделитесь своими фаворитами?

– Советская история искусств насчитывает десятилетия – в коллекции нашего музея можно найти работы художников из СССР на любой вкус. В исторической части постоянной экспозиции расположился прекрасный плакат братьев Стенбергов, а в составе нашей будущей выставки есть плакаты антиалкогольной кампании из 1980-х. Забегая вперед, один из грядущих проектов, запланированный на 2028 год, посвящен участию СССР в космической гонке: там также будут очень любопытные работы. Лично моими фаворитами остаются плакаты, созданные в 1920–1930-е годы: плоды безграничной фантазии художников, они сохраняют привлекательность в глазах современных зрителей.

Фрагмент экспозиции выставки «Утопический авангард» (2022) в Музее постера. Фото: Стефани Пауэлл. Предоставлено пресс-службой Музея постера.

– Многие зрители сегодня относятся к плакатам как к чему-то любопытному, но не слишком стоящему внимания, в сравнении, например, с живописью. Совершенно иной подход к искусству имели пионеры авангарда, Александр Родченко и Эль Лисицкий: они не знали разделения на высокие и низкие художественные жанры, стремясь превратить жизнь в искусство. Что вы думаете о трансформации отношения к жанровому вопросу?

– Живопись, скульптура и другие виды «высокого» искусства ориентированы на самовыражение художника, в то время как плакат решает коммуникационную проблему: донести определенную идею до широкого круга лиц. Вторая миссия мне видится более интересной, так как ее автор не совсем свободен в процессе работы, тем не менее ему необходимо действовать творчески, предлагать нетривиальные ходы в обращении к аудитории. Лучший плакат – это тот, что способен удивить: не только в стенах галереи, но и в публичном пространстве.

Фрагмент экспозиции выставки «Утопический авангард» (2022) в Музее постера. Фото: Стефани Пауэлл. Предоставлено пресс-службой Музея постера.

– Кроме советского искусства, вы также занимаетесь плакатным искусством других стран, в частности Франции. Сравнивая плакаты разных регионов, вы можете отметить «слепые пятна» в работах советских авторов? Есть ли, на ваш взгляд, зоны, в которых последние отставали от международной практики?

– Я бы так не сказала. Плакаты советских художников – одни из моих самых любимых. Наша задача как музея – показать плакатное искусство разных регионов и временных периодов так, чтобы у зрителя появилось ощущение более глубокого погружения в тематику.

– Вы упомянули несколько выставок, посвященных советскому плакату, среди ближайших планов музея. Есть ли другие проекты, о которых важно рассказать зрителю?

– Конечно. Кроме вышеназванных проектов, мы также планируем сделать небольшую выставку совместно с Американско-еврейским историческим сообществом на тему еврейства в СССР. Куратором выступит фотохудожник и независимый автор Б. А. Ван Сисе. В 2029 году мы готовимся открыть экспозицию, посвященную легендарному советскому туристическому агентству «Интурист». Будем рады видеть на выставках всех интересующихся.

Подробнее о выставках в Музее постера читайте на сайте институции.

Модный образ — виджет 290 px

Юлия Крышевич

Редактор раздела «Искусство»

Фото: Стефани Пауэлл. Предоставлено пресс-службой Музея постера
Источник: Клео.ру