Москва-Джакарта: международные культурные связи на выставке «Уникальная Россия»

В Гостином дворе до 9 февраля продлится 5-я юбилейная Художественно-промышленная выставка-форум "Уникальная Россия".

автор Евгений Елисеев

Про
экспозицию выставки мы уже писали. На «Уникальной России» (возрастное ограничение 6+) можно, ожидаемо,
познакомиться с традиционными ремеслами страны: например, увидеть татарские
кожаные изделия, городецкую и жостовскую роспись, оренбургские пуховые платки и
многое другое. Кроме промышленной выставки, организаторы предлагают вниманию
посетителей насыщенную культурную программу. Модные показы, фестивали музыки,
лекции, концерты хореографии – скучать не придется.

Фото: Арсен Меметов / Maestro Agency PR для выставки "Уникальная Россия"

На первой неделе февраля, например, прошло несколько вечеров дружбы России с азиатскими странами: с Индией, Шри-Ланкой и Индонезией. Последний выбор звучит совсем неочевидно, ведь островное государство в Индийском океане максимально отдалено от России: о каких связях здесь может идти речь? Формально, речь о том, что 75 лет назад, в далеком 1950-м году, две страны установили дипломатические отношения. Что же связывает нас сегодня?

Фото: Арсен Меметов / Maestro Agency PR для выставки "Уникальная Россия"

Путешествующие
читатели наверняка назовут курортный остров Бали, любимое место отдыха многих
соотечественников. Те, кто интересуется экономикой, упомянут пальмовое масло и
резину, основные статьи экспорта для Индонезии, как в отношениях с Россией, так
и со многими другими странами мира. Гораздо меньше людей вспомнят о том, как
советские архитекторы помогали строить столицу республики, Джакарту.

Фото: YouTube / @Travelimagez

В
1956 году Ахмед Сукарно, президент Индонезии, и Никита Хрущев подписали
заявление о взаимопомощи в решении международных проблем, а также о
сотрудничестве в области торговли и в техническом секторе. Активное развитие
индонезийских городов, которое пришлось на конец 1950-х и на 1960-е годы,
сопровождалось консультациями советских специалистов, архитекторов, инженеров.
Жители и гости Джакарты до сих пор имеют возможность любоваться архитектурными
“плодами” дружбы двух государств. 

Фото: Арсен Меметов / Maestro Agency PR для выставки "Уникальная Россия"

Стадион «Гелора Бунг Карно»

Самый
большой спортивный стадион в Индонезии (более 100,000 мест на момент открытия)
был создан в 1960 году при участии советских архитекторов, Романа Семерджиева и
Леонида Муромцева. Проект приурочили к Летним Азиатским играм 1962 года:
возведение спортивного комплекса стало обязательным условием для Джакарты для
проведения соревнований международного уровня. Стадион был назван по месту
расположения, в честь района Сенаян: в 1998 году название сменилось на «Гелора
Бунг Карно» – оно актуально и сегодня.

Фото: Википедия

Несмотря
на желание советских архитекторов добавить национального колорита в облик
здания, стадион вышел предсказуемо конструктивистским. Этого хотела, в том
числе, индонезийская сторона, ведь комплекс задумывался как объект
интернационального значения. Сборная конструкция амфитеатра, плоская
крыша-тарелка, отсутствие декоративных элементов… Ничего не напоминает? Верно,
стадион “Лужники” в Москве (открыт в 1956 году) старше джакартского кузена
всего на четыре года.

Фото: Юлия Крышевич

Госпиталь «Дружба»

Госпиталь,
построенный в Джакарте по адресу улица Дружбы, 1, и вовсе стал подарком СССР
для Индонезии. Открытый в ноябре 1963 года, больница работает по сей день и
является ведущим медицинским учреждением страны в области дыхательных
заболеваний. Хотя здание пережило несколько реконструкций, в его каркасе
неизменно читается монолитность, клетчато-столбчатая структура. Первые корпуса
госпиталя практически не изменились: говорят, что внутри них даже сохранились
советские светильники. 

Памятник Юрию Гагарину

Фото: соцсети / @temantaman

Завершу
рассказ более современным примером, который доказывает, что дружба между
Россией и Индонезией продолжается и дышит не только советским прошлым. Весной
2021 года в столичном парке «Таман Матарам» в Джакарте публика впервые увидела
памятник Юрию Гагарину. Отлитый в бронзе, космонавт изображен в открытой позе:
с раскинутыми руками, наполненной воздухом грудной клеткой. Скульптурный
Гагарин словно рад встрече с будущим: оно действительно выглядит
привлекательно, когда отношения основаны на диалоге и сотрудничестве.

Открывая искусство душевнобольных: музей «Гараж» представляет перевод книги Джона Макгрегора

В конце сентября издательская программа музея «Гараж» презентует перевод книги канадского историка искусства Джона Макгрегора.

автор Юлия Крышевич

Книга называется «Открытие искусства душевнобольных» (на англ. The Discovery of the Art of the Insane). Труд вырос из докторской диссертации автора и стал одним из первых исследований в области творчества «безумцев». Макгрегор изучал рисунки пациентов психолечебниц, работая на стыке искусствознания и психоанализа.

За рубежом книга Макгрегора увидела свет в далеком 1989 году, с тех пор она была переведена на три европейских языка, а также на японский. Факт выхода книги на российский рынок – настоящая удача, ведь изначально писатель не планировал переводить свое детище на русский язык. Команда музея «Гараж» посвятила работе над изданием более двух лет.

Фрагмент книги «Открытие искусства душевнобольных» Джона Макгрегора. Предоставлено пресс-службой музея «Гараж»

Структура книги состоит из 16 глав: в первых двух Макгрегор знакомит читателя с ролью творца в меняющихся жизненных обстоятельствах – теряющий рассудок живописец в противостоянии с лечащей его системой, а также с самим собой. Затем автор переходит к конкретным фигурам, таким как художники Адольф Вельфли, Джонатан Мартин, Уильям Нойес, критик искусства душевнобольных Марсель Режа, психиатр и коллекционер Ханс Принцхорн и другие. Не обходит вниманием писатель и художественные направления, связанные с состоянием безумия: экспрессионизм, ар-брют, сюрреализм – на протяжении веков искусство отражало и впитывало настроения не только отдельных людей, но и времени, наполняющих его событий, страхов и надежд. Книга изобилует иллюстрациями, права на включение которых любезно предоставили известные арт-институции.

Клео.ру поговорил с научным редактором издания, Ксенией Квашниной о новинке, актуальности темы, «русском Принцхорне» и триумфе иррационального в искусстве.


– Книга Джона Макгрегора была издана на английском в конце 1980-х. В чем актуальность разговора об искусстве душевнобольных сегодня?

– Мне кажется, здесь важно разделять актуальность самой книги и актуальность темы, которой она посвящена. Когда The Discovery of the Art of the Insane вышла в 1989 году, издательство представляло ее как первое систематическое историческое исследование искусства душевнобольных. Но Макгрегора больше интересовала история открытия «безумных» рисунков обществом: как произведения, которые долгое время игнорировали, уничтожали или рассматривали исключительно как симптомы заболевания, постепенно стали восприниматься как самостоятельные визуальные высказывания. Именно влияние творчества больных с психиатрическим опытом на профессиональное искусство, прежде всего на экспрессионизм и сюрреализм, остается одной из важнейших линий книги.

Фрагмент книги «Открытие искусства душевнобольных» Джона Макгрегора. Предоставлено пресс-службой музея «Гараж»

Несмотря на то, что работа Джона Макгрегора вышла в 1989 году, она не устарела. Изменилась оптика ее чтения. Книга «Открытие искусства душевнобольных» необходима для понимания того, как вообще возникла наша способность видеть искусство там, где прежде видели исключительно патологию. Именно эту сложную историю превращения медицинского документа в эстетический объект Макгрегор реконструирует на протяжении всей книги.

– Упоминает ли Макгрегор в своей работе искусство русских художников? Какие моменты в книге, на ваш взгляд, могут показаться узнаваемыми или просто особенно заслуживающими внимания у русскоязычного читателя?

– В структуре книги последовательно рассматриваются Великобритания, Франция, Италия, Германия, Швейцария, затем экспрессионизм, сюрреализм, психоанализ и Жан Дюбюффе. Отдельной главы о России или отечественной психиатрической и художественной традиции нет. Однако доктор Макгрегор упоминает русского психиатра Павла Ивановича Карпова, который коллекционировал работы душевнобольных.

Отсутствие материалов о России особенно интересно, потому что позволяет исследователю обнаружить удивительно близкие процессы и провести важные параллели. Не зря Павла Карпова называют «русским Принцхорном».

– Согласитесь ли вы с точкой зрения автора о том, что в последнее время в искусстве иррациональное возобладало над рациональным, был наконец найден баланс между архаическим и традиционно приемлемым? Можем ли мы здесь говорить об обретении зрелости (психической и художественной) участников процесса?

– Я бы согласилась с доктором Макгрегором лишь отчасти. В искусстве XX века действительно резко расширилась область допустимого: авангард, сюрреализм обращались к бессознательному, автоматизму, детскому рисунку и творчеству душевнобольных. Но говорить о победе иррационального над рациональным или об окончательно найденном балансе, на мой взгляд, слишком категорично.

Фрагмент книги «Открытие искусства душевнобольных» Джона Макгрегора. Предоставлено пресс-службой музея «Гараж»

Не стала бы я заявлять и о «психической зрелости» участников процесса: художественное произведение не позволяет судить о психическом здоровье или зрелости автора. О художественной зрелости можно говорить только применительно к конкретному художнику и развитию его собственного языка.

Если здесь и уместно понятие зрелости, то скорее в отношении культуры восприятия: мы постепенно научились видеть в таких произведениях не симптом и не курьез, а самостоятельное художественное высказывание, не сводя автора к его диагнозу.

Возрастное ограничение: 18+

Юлия Крышевич

Редактор раздела «Искусство»

Фото: предоставлено пресс-службой музея «Гараж»
Источник: Клео.ру