В последнее время все больше стирается грань между мужскими «забавами»
и женскими: вместе носим джинсы, вместе пьем пиво в барах, похрустывая
чипсами, вместе смотрим
футбол. Даже темы для разговоров одни и те же, естественно, с небольшой
поправкой по интересам: ты слышала, Бекхем перед игрой пригласил своего
личного парикмахера приехать в Японию и сделать ему прическу, а то оброс
он да краска с волос слезла?
Ах, какая симпатяга этот сенегальский тренер Бруно Метсю:
длинноволосый, синеглазый, — муж даже удивился, что я ни с того ни с сего
матчем заинтересовалась; знал бы он, что меня не голы, пенальти да угловые
интересуют, а кудрявый француз, сделавший из никудышной команды конфетку.
Ой, а слышала последнюю
новость: Сборная России удивила футбольный мир новой тактической расстановкой
«10+1» — десять несчастных плюс один Бесчастных. А что это ты такое поешь:
«ро-ри-ро», «ро-ри-ро»? Это моя великолепная распевка для голоса и сладкая
симфония для ушей: «ро-ри-ро» — Рональдо-Ривальдо-Рональдиньо.
В пятый раз те же бразильские «грабли»? Виват, чемпионы!
Помнится, кто-то из великих утверждал, что в одну и ту же реку дважды
нельзя войти, а пятирижды? Вообще, странный Чемпионат. Турки заняли третье
место, сенегальцы обыграли обладателей Кубка Мира прошлого турнира… Ладно,
французы во главе со своим легендарным Роже Лемерром позорно вылетели
с Чемпионата, дескать, Зидан — наш царь, Бог и надежда — не может играть
в связи с полученной травмой, поэтому мы тоже никак без национального
символа не справимся: отними у человека веру — с чем он останется? Но
российские футболисты? Тоже без Мостового — ничто? А Карпин, Онопко, Титов…
А молодые мальчишки — гордость и слава нашего футбола: Сычев, Пименов,
Измайлов? Про первого уже анекдоты сочиняют: играют наши с Бельгией. Даже
не играют, а по полю как сонные мухи передвигаются. Попадает к ним в ноги
мяч — пинают его, нет — ну и не надо. Тут замена, выпускают на поле молодого
Диму Сычева. Он туда побежал, сюда, активен, нападает, защищает, передачи
хорошие делает, гол, наконец, забивает. Подбегает к Онопко: «Виктор, вы
же капитан команды, ну почему не отдаете указания ребятам, чтобы они играли
нормально, но мы ведь можем… умеем…» «Маленький ты еще, Димка, много не
понимаешь: а вот выйдем мы с Бразилией в финал, и что? Уставшими
играть будем?!!» — многозначительно разводя при этом руками говорит старший
товарищ.
Вот-вот, умеем и можем красиво играть и при этом попадать
в ворота. Чего стоит еще одно секретное оружие российского футбола —
19-летний Марат Измайлов, сыгравший две игры в Японии, а на Родине признанный
лучшим из лучших. Только в прошлом году юный футболист московского «Локомотива»
стал обладателем трёх футбольных премий «Стрелец» в различных номинациях
по итогам сезона — это новый рекорд за всю историю присуждения высших
индивидуальных наград российского футбола.
В сезоне 2001 журналисты вознесли Марата Измайлова до небес.
«Мальчик, поцелованный богом» — так называют его тренеры.
— Марат, прочитав достаточное количество информации
о тебе, у меня сложилось впечатление, что ты не как все нормальные дети
стал под стол пешком ходить, а сразу мячи гонять, голы забивать.
— Точно, в три года я познакомился с футболом, этому способствовал мой
отец, который начал подсовывать мне мячик. Я был маленьким, многого не
понимал. А когда я постарше стал, то родитель начал водить меня на школьный
двор, тренировать меня. Я, конечно, хотел поиграть с друзьями в песочнице,
но он мне то мороженое за то, чтобы я тренировался, то игрушки пообещает
и потом купит. А я только из-за этого и шел. Потом он отдал меня в футбольную
школу.
Вообще, про родителей я могу говорить много эпитетов. Они все сделали,
чтобы их сын здесь был, чтобы играл в футбол. Отец целыми днями мною занимался,
отказывался ради меня от более выгодной работы. Он по профессии водитель.
Мама все время следила за тем, чтобы я был накормлен, опрятен, чист. Сейчас,
например, я могу сам следить за своими тренировками, а в раннем возрасте
они все это делали, причем, наилучшим образом. Меня из-под палки не заставляли
заниматься футболом, а все больше объясняли, рассказывали. Отдавали и
отдают мне свою любовь, ласку, доброту.
И при этом они не меньше времени посвящают моей сестре, которая учится
в данный момент и младше меня на 2 года.
— А как же набившая оскомину проблема «отцов и детей»?
Конфликты возникали?
— Нет, ничего такого не было. Конечно, мы не застрахованы от споров, но
это все — ерунда. Родители умеют все сглаживать! И я рано очень понял,
что не стоит нервировать ни себя, ни родителей, а идти на компромисс.
У нас в семье такой хороший баланс. Мне очень повезло с предками!
— В пять лет тебя взяли в «Локомотив» вместо положенных
семи. Почему для тебя сделали исключение?
— Меня сначала не хотели брать, так как я был совсем маленький, но потом
попробовали меня, на тренировках посмотрели, как я играю, не уступая ничем
старшим товарищам (я в то время благодаря отцу выглядел очень прилично),
вот меня и взяли, полюбили. Так с раннего возраста у меня и началось увлечение
футболом. Мне везло с тренерами, кроме того, я у всех был любимцем.
— Слушай, так, получается, у тебя детства не было?
За косички девчонок дергать и из рогатки стрелять времени не хватало…
— На самом деле, у меня тоже, как и любого нормального мальчишки, все
это было, но в меньшей степени. Я не считаю себя какой-то жертвой, я играл
в футбол, тренировался, мне это нравилось. Не могу назвать себя ущемленным
в чем-то. Меня в детстве все устраивало. Единственный момент, когда я
был совсем маленьким, в 4-5 лет, то не понимал, зачем мне спорт? Мне футбол
был не нужен. Тогда приходилось папе разговаривать со мной, объяснять,
что футбол — это замечательно. А потом самому нравиться стало, втянулся
в такой ритм жизни, понял со временем, что это — моя жизнь и призвание.
Сейчас я только на футбол все и поставил.
— Серьезным ребенком был?
— Вообще, да. Всегда отличался серьезностью, некоей задумчивостью.
— Знаешь, когда ребенок празднует свой День рождения,
то мамы имеют обыкновение вспоминать веселые случаи про своих чад. Твоя
мама, что про тебя обычно рассказывает?
— В принципе, ничего такого сверхнеординарного я не вытворял. Был послушным
ребенком. Еще раз говорю — серьезным. Конечно, маленьким можно массу сюрпризов
выкинуть, но я ничего такого про себя не помню. Разве что, постоянно был
чем-то занят. Я еще и на карате ходил, даже до синего пояса дошел, этот
вид спорта мне тоже очень помог: там мы делали много приседаний, ходили
гуськом на корточках, выполняли
упражнения на координацию. С полгодика занимался бегом на разные дистанции
— чтобы повысить скорость. Классе в восьмом записался еще и в боксерскую
секцию, развивал координацию, резкость. Потом все полученные в детстве
навыки мне очень пригодились в футболе. Я горжусь тем, что сам наработал
то, что умею.
—
У твоего отца откуда любовь к футболу?
— Он — ярый болельщик и еще до моего рождения мечтал: если родится сын,
то он обязательно сделает из него футболиста. И он всю жизнь этому посвятил:
чтобы больше времени проводить со мной, отказывался от дополнительной
работы. Отец сам в детстве хотел стать футболистом, но, к сожалению, не
нашлось в то время человека, который бы подсказал ему, как этого добиться.
— У меня аналогичная, что и у твоего отца мечта:
если родится сын — отдам его в футболисты. Думаешь, пойдет? Что для этого
сделать?
— Надо его заинтересовать этим видом спорта. Например, отец много разговаривал
со мной, рассказывал всякие истории о футболе, внушал по-хорошему, что
мне это надо. Повзрослев, я понял, что футбол — очень хорошая вещь, что
в будущем мне пригодится, а когда «втянулся» — спорт стал смыслом
моей жизни.
— За какой клуб отец болеет?
— Он болеет за красивый футбол. Сейчас, конечно, является поклонником
того клуба, за который я играю, а раньше не был заядлым почитателем какого-то
отдельного клуба. Ему нравится футбол в целом, он не фанатеет от конкретных
игроков или клубов.
— А совместные просмотры матчей с отцом?…
— Раньше постоянно я следил за играми. Если мне нравились какие-то игроки,
то я брал листочек и писал все их ошибки, плюсы и минусы — технико-тактические
вещи, я же сам этим занимался. Разногласий насчет, кто за кого болеет,
у нас не было. Если мне симпатичен кто-то из футболистов, я объяснял отцу
с профессиональной точки зрения, чем он хорош, и мы приходили к общему
знаменателю.
— Сейчас кто тебе симпатичен?
— Мне нравится, как играет Роналдиньо из Бразилии.
— Помнишь свой первый гол: кому и когда?
— Если говорить о самом первом голе, то, конечно, я забил его где-то во
дворе, в ворота отца. Так как я был малолетним и не гонял по полю мяч
со старшими ребятами, то со мной занимался отец, мы с ним один на один
играли. Он-то и был первым вратарем, пропустившим мой мяч. А в «Локомативе»
я забил первый официальный гол «Зениту», когда мы играли в Москве. Он
стал для меня памятным, так как я впервые играл на профессиональном уровне.
Гол получился красивым, и мне было очень приятно, что все получилось.
Помню, что был рад.
— А отмечал его?
— Нет. Я обычно редко что отмечаю. Устроить ведь себе праздник можно в
любой момент, придумав повод. Поехать
к друзьям и что-нибудь отметить. А так… Даже Дни рождения я не праздную
в последние несколько лет: то сборы, то тренировки, и даже в честь торжества
меня никто от них не освободит.
— Говорят, что в хоккей играют настоящие мужчины,
тогда в футбол кто?
— В футбол тоже, почему нет, это травмоопасный вид спорта, много столкновений,
приходится много работать, тренироваться. Надо быть готовым к жестким
стычкам. Для этого нужно быть крепким не только с виду, но и внутренне,
а также обладать резкостью, координацией, быстротой, игровым чутьем, хитростью.
— А что важнее в футболе: голова или ноги? (это я
по поводу Матча Англия-Бразилия, где Дэвид Бекхем пожалел свои ноги, не
отбив мяч у противника, результат всем известен).
— На самом деле, в футболе все важно. Конечно, так, как поступил Бекхем,
нельзя делать, потому что можно пожестче ногу поставить, выиграть мяч
и не получить травму, как все это делают. А если будешь убирать ноги и
голову, оберегая себя, то проиграешь. Эти два понятия, ноги и голова,
разделять нельзя в футболе. Одно без другого жить не может.
— Как происходит общение со сверстниками: Русланом
Пименовым, Димой Сычевым?..
— Со всеми футболистами у меня просто здоровские отношения. Со многими
играл с детства, в пору юношества, с некоторыми сейчас в Сборной. Мы общаемся
с ними, поскольку крутимся-вертимся в одном тесте. Часто созваниваемся,
видимся.
—
Известно, что спортсмены суеверные люди, а ты во что веришь? Есть какие-то
талисманы?
— Я верю в Бога. Когда есть свободное
время, то хожу в мечеть (во мне татарские корни) или к одной знакомой
бабушке, которая читает мне молитвы. А в приметы стараюсь не верить: ни
в то, что с правой ноги на поле нельзя наступать, ни во что-то другое.
Всегда стараюсь делать все вопреки и перебарывать предубеждения. Молитву
перед игрой прочитаю. Думаю о матче, о моментах, которые могут возникнуть
на поле.
В одном из интервью известный комментатор Виктор Гусев
поведал такую историю о суевериях футболистов: «Примет великое множество.
Одна из самых распространенных — не брать в автобус женщин. Некоторые
надевают бутсы, начиная только с левой ноги, заходят на поле только с
правой. Кто-то не моется и не бреется накануне матча. Другие, наоборот,
стригутся. Вратарь Нигматуллин часто меняет прическу и цвет волос. Один
раз он даже выстриг на голове название спортивной фирмы. Сейчас подобные
выкрутасы запрещены. Даже майки под основной формой должны быть без надписей
— это может быть расценено как реклама.
Что касается мистики: был еще вот какой случай. Два раза трава на тренировочном
поле нашей сборной будто бы горела. Говорили, что это якобы протест японцев,
связанный с передачей Курильских островов. Но сейчас все проблемы с полем
решены и японцы уверяют, что подобное не повторится».
