Модный образ — мобильный виджет

Бьюти, Интервью

5 июля

"Я вижу тренды раньше других": интервью с косметическим химиком Оксаной Ивановой

Сооснователь бренда G.LOVE рассказывает, что изменится в бьюти-индустрии через 5 лет.

автор Мария Орешкина

2 568

Оксана Иванова — косметический химик, технолог-разработчик и сооснователь бренда функциональной косметики G.LOVE. Она окончила РХТУ им. Менделеева и там же семь лет преподавала, а затем открыла собственную лабораторию и стала разрабатывать формулы для российских и европейских брендов. В откровенном интервью Оксана рассказала Клео.ру про свой подход к косметике — без страха перед синтетикой, с верой в биотехнологии и с прицелом на будущее — и про свое понимание трендов.

— Как вы считаете, ваш интерес к химии и созданию косметики был предопределен чем-то из детства? Что сыграло главную роль в выборе именно этого профессионального пути?

— Я никогда не была «юным химиком». К химии я пришла лишь к 10-му классу, когда нужно было определяться, понимать, с какой профессией будет связано ближайшее обучение. Зная, что в нашей школе есть химический класс, сотрудничающий с РХТУ имени Д.И. Менделеева, я успешно сдала вступительные экзамены по химии и попала туда. Там один день в неделю мы ездили на занятия в РХТУ: слушали лекции, выполняли лабораторные работы. Фактически уже с 10-го класса я окунулась в студенческую жизнь, и стены университета стали мне родными задолго до поступления.

— Что вас вдохновляет в повседневной работе химика-технолога? Что приносит наибольшее удовлетворение и драйв?

— Честно говоря, я уже давно не химик-технолог в ежедневном смысле этого слова. Сейчас я руковожу проектами и составляю технические задания своим сотрудникам — разработчикам и технологам. Поэтому моя повседневная работа скорее связана с аналитикой: я изучаю новые компоненты, которые появляются на рынке, слушаю лекции и вебинары, исследую материалы поставщиков, анализирую вектор развития направлений, связанных со здоровьем, биохакингом, велнесом и потребительскими предпочтениями. На основе всего этого я формирую технические задания для команды, чтобы разработчики четко понимали, какой продукт создают, а не фантазировали на эту тему.

Главный драйв для меня — изучение ингредиентов: читать, откуда они получены, какие тесты были проведены. Но самое захватывающее — это умение видеть тренды раньше других

Когда ты начинаешь понимать закономерности зарождения и развития трендов, ты видишь их горизонт гораздо дальше, чем большинство людей. Вот этот момент, когда тренд только-только начинает проклевываться, а ты уже понимаешь, что через пару лет он захватит рынок, пожалуй, самая драйвовая история в моей работе. Именно так было с Wellbeing: когда мы начали развивать концепцию косметики «умного благополучия», о ней лишь шептались в узких кругах, а мы уже подхватили эту идею и воплотили в бренде.

— В работе с формулами часто приходится решать нестандартные задачи. Приведите пример недавнего интересного «квеста»: как вы искали решение и что получилось?

— Как правило, нестандартные задачи связаны со стабильностью рецептуры. Например, мы хотим получить очень легкую эмульсию — я бы даже назвала ее молочным тонером, — но при этом продукт должен оставаться стабильным, не расслаиваться на две фазы. Это настоящий квест. Как раз такой мы прошли, когда создавали тоник-бустер Exosome Energy. Еще один постоянный вызов — создание легких SPF-продуктов. Мы работаем над этим непрерывно, потому что задача действительно нетривиальная. Третий интересный квест — растворение сухих веществ в определенных растворителях. Классический пример — продукты с азелаиновой кислотой. Азелаиновая кислота не растворяется в воде, поэтому для нее необходимо подобрать такой растворитель, из которого она не будет кристаллизоваться. Иначе со временем в продукте появляются неприятные твердые вкрапления, которые буквально царапают кожу.

— Многие производители сейчас активно используют растительные компоненты. Что дает грамотная работа с «зелеными» ингредиентами, чего сложно добиться синтетикой?

— Да, многие производители действительно работают с растительными компонентами — но, как правило, в рамках эко-повестки. При этом важно понимать: «натуральные» и «органические» ингредиенты в этом контексте чаще всего представляют собой простые растительные экстракты с ограниченными возможностями. Мы в своем бренде предпочитаем более сложные ингредиенты, полученные из растений: энзимы, экзосомы, ДМАЭ, бакучиол и другие молекулы растительного происхождения. Это не сами растения, это активные вещества, извлеченные из них. Именно в этом я вижу будущее. Другой ключевой момент: растительное сырье ограничено в объеме. Я убеждена, что будущее — за биотехнологиями, когда «зеленая масса» будет выращиваться не на полях, а в биореакторах. Это позволит из небольшого количества сырья получать максимум полезных компонентов, в том числе для косметической химии.

Что касается синтетики: не все ингредиенты растительного происхождения, обладающие биосовместимостью с кожей, удается воспроизвести в лаборатории. Но именно слияние технологий и природы через биореакторы позволяет решить эту задачу. Почему мне эта тема близка? Потому что я химик. Я понимаю, что все вокруг нас состоит из формул, из элементов.

Химическая формула для меня — не враг и не что-то пугающее, а просто набор элементов. Я не боюсь синтетических составляющих в косметике. Если продукт создан по всем правилам, — это абсолютно безопасная история

— Как родилась концепция вашего бренда? Почему вы выбрали для старта именно формат порционных масок в саше, а не классические кремы или сыворотки?

— Концепция бренда действительно родилась из масок — первой была маска с огурцом. Выбор этого формата был вполне осознанным. Во-первых, маска — это относительно несложный продукт: ее приятно использовать, легко вписать в уход, не задумываясь о совместимости с другими средствами. Маска — это всегда что-то понятное, доступное и дающее быстрый видимый эффект. Во-вторых, порционный формат саше появился из личных наблюдений. Люди покупают маски в баночках, но часто забывают о сроке годности и регулярности применения. Открытая банка с большой площадью контакта с воздухом, лежащая где-нибудь в ванной, — это идеальная среда для размножения бактерий. Если банка еще и закрыта неплотно, на ней появляется некрасивый темный налет, а в худшем случае — плесень. В итоге продукт летит в мусор, не будучи использованным до конца. Саше решает все эти проблемы: вскрыли — нанесли — готово. Продукт не заветривается, не портится, используется полностью. А если вдруг средство не подошло, саше несравнимо проще передать подруге, маме, сестре или коллеге, чем начатую банку.

Я убеждена: лучший продукт с точки зрения экологичности — тот, который был куплен и использован до конца

— Ваш опыт работы с международными заказчиками, наверное, дал вам интересное понимание рынков. Чем, на ваш взгляд, сегодня отличаются подходы к косметике и ожидания от нее в разных странах?

— Европейских заказчиков в моей практике было не так много. Зато был опыт работы с заказчиками из ОАЭ, Ирана, Казахстана. Подходы к косметике и ожидания от нее действительно варьируются от страны к стране — в зависимости от того, насколько развита косметическая индустрия в регионе и насколько активно потребители информированы о том, как правильно использовать косметические продукты. Могу точно сказать, что российский потребитель очень информированный, думающий, ищущий себе оптимальный уход, но пока остающийся в парадигме «что работают только высокие концентрации активных веществ». Потихонечку и это начинает меняться, потому что запросов на средства, восстанавливающие кожный барьер и микробиом, стало больше.

— Как вы видите эволюцию бьюти-индустрии в ближайшие годы?

— Начну с того, что тренды бывают разного масштаба. Есть макротренды — глобальные, долгосрочные направления. Сейчас главный из них — это Longevity: тренд на продление не просто жизни, а активной, молодой, здоровой жизни. Косметика органично вписалась в этот контекст наряду с индустрией здравоохранения, путешествий, отдыха и развлечений: всё это уже живет внутри одного большого макротренда.

Есть и микротренды — более скоротечные, быстро появляющиеся и быстро себя изживающие. Один из ярких примеров — микробиом. Доказана связь между состоянием микробиоты кишечника и тем, как мы выглядим, а микробиота на поверхности кожи напрямую влияет на воспалительные процессы. Это все равно часть макротренда по здоровью, но уже более конкретная история.

Другой интересный подтренд — inflammaging, то есть хроническое воспаление как одна из ключевых причин старения организма. Борьба с ним — перспективное направление для индустрии красоты. Еще один любопытный вектор — сенолитики, уничтожающие «зомби-клетки». Это пока нишевая тема, но она активно входит в бьюти-науку. Сложность этих тем в том, что их трудно объяснить и, соответственно, продать. Мы до сих пор не все привыкли к понятию «антиоксиданты», а уж «зомби-клетки» — это и вовсе что-то из научной фантастики для широкой аудитории.

Морщины продавать легко: вот они есть, вот их нет. А показать, что в организме накапливаются сенесцентные клетки, которые делают вас старше — гораздо сложнее: эффект виден лишь при длительном, системном применении

Когда индустрия научится это доступно объяснять, эти темы вполне могут вырасти до макротрендов. Отдельная история — домашние гаджеты. Они становятся всё сложнее, и интерес к ним растет. Это напоминает волну биохакинга с трекерами: сначала все бросились покупать кольца и умные часы, начали отслеживать сон и показатели здоровья — было непонятно, но увлекательно. Затем часть людей отошла в сторону: когда каждое утро часы сообщают, что вы не выспались, это начинает создавать тревожность. Со smart beauty-гаджетами, скорее всего, будет та же история: волны интереса и охлаждения. Умные зеркала, LED-терапия — всё это будет появляться, захватывать внимание и уступать место следующей новинке.

— Какой философии в уходе вы сами придерживаетесь?

— Мне нравится философия «ленивого ЗОЖ»: легкого, бесстрессового входа в здоровый образ жизни. С косметикой это вполне реализуемо. Например, если вы понимаете, что недосыпаете и ваша кожа страдает, вы можете поддержать ее правильными уходовыми средствами и нутрициологическими добавками, не перестраивая весь распорядок дня или поддерживая его.

— При всем изобилии косметики многие все равно не находят «свои» продукты. Чего, по-вашему, не хватает современному покупателю?

— Здесь ключевое слово — кастомизация. У каждого человека есть своя уникальная биохимическая картина: состояние организма, кожи, образ жизни — всё это меняется в каждый конкретный момент. Бренды и компании, которые смогут создать бесшовный, удобный инструмент для объединения всех этих данных в одной точке, и выиграют. Сейчас уже есть приложения, которые сканируют кожу и дают рекомендации, — но это скорее помощь в навигации среди миллионов похожих продуктов, чем по-настоящему точный подбор. Настоящая персонализация начнется тогда, когда к визуальному анализу кожи добавятся данные анализов крови с биомаркерами, информация об образе жизни: уровень стресса, качество сна, физическая активность, насыщение кожи кислородом. Только широкий охват данных даст полную картину и позволит подобрать косметику, которая будет работать именно для вас. Да, это потребует усилий от самого пользователя: сдать анализы, регулярно вносить данные, сканировать лицо. Но именно тогда рекомендация станет по-настоящему точной. По отдельности ни один из этих инструментов не дает полной картины.

Модный образ — виджет Клео.ру

Фото: архивы пресс-службы G.LOVE. Гармонизирующий ночной крем Night harmonizing cream PERFECT PERIOD; архив Оксанa Ивановой; Насыщенный тоник-бустер Rich Booster Toner EXOSOME ENERGY; Маска для лица Face Collagen Mask ICE CUCUMBER

Источник: Клео.ру

Бьюти, Интервью

7 октября

Трихолог Анна Галевко: «Месяц без улучшения не означает, что волосы потеряны навсегда»

Основатель бренда космецевтики — о том, почему уход — это не война с собой и когда шампунь от выпадения имеет смысл.

автор Мария Орешкина

Анна Галевко — основатель бренда космецевтики ANNA GALE и сертифицированный трихолог. Она пришла в индустрию, пережив собственный опыт выпадения волос, а сегодня разрабатывает формулы и консультирует по вопросам здоровья кожи головы. В интервью Клео.ру мы поговорили о том, почему забота о микробиоме — это будущее космецевтики и как отличить сезонное выпадение от проблемы, которую нельзя оставлять без внимания.

— Как вы относитесь к скинпозитиву? На какой вы стороне — считаете, что нужно принимать естественные процессы старения, либо уверены, что нужно всегда стремиться их корректировать?

— Мне вообще не очень близка постановка вопроса «принять или корректировать», потому что одно совершенно не исключает другого. Старение — естественный физиологический процесс, а не диагноз, который нужно во что бы то ни стало лечить. Я не считаю морщины, седину или возрастные изменения кожи и волос недостатками, которые человек обязан исправлять. Для меня «скинпозитив» — это скорее отсутствие войны с собой. Но принятие себя не означает отказ от ухода. Если мы можем поддерживать барьер кожи, уменьшать сухость и чувствительность, сохранять качество волос и кожи головы, работать с выпадением, когда у него есть корректируемая причина, — почему нет? Вопрос только в мотивации. Уход должен помогать человеку дольше сохранять здоровье и комфорт, а не создавать ощущение, что с ним постоянно что-то не так.

Мне гораздо ближе формула: не становиться моложе любой ценой, а хорошо выглядеть и чувствовать себя в любом своем возрасте

— Есть ли какой-то ингредиент, который вы никогда не используете в своей косметике, несмотря на его популярность?

— Я бы не стала составлять черный список ингредиентов. В косметической химии очень редко можно честно сказать: вот этот компонент всегда хороший, а этот всегда плохой. Имеют значения концентрация, форма, сочетание с другими веществами, pH и сама задача продукта. Мне не близок такой подход, когда эффект раздражения выдают за доказательство эффективности. Хороший пример из ухода за волосами — популярная логика вокруг никотиновой кислоты: если кожа покраснела, нагрелась или появилось покалывание, значит, кровь прилила к луковицам и волосы начали расти. Покраснение действительно связано с расширением сосудов, но само по себе оно не доказывает стимуляцию роста волос. Ощущение «жжет — значит, работает» никогда не является критерием хорошей формулы. Актив должен находиться в составе не потому, что он модный или дает определенное ощущение после нанесения, а потому, что мы понимаем, зачем он нужен и на чем основано его действие.

— Есть мнение, что шампуни от выпадения волос — это маркетинг, и они не могут проникнуть достаточно глубоко, чтобы повлиять на луковицу. Согласны ли вы с этим? Или в этой категории средств все же есть смысл?

— Шампунь контактирует с кожей головы недолго, поэтому его роль при выпадении волос обычно вспомогательная: он поддерживает здоровое состояние кожи головы, но не заменяет средства и методы, направленные непосредственно на причину выпадения. Но и утверждение, что из шампуня ничего не может проникнуть к фолликулу, слишком категорично. Исследования показывают, что некоторые активные компоненты способны проникать в область волосяного фолликула даже при использовании смываемых средств. Поэтому я воспринимаю такой шампунь как часть системы. Он имеет смысл, когда помогает поддерживать здоровое состояние кожи головы, уменьшать избыток себума, шелушение, воспаление, ломкость волос или содержит конкретные активы с обоснованным действием. Но если у человека андрогенетическая алопеция, выраженное телогеновое выпадение или другое заболевание, один шампунь причину не устранит, здесь необходим системный подход.

— Интересно узнать ваше мнение: сезонное выпадение волос — это реальность или отговорка, чтобы списать проблемы на время года?

— Сезонное усиление выпадения действительно бывает. Волосы проходят несколько стадий жизненного цикла, и часть из них в определенные периоды года может переходить в фазу покоя. Выпадают такие волосы не сразу, поэтому летом изменения могут только начинаться, а заметнее становиться уже ближе к осени. За годы работы с темой волос — сначала через собственный опыт выпадения, а затем через создание бренда ANNA GALE, изучение формул и работу с трихологами — я убеждена, что сезонность нельзя воспринимать как универсальное объяснение любого выпадения. Если волос стало выпадать значительно больше обычного, ситуация сохраняется длительное время, меняется густота, я бы не советовала просто ждать окончания сезона. В таком случае важно искать причину вместе со специалистом.

— Многие считают, что если выпадение не остановить за месяц, то это навсегда. Это правда?

— Нет, и мне кажется, это один из самых тревожных мифов. Жизненный цикл волоса измеряется месяцами и годами. Например, при телогеновом выпадении провоцирующее событие может произойти сегодня, а активное выпадение человек заметит только через два-четыре месяца. После устранения причины такое выпадение обычно постепенно прекращается в течение нескольких месяцев, а возвращение прежней плотности тоже требует времени. Поэтому месяц без заметного улучшения совершенно не означает, что волосы потеряны навсегда. Другое дело, что причины выпадения и заболевания волос и кожи головы бывают разными. Некоторые состояния требуют длительного контроля и системной работы, а при отдельных заболеваниях волосяные фолликулы могут повреждаться необратимо.

Опасны обе крайности: паниковать через четыре недели и, наоборот, годами ждать, что само пройдёт. Чем раньше становится понятна причина выпадения, тем точнее можно выбрать дальнейшую тактику

— Какое значение имеет пилинг в уходе за кожей головы? Можно ли его делать, если волосы окрашены?

— Мне нравится сравнивать уход за кожей головы с уходом за лицом: лицо мы готовы очищать очень внимательно, а от кожи головы иногда ожидаем, что одного шампуня будет достаточно. Пилинг нужен прежде всего для более глубокого и контролируемого очищения — от избытка себума, ороговевших клеток и накопившихся средств для укладки. Главная его задача — это здоровое состояние кожи головы и качество очищения. Окрашенные волосы сами по себе не являются противопоказанием. Важно наносить средство именно на кожу головы, а не распределять его по длине. И я бы не использовала активный пилинг на раздраженной коже сразу после окрашивания, если есть жжение, покраснение или повышенная чувствительность: сначала коже нужно дать восстановиться.

— Высокий ценовой сегмент — это всегда вызов. Как вы доносите до клиента ценность вашей косметики, когда вокруг множество брендов с похожими обещаниями, но в два раза дешевле?

— Для меня самая большая ошибка премиального бренда — объяснять цену просто словом «премиальный». Покупатель не обязан платить больше за красивую историю. Поэтому я стараюсь объяснять не цену, а то, что стоит за продуктом.

При разработке косметики для меня эффективность ингредиента всегда важнее возможности удешевить формулу

Если определенный актив действительно нужен продукту, я не хочу заменять его более доступным аналогом только ради себестоимости. За каждым средством стоит гораздо больше, чем набор ингредиентов: разработка формулы, работа технологов и профильных специалистов, образцы и корректировки, испытания, контроль качества и документы, подтверждающие соответствие продукции установленным требованиям. Есть и более конкретные результаты этой работы. Например, в этом году мы получили патент на ночную сыворотку бренда ANNA GALE против выпадения и для активации роста волос. Для меня это важный результат многолетней работы над формулами. Мы хотим не просто использовать популярные активы, а создавать действительно продуманные сочетания компонентов, эффективность которых подтверждается клиническими исследованиями и реальными результатами покупателей. Именно это для меня и формирует ценность косметики высокого сегмента.

— Сейчас очень популярна тема микробиома кожи. Как вы относитесь к этой концепции в уходе за кожей головы и лица? Это будущее или хайп, который скоро пройдет?

— Я думаю, что сам интерес к микробиому точно не исчезнет. Мы все больше понимаем, что состояние кожи зависит не только от отдельных активов в косметике, но и от того, насколько бережно мы относимся к ее естественной защитной системе. При этом мне не близка идея превращать микробиом в очередное модное слово на упаковке. Нельзя просто добавить один микробиомный ингредиент и сказать, что продукт восстановит баланс кожи. Важна вся формула: насколько деликатно она очищает, какой у нее pH, не нарушает ли она защитный барьер, как компоненты работают вместе. При разработке продукции мы как раз стараемся смотреть на кожу головы как на полноценную экосистему, состояние которой напрямую связано и с качеством волос. Поэтому для меня микробиом — не временный тренд, а направление, которое будет развиваться вместе с косметической наукой.

Модный образ — виджет 290 px

Фото: magnific.com; архивы пресс-службы ANNA GALE

Источник: Клео.ру