На главную
 
 
 

Творческий процесс
Автор: Виктор Шендрик / 28.07.2016

Написать об этом меня попросили. Сначала имел место факт, который я должен был описать, а уже следом произошло всё остальное, о чём не рассказать теперь просто невозможно.

Короче, звонит мне Николай Макарович Близнюк:

— Вадим, привет! Сколько лет, сколько зим!

«Тонко подмечено», — думаю. Макарыч звонками не балует, а значит, вспомнил обо мне неспроста. Так оно и выходит.

— Ты когда-нибудь писал юморески? — переходит к делу Макарыч.

— Как сказать? — отвечаю. — Разве что для узкого круга. Заморочки всякие для капустников дурацких.

— Надо, чтоб ты написал, — вполне удовлетворённый моим ответом продолжает Макарыч. — Тема есть классная. «Презервативы для собачки» называется.

Молчу — а что тут скажешь? Время, надо заметить, позднее, а я ещё у компьютера — к утру, кровь из носу, нужна смета по монтажу… Ну ладно, презервативы так презервативы — тоже дело, похоже, важное, отлагательств не допускающее.

— Дочка у меня с собачкой по вечерам гуляет, — вдохн овлённый моим молчанием Макарыч спешит выплеснуть идею. — Приходит, лапы грязные, а воды нет.

— У кого лапы грязные? — вроде как бы заинтересованно уточняю я.

— У собачки лапы грязные! Представляешь?

— Представляю, — говорю, хотя ни черта не представляю.

Вернее, то, что воды нет, представляю очень хорошо — такое случается и в моём районе. А в целом… Никогда я не понимал этих собачников. Держи её в квартире, корми, выгуливай, а она ещё, оказывается, является домой с грязными лапами…

— …И на диван! — вторит моим рассуждениям Макарыч. — А ты надень ей на лапы презервативы, говорю. А дочка: ну, дай мне презервативы! Откуда у меня?! А сам прикинул: захожу я в аптеку и прошу презервативы. Четыре! На меня та-ак смотрят. А я говорю — для собачки. Короче, ты должен написать юмореску.

Ох, и люблю я это слово — «должен»!

— Ага, — говорю.

И кладу трубку. И напрочь забываю о разговоре.

Забывать-то я забываю, но только временно. Чтобы уяснить, почему именно временно, нужно знать Макарыча. В следующий раз он уже не звонит, а является ко мне лично.

— Написал про презервативы? — интересуется.

— Не-а, — почти беспечно отвечаю я.

— Ну, Вадим, ну что же ты! — пеняет мне Макарыч. — Я ж на родину ехать собрался. На встречу выпускников. Юмореска мне нужна. Блеснуть.

Вот он, момент истины! Ну не бывает, не бывает искусства в свободном, очищенном от шкурных помыслов виде. Хотя прикладные цели могут стоять разные и быть на первый взгляд не всегда заметны.

Лет сорок назад Коля Близнюк окончил школу в какой-то тьмутаракани и с той поры каждую зиму ездит на встречи с бывшими одноклассниками. Там ему, должно быть, рады. И в нынешнем возрасте с лица Макарыча редко сходит улыбка, рот не закрывается, ежеминутно выбрасывая жёваные-пережёванные прибаутки, кочующие от одного доминошного стола к другому по просторам весёлой нашей родины. Короче, нетрудно представить, какой бомбой слыл Коля Близнюк в школе.

А теперь ему нужно «блеснуть».

— Это ж тема какая! — продолжает обольщать меня Макарыч. — Только нужно, чтоб это ты написал.

И тут — видно, застал он меня в хорошем расположении духа — я проникаюсь…

— Ладно, — киваю, — но сюжет? Сюжет где? Не вижу.

— Ну, Вадим, ты даёшь! Мне тебя учить? Я прихожу в аптеку, прошу презервативов, дешёвых. Я смущаюсь, девка смущается…

— Старый ты пожарный мерин, Макарыч, — ласково перебиваю я и объясняю: — Ты в каком веке живёшь? Ты можешь смущаться сколько душе твоей угодно, а её не смутишь, не надейся. И почему аптека? Сейчас этого добра на каждом углу хватает.

Презервативы, действительно, можно купить где угодно, в любом киоске, в любом отделе магазина, где соседствуют они с водкой, сигаретами, шоколадом…

— Ну, аптека… — задумывается Макарыч, — для порядка. Помнишь, раньше в аптеках продавали? По четыре копейки.

— Помню, — говорю. — Тальком пересыпанные. У меня ещё сапоги на осень такие были. Ты мне сюжет дай, развитие.

Кажется, он меня не понимает. Ему очень хочется рассказать в кругу друзей юности весёлую историю и, конечно, прослыть артистом.

Объяснять что-либо лучше всего на примерах.

— Ты про Ярослава Гашека когда-нибудь слышал?

— Гашек, Гашек?.. — не прекращая улыбаться, тужится Макарыч. — Это Швейк который?

— Ага, который про Швейка. Так вот Гашек, прежде чем написать что-нибудь, проигрывал ситуацию в жизни. Если получалось, — писал. Захотел написать про человека, которому не дали покончить с собой, пришёл на мост через Влтаву, залез на перила и ждал, пока его оттуда снимут. Вот тогда получалось убедительно.

— Понял! — оживляется Макарыч и встаёт. — Так! Идём!

— Куда?

— Здрасьте! Презервативы покупать, конечно!

Вот это называется — рассказал на свою голову. Теперь от него не отвяжешься.

— Я буду покупать, а ты слушай и запоминай, а потом мы придём сюда, к тебе, и запишем.

«Уже — мы! — думаю. — Однако!»

— Ты далеко собрался? — застаёт меня в дверях оклик жены.

— Да так, прогуляюсь с Макарычем, — отвечаю как можно беспечней.

— Будешь идти домой, купи кофе.

— Денег нет, — заученно отвечаю я.

— Купи разового. Штук несколько.

— Ага! — отзываюсь я, сбегая по лестнице.

По дороге в аптеку я пытаюсь заставить Макарыча осмыслить задуманное:

— А как ты купишь четыре? В упаковке их всегда три.

— Где-то я видел по одному в пачке, — бормочет Макарыч. — Ладно. В одной аптеке купим четыре, потом ещё.

«Господи! — пугаюсь. — По всем аптекам он меня таскать собирается, что ли?» Мои опасения рождаются не на пустом месте. Аптек сейчас в городе развелось куда больше, чем раньше можно было встретить бочек с квасом или бабушек с семечками. И, надо сказать, имеются среди них и неплохие. Одну такую и облюбовал для первого визита Макарыч.

— Во! — сказал он у щедро освещённых дверей. — Крутая!

Интерьер заведения подтвердил вывод радетеля за собачью чистоплотность. В одном углу — пальма в кадке, в другом — попугайчики в клетке. Витрины и полки плотно заставлены импортными лекарствами.

Молодая женщина в белом халате отложила в сторону журнал со сканвордом.

— Что вы хотели?

— Нам презервативов, — заявил Макарыч.

Смущения в его голосе не чувствовалось, напротив — весь он как-то выпрямился, грудь колесом, чуть ли не подбоченился. Таким я видел его на сцене.

— Пожалуйста, выбирайте, — последовал любезно-равнодушный ответ. — Вам каких? Гофрированных, с насечкой, самораскатывающихся? А может, ароматизированных?

— Это как? — влез с вопросом Макарыч, и плечи его заметно дрогнули.

— Есть с запахом клубники, есть — ананаса, есть — киви.

— А их что… нюхают?

— У нас большой выбор, — последовал уклончивый ответ. — Каких вам?

— Нам нужно четыре. Ровно, — упавшим голосом сообщил Макарыч.

— У нас в основном по три в упаковке, — снова не удивилась женщина. — Но есть вот «Эротика». Здесь по одному. Берёте?

— Угу, — глотнул слюну Макарыч.

— Шесть гривен.

— Ско-олько?

— Шесть. Они по руб пятьдесят.

Дрожащими руками Макарыч сгрёб покупку с прилавка и направился к выходу. Я — за ним.

— Твою мать! — голос его на улице добавил в уверенности. — Паршивый гондон — руб пятьдесят! Полдня работать! Последний полтинник разменял.

— А чего ж ты про собачку не рассказал?

— Какая собачка! Я как цену услышал — из головы всё вылетело. Кровососы. Пойдём отсюда!

— А юмореска? — спросил я как можно бесстрастнее.

— В гробу я видел такие юморески!

— Нет, дружище, так дело не пойдёт, — неожиданно для себя довольно жёстко оборвал его я. — Ты меня зачем вытащил? Творческий процесс уже в разгаре. Не изволь прерывать.

— То есть?

— То есть идём дальше, в другую аптеку, и ты по любой цене купишь четыре презерватива и обязательно — слы-шишь — внятно и членораздельно скажешь, что они тебе нужны для со-бач-ки. Нужно смоделировать ситуацию. А она пока не моделируется. Про собачку ты не сказал, аптекарша не смутилась, количеству не удивилась.

Макарыч задумался.

— Это потому, что мы вдвоём. Что удивительного — четыре презерватива для двух мужиков?

— И что делать?

— Я пойду сам.

— А как же я всё услышу?

— А ты чуть раньше или чуть позже. Вроде ты не со мной.

— Годится.

Вторая аптека мало отличалась от первой. Не было, правда, пальмы и клетки с пичугами, но зато стояли в зале кожаная мебель и столик с журналами.

За прилавком стояла немногословная особа. На вопрос Макарыча она молча кивнула на застеклённую полку. Взгляд поверх очков не выразил ни смущения, ни удивления, ни особой радости от присутствия покупателя.

Я, войдя на десять секунд раньше, изучал ассортимент поливитаминов.

Макарыч выбрал презервативы с усиками, по одному в упаковке, восемьдесят копеек за штуку.

— Четыре, — протягивая деньги, вяло уточнил он и, разведя руками, вымученно улыбнулся: — Мне для собачки.

Заказ аккуратно лёг на прилавок. Уголок губ молчаливой аптекарши чуть заметно дрогнул, взгляд над очками ушёл в сторону.

— Зоофил, что ли? — ни к кому не обращаясь, спросила она.

Я почувствовал, что вот-вот подавлюсь собственным кулаком.

Потом мы с Макарычем выпили. Немного.

— А что она сказала? — интересовался собаколюб.

— Я не расслышал, — отвечал я.

О юмореске он больше не вспоминал. Я тоже.

Потом, кажется, пили ещё. Макарыч всё пытался добить бездарно разменянный полтинник.

— Давай возьмём тачку и поедем ко мне в гараж. Там мужики самогон приносят — объедение.

— Не хочу я самогона, я домой хочу. И кофе. Мне ещё нужно кофе купить. Разового.

— Айн момент! — Макарыч нырнул в ближайший гастроном и выскочил оттуда с пивом, мороженым, пачкой сигарет и охапкой пакетиков с кофе.

Пиво открыл и принялся пить сам, остальное, несмотря на мой протест, начал рассовывать в мои карманы. Мы даже поборолись немного. Гостинцы то и дело падали на асфальт.

— Бери, я говорю. Я угощаю. Не спорь.

— Ну мороженое-то куда? Давай я его здесь съем.

Домой я вернулся поздно.

— Слава Богу! — сказала жена. — А кофе, конечно, забыл купить.

Вечно меня подозревают во всех грехах смертных.

— А вот и не забыл! — я гордо отмёл подозрения.

Полез в карман и широким жестом вывалил на обеденный стол… восемь пакетиков с презервативами.



 

Ваше мнение 9  

Оставить комментарий
  • прекрасно. легко и с юмором
  • Это просто замечательно! Где вас еще можно почитать?
  • Плюс. Хотя тоже не хватило динамики и показалось затянуто. Как бы для одного анекдота - юмора достаточно, но много текста. Для рассказа - маловата концентрация юмора.
  • Зимняя птица (Русский Север) / 28 июл 2016
    Нечасто нас тут развлекают юморесками хорошего качества. Что можно сказать, лично мне понравилось. Держите плюс, Виктор, и заходите чаще.
  • домино (Калининград) / 28 июл 2016
    Забавно. Немножко не хватило динамики, но всё равно плюс за неожиданный сюжет.
  • Смешно, местами грустно! Отличная юмореска, плюс!
  • Браво!!! Так хохотала! Спасибо огромное! Хохочу, даже писать не получается. Это второй лучший - после "Помнить всё" - рассказ месяца. Вас где-то ещё можно почитать? После первого предложения, подумала - читать дальше или нет, и что это вдохновения только у писателей? А тут такой улёт!
  • Хорошо, с юмором, но можно было докрутить ещё смешнее и динамичнее. Впрочем, со стороны всегда советовать легко.)))) Плюс!
  • Забавный рассказ, живой и легкий. Честно говоря, ожидала угарной концовки, но нет, она оказалась довольно бытовой, из-за чего текст получился чуть более растянутым, чем нужно. Ставлю плюс, писать смешно - это нелегко.
Оставить комментарий
 

Что не так с этим комментарием ?

Оффтопик

Нецензурная брань или оскорбления

Спам или реклама

Ссылка на другой ресурс

Дубликат

Другое (укажите ниже)

OK
Информация о комментарии отправлена модератору