Благословлен
тот, кто придумал телефон! И трижды благословлен тот, кто сделал телефонную
связь такой ненадежной, такой непредсказуемой… Потому что, когда набираешь
нужный номер (правильно набираешь, черт возьми!!!) и в шестой раз попадаешь
не туда — это, возможно, судьба.
…Когда приятный баритон вот уже в который раз поинтересовался,
может ли он услышать Марину, Наталья не выдержала. «Нет, сегодня вам не
суждено до нее дозвониться», — ответила она.
— А и правда, — неожиданно легко согласился невидимый мариноискатель.
— Я вас очень отвлекаю?
— От чего? — опешила Наташа, которая как раз мучилась от скуки и безделья,
раздумывая: то ли пройтись по магазинам, то ли засесть за курсовую. Для
магазинов не было денег,
а курсовая, хоть и висела над ней дамокловым мечом, почему-то совсем не
хотела писаться.
— Ну… мало ли… может быть, вам надо обед готовить…
Обед готовить действительно было надо. Но лень. К тому же голос был определенно
приятный, хотелось слегка пофлиртовать, и…
— Ну, что вы, нисколько…
И они начали общаться. В процессе общения выяснилось, что музыка им нравится
одинаковая, взгляды на жизнь удивительно сходятся, да и вообще эти сорок
минут пролетели незаметно (хорошо, что у нас пока нет счетчиков на телефонах!).
— Можно, я позвоню завтра?
— Можно. Запишите номер… («Главное, чтобы на эту Марину не нарвался»,
— мелькнула у нее ревнивая мысль). На Марину он не нарвался. Следующий
их разговор продолжался уже полтора часа. Родителям прорваться
к телефону было невозможно. А она, только положив трубку, уже начала
ждать завтрашнего дня — он обещал позвонить снова…
Наталью перестали смешить страдания подружек (позвонит
— не позвонит). Она начала понимать их нежелание отлучаться далеко от
телефона. Даже отправляясь в душ, она не закрывала дверь — а вдруг именно
в этот момент он решит набрать ее номер? День ее разделился на две части:
до его звонка и после. Причем как первая, так и вторая часть проходили
отнюдь не под знаком написания курсовой: «Когда он не звонит, я не могу
ничего делать, потому что он не позвонил. Я жду. Как только он позвонил,
я снова не могу ничего делать — потому, что он позвонил! Я хожу и по сорок
раз вспоминаю, что он мне сказал, с какой интонацией, думаю, что он имел
в виду…» Из дому она выходила так: «Ну, еще пятнадцать минут подожду,
и тогда уже точно пойду. Как, пятнадцать минут уже прошло? Ну, вот сейчас,
до десяти досчитаю… Что-то я быстро сосчитала, дай-ка помедленнее…
Ну, еще до пяти…» В конце концов, уже безобразно опаздывая, она буквально
железной рукой брала себя за шиворот и выволакивала из дому. Уже на лестнице
ее охватывало непреодолимое желание вернуться и подождать еще немного.
Наталья ругала себя последними словами и отправлялась в библиотеку. Встречи
с подругами сократились до минимума, да и те она старалась перенести
на свою территорию, поближе к аппарату. Тем более, если он звонил один
раз, это еще не значило, что сегодня больше нечего ждать. «Извини, я уже
соскучился», — эти слова она могла слышать и раза по четыре за день. И
каждый раз радовалась, будто со времени его последнего звонка прошла уже
как минимум неделя. И, казалось бы, все уже обсудили — нет, всегда находилось,
о чем побеседовать еще пару часов.
Телефонный роман — роман
двух голосов. Все лишнее уходит, остаются только слова и интонации.
Его голос — мягкий, бархатистый, — и ее, восторженный, лучащийся весенним
солнцем. Хотя до весны еще очень далеко… Самое интересное, что встретиться
по-настоящему им даже почти и не хотелось. Точнее, было страшно разочароваться.
Поэтому Наталья на предложения Андрея увидеться как-нибудь в городе реагировала
вяло, всякий раз придумывая какие-нибудь уважительные причины. Она опасалась
крушения иллюзий: а вдруг он окажется совсем не таким, каким она его представляла?
Или она ему не понравится? И тогда… будет ли смысл снова звонить друг
другу? А ведь без этих разговоров ни один из них уже не представлял своего
существования. «Очень удобно устроился, — рассуждала ее подруга. — Подарков
на праздники дарить не надо (позвонил, поздравил, поболтал — и ты
счастлива); торчать под мокрым снегом, ожидая тебя, когда ты опаздываешь
на свидания, тоже не надо — сиди в теплом доме и держи трубку. Можешь
параллельно есть, пить, чесаться и смотреть телевизор. Хотя…
Ты ведь тоже не обязана всегда выглядеть хорошенькой. На
косметику ни денег, ни времени тратить не надо, наряжаться не обязательно:
драный халат и шерстяные носки — вот твой
вечерний туалет; на голове черте что — все равно не видно… Классно!
Надо мне кому-нибудь позвонить. Авось подвернется какой-нибудь… супермен.
О, я сразу на сотовый буду звонить, чтобы уж наверняка!» Авантюра подруги,
кстати, закончилась именно так, как она и планировала. Правда, сначала
ей пришлось перебрать огромное множество номеров, да и сделать вид, что
соединили неправильно, было сложновато; зато в восторге она была полном:
«Слушай, это прямо как лотерея! Без выигрыша, без выигрыша, а потом бац
— и счастливый номер!» А вот Наталья до сих пор так и перезванивается
со своим телефонным ухажером. Без личных встреч. То есть встречи-то были,
но все как на подбор неудачные. Хотя он внешне оказался один в один мужчиной
ее мечты. Да и она тоже. Но все время как-то оказывалось, что и говорить
не о чем, и общаться сложно…
После плохо сложившихся свиданий, разочарованные, они приходили
домой… и руки сами тянулись к телефону. И вот тогда находились и нужные
слова, и темы, и исчезала дурацкая напряженность и тяжелые паузы. Этому
«роману» уже три года («Давно бы уже поженились и детей нарожали», — комментировала
подруга, Наталья только отмахивалась). Он нисколько не мешает Натальиным
отношениям с «настоящими» ухажерами. Хотя мешает, конечно: все-таки его
приходится скрывать (ревнивые
нынче мужчины пошли…). Да и их жалкие попытки «умно пообщаться»
не идут ни в какое сравнение с разговорами с Андреем. Так что, похоже,
все это будет продолжаться еще долго. Чем закончится — неизвестно. «А
собственно, почему все должно чем-то закончиться? Нам и так хорошо», —
беззаботно говорит Наташа. И, похоже, она не кривит душой. Ведь правда
— хорошо! Главное, поговорить всегда есть с кем… А остальное приложится.
Когда-нибудь, как-нибудь — неважно.
…Ведь и правда получается — женщины любят ушами… А
особенно меня привлекает возможность непринужденно-небрежно выглядеть.
Одна тележурналистка как-то писала: «Еще в молодости я поняла, что мое
лицо идеально подходит для работы
на радио…» Решительно, пора идти звонить! Какие там цифры подбросит
нам сегодня судьба?
