Светлана Бондарчук: «Не делайте себе запретов, особенно относительно возраста»

Бондарчук – о новой книге, потоке вдохновения и способе самовыражения.

автор Катерина Кулагина

Продюсер, журналист, актриса и телеведущая Светлана  Бондарчук презентовала свою книгу «Наивно это было и даже смешно…». На встречу с читателями в книжном магазине «Москва» она пришла со своим вторым мужем Сергеем Харченко, который не только был внимательным слушателем, но, как выяснилось, и принял непосредственное участие в создании книги. В частности, все фотографии для издательства он отбирал, ориентируясь исключительно на свой вкус дизайнера и любящего человека.

Более 10 лет Светлана занимала пост главного редактора российского Hello!, задавая тренды в мире глянца и светской хроники, а ее расставание с режиссером Федором Бондарчуком долгие годы было одним из самых обсуждаемых. О том, что читатель сможет найти в книге и какие внутренние секреты открывает Светлана на всеобщее обозрение, она рассказала на встрече. Ну и, конечно, ответила на все интересующие публику вопросы. 

– Светлана, зачем вам книга? Это такой способ самовыражения? 

– Пожалуй, выход книги – это самое неожиданное решение для меня. В какие-то периоды жизни ко мне заходили разные издательские дома и предлагали написать автобиографию. И, признаюсь, лет 10 назад я даже села ее писать. В то время со мной происходили серьезные пертурбации, казалось, я готова сделать какое-то откровенное высказывание. Но выяснилось, что нет, я обманывала саму себя, не была готова, остановилась, поняла, что не могу говорить честно о многих вещах, называть фамилии.  

– И как же все-таки решились? 

– Да вот как-то прошлым летом проснулась на даче с четкой мыслью: книгу напишу! Почему так случилось? Знаете, я человек публичный и волей-неволей приходится постоянно читать о себе в интернете, в СМИ разное. За мной, оказывается, внимательно наблюдают и постоянно что-то додумывают. Порой читаю про себя и думаю: «Боже, о ком это? Кто этот человек? И с какого вообще перепуга обо мне кто-то подобное пишет». Напишу-ка я о себе сама и пресеку все эти легенды и неправды для своих детей, внуков и правнуков. Откроют они книгу и узнают от первоисточника, что было и как. 

– Это мемуары? 

– В классическом смысле – нет. Это, скорее, собрание жизненных историй, наблюдений. Сочетание разных жанров совершенно: синтетический жанр – так, скорее. Я пишу о своей жизни и о том, как я научилась быть честной с собой, принимать ошибки и не бояться перемен.

Фото: Кашаев Павел / PhotoXPress.ru / Legion media / www.legion-media.ru

– Светлана, а вот вы проснулись, определились, что будете писать, а дальше? 

– Активно и ежедневно трудиться. Написала, кстати, книгу достаточно быстро, особенно для человека без опыта – за 4-5 месяцев. А дальше… Дальше случился коллапс. У меня началась паника: «Не-е-ет. Я не должна это никому показывать». Убедила перешагнуть через страх близкая подруга – в преддверии печати она убедительно призвала не расстраивать редакторов и «отпустить» написанное.     

– А первым читателем кто стал?

– Моя мама. Я ей должна была дать почитать, было важно, чтобы  она одобрила мой текст. И она одобрила и даже сделала некоторые правки. Например, про мое раннее детство. Я родилась в декабре, а в январе меня уже пытались выгуливать по морозцу по московским улицам. По рассказам я всегда рыдала перед такими прогулками, нараспев буквально. Но мама настояла: «Да не рыдала ты вообще, что про себя наговариваешь». Пришлось про это убрать. В книге, кстати, есть и такие собирательные фантазийные истории. Но «желтых» нет. Желающих разочарую.

Вторым «первым читателем» стал наш с Сережей друг Паша Воля. Он человек творческий, сам пишет детские книги, и его мнение тоже было крайне для меня интересно. «Знаешь, я узнал многие вещи, которые я хотел у тебя давно спросить, но как-то не мог», – сказал он мне после. Книгу в целом одобрил. Благословил!

– А такое название книги – довольно длинное – кто придумал?  

– Оно отлично характеризует, о чем книга.

Мы проживаем сложные моменты, страшные, порой грустные, но проходит время, и мы смотрим на это все со стороны, и некоторые вещи, над которыми мы так переживали, кажутся смешными и наивными.

Вообще, мы все очень долго думали над названием. В редакции ломались копья буквально. Около 20 вариантов – не меньше – было отвергнуто. И вот одному моему другу пришла в голову мысль, а почему бы не «озвучить» книгу словами из моей песни. Получилось в точку…

– У вас была целая команда, работающая над книгой?  

– Иначе невозможно. При оформлении мы поняли, что личными фотографиями заполнить книгу не получится. Пригласили мою знакомую Таню, которая пришла ко мне в салон красоты (у меня есть свой бизнес) еще совсем молоденькой, 17-летней визажисткой, а теперь «выросла» до отличного фотографа, работающего за границей. Узнав о проекте, она тут же приехала, и мы сделали более 5 тысяч фотографий! Выбрать из такого огромного количества несколько для книги я уже была не в силах, и тогда на помощь пришел мой муж – спас ситуацию: проводил шестичасовые зумы с редакцией, с версткой помогал.    

– А есть самые любимые истории в книге?  

– Не могу сказать. Все важные. Пожалуй, рождение Петра. А еще забавная, когда я с розочкой от бутылки водки пошла спасать друга на мальчишник в Лондоне… Но не буду спойлерить.

– Экранизировать книгу в  будущем не планируете?  

 – Ну почему бы и нет. Доверила бы этот шаг Сергею как режиссеру и композитору. А художником по костюмам пригласила бы Таню Мамедову, которая в новой «Алисе» работала. Она фантазийная!

– А можете дать пару советов по стилю. Что бы вы посоветовали носить в 2026 году?

– В каждом из нас своя особенность и индивидуальность. Исходя из фигуры, надо и подбирать наряды, которые украсят, а не следовать трендам. А еще никогда не говорить себе «никогда»: это и мужчинам и женщинам я говорю. Как показывает практика, я всегда следую от противного. Говорю себе вечером: «Да я никогда не надену вот эту короткую юбку». А утром встаю и именно ее одеваю. Не делайте себе запретов, особенно относительно возраста. Главное, быть уместным, понимать, куда ты идешь: на работу, в театр или на красную дорожку.

– Ваше правило работы. 

– Не ждать вдохновения. Сидеть и ожидать, когда придет твоя Муза. Только рабочая схема. Составляешь график и действуешь по нему. Если есть намерение, появится желание. А если по-настоящему захочется сделать – то ты уже в потоке!

Арт-консультант Анна Семенова: «Инвестировать в экспертизу нужно до того, как начать продавать ее как услугу»

Дипломированный искусствовед собиралась строить академическую карьеру, работала в Третьяковке, пока не осознала, что создана для арт-бизнеса.

автор Юлия Крышевич

Анна Семенова — о карьере и правилах арт-бизнеса.

В рубрике «Кем я хочу стал» мы говорим с профессионалами мира искусства об их творческом пути. В разгар лета собеседницей Клео.ру стала Анна Семенова, арт-консультант, независимый куратор и продюсер, директор BORSCH Gallery.

Анна окончила исторический факультет МГУ и Школу «Свободные Мастерские» при ММОМА. Более семи лет она работает на пересечении коммерческого, институционального и независимого арт-секторов.

География реализованных проектов Анны Семеновой включает Москву, Санкт-Петербург, Лондон и Барселону. По словам специалиста, ее практика строится на сочетании академической базы, рыночной экспертизы и понимания того, как искусство существует в разных контекстах.

Из личного архива Анны Семеновой

– Вы окончили исторический факультет МГУ по специальности «История и теория искусства». Думали, кем собираетесь стать во время учебы? Какие профессии успели попробовать в первые годы карьеры?

– Во время учебы я искренне думала, что буду заниматься наукой. МГУ дает очень фундаментальную базу. На каком-то этапе даже кажется, что академический путь – это и есть твое. Параллельно я проходила многочисленные стажировки, например, в пиар-отделе ЦСИ «Винзавод» и в команде Премии Кандинского.

Моя первая полноценная работа была в Третьяковской галерее. Опыт важный, но государственные институции на тот момент не отвечали моему темпераменту: слишком консервативные, слишком медленные. Так я перешла в арт-бизнес и поняла, что именно в частном секторе мне интересно строить карьеру.

– В кураторской сфере бытует представление о том, что куратору необходимо найти «своего» художника или даже пул авторов, на сотрудничество с которыми можно рассчитывать. Что думаете об этой стратегии в своей практике? Предпочитаете работать с хорошо знакомыми именами или держите сознание открытым для новых связей?

– Я понимаю логику этой стратегии, и в ней есть смысл. Долгосрочные отношения с художниками дают глубину, которую невозможно получить от разовых коллабораций. Ты начинаешь понимать не только работу, но и мышление, эволюцию, внутренние противоречия автора.

Но я сознательно держу практику открытой. Особенно в работе с коллекционерами. Задача арт-консультанта — не продвигать конкретных художников, а помочь собранию развиваться в соответствии с его собственной логикой. Это требует широкого и постоянно обновляемого взгляда на рынок.

Из личного архива Анны Семеновой.

– Вы начали сотрудничество с галереей BORSCH в 2019 году. Как развивалась ваша роль? Вам удается сочетать галерейную работу с независимой практикой?

– Семь лет назад я пришла в BORSCH волонтером. Проект меня захватил, я начала брать на себя больше ответственности: сначала отдельные задачи, позже проекты целиком. Со временем я стала руководителем галереи.

Параллельно основной работе я замечала вокруг себя еще десятки инициатив, разных форматов сотрудничества. Люди в искусстве редко фокусируются на одной задаче: здесь это едва ли возможно (и не особо желательно). Независимое кураторство, продюсирование совместно с институциями, арт-дилерская практика – все эти проекты существуют одновременно, в разной степени интенсивности в зависимости от момента.

– Что самое сложное для вас в работе арт-консультанта? А какая часть повседневной рутины кажется наиболее приятной?

– Важно сразу отметить, что арт-консультант – не одна роль, а несколько ролей, которые меняются в зависимости от задачи. С частным коллекционером ты советник: помогаешь понять, какую логику и идентичность должно отражать собрание. С корпоративным клиентом цель другая: выстроить коллекцию как инструмент культурной позиции компании с понятной стратегией и долгосрочной перспективой. В работе с институциями ты выступаешь как продюсер или куратор: переводишь идею в реальный проект и берешь на себя его реализацию.

Самое сложное, пожалуй, это управление ожиданиями: и своими, и чужими. Ты работаешь одновременно с разными людьми, разными логиками и разными временными горизонтами. Удерживать все это в балансе требует не меньше энергии, чем сама профессиональная экспертиза. А самое приятное, когда что-то сходится. Проект находит свое место, коллекция обретает внутреннюю логику… Это не всегда предсказуемо, не происходит по расписанию, но ради этого и делается все остальное.

– Какой совет вы дали бы молодым людям, которые хотят консультировать по вопросам искусства?

– Инвестировать в экспертизу до того, как начать продавать ее как услугу. Арт-рынок очень быстро считывает разницу между тем, кто понимает искусство и специфику области, и тем, кто научился про это говорить. Обе позиции отражают разный подход к делу.

И еще одно, пожалуй, самое важное: мир искусства — это не работа, а образ жизни. Ты ходишь по выставкам не потому что надо, но смотришь их, выстраиваешь отношения с художниками из настоящего интереса. Когда это становится приоритетом, все остальное достраивается вокруг.

Из личного архива Анны Семеновой

– Продолжите фразу: Арт-консультант в мире искусства — это как…

– … переводчик на переговорах, где все разъясняются на разных языках и каждый (самонадеянно) убежден, что понимает остальных. Художник говорит на языке образов и смыслов, коллекционер – на языке ценности и идентичности, рынок – на языке денег и времени. Задача переводчика не просто передать слова, а сделать так, чтобы все стороны в какой-то момент действительно услышали друг друга.

Юлия Крышевич

Редактор раздела «Искусство»

Фото: из личного архива Анны Семеновой
Источник: Клео.ру