Посмотреть и (не) пожалеть: спектакль «Ставангер» в Театре.doc

Забавный спектакль о том, как изменить свою жизнь, когда к этому внутренне не готов.

автор Елизавета Федорова

Doc – это не только тип расширения файлов на компьютере, но и часть названия московского независимого театра. У Театра.doc есть две площадки: на Лесной улице и у шоссе Энтузиастов – и свои особенности. Например, в театре играют исключительно свой репертуар, труппа актеров там небольшая: редко когда зритель увидит 10 действующих лиц за вечер. А еще все спектакли в Доке идут на злободневные темы, которые на сцене присвистывают иронией, наливаются гротеском или просто весело подмигивают. В общем театр тоже становится терапией, хотя и перевернутой с ног на голову.

Фото: Анастасия Конюшко/Театр.doc
«Ставангер» – относительно новая постановка: премьера состоялась в театре в прошлом году. Сюжет незамысловат, но понятен и очень актуален (всегда в этом бушующем мире, а последние пару лет в России – особенно). Отсюда его наивная привлекательность. Ирина, – молодая женщина, у которой есть муж, работа в издательстве, квартира в Москве. У нее много чего нет, но, как твердит вековая мудрость, для начала нужно научиться ценить то, что имеешь. Вот с этим у Ирины проблемы: от мужа она устала и вообще не уверена, что им вдвоем по пути; писать для глянца героине нравится, только это не приносит большого дохода. К тому же, начальство не слишком ценит сотрудницу, работа внештатная…

Фото: Анастасия Конюшко/Театр.doc

Как изменить ситуацию? Быстрые перемены к лучшему случаются в сказках, а в реальной жизни существуют сайты знакомств: там тоже все происходит как по чиху. Ирина регистрируется на сайте знакомства и почти мгновенно встречает Его: норвежца Одда, учителя по профессии. Парень сообщает, что влюбился и зовет к себе в Ставангер, маленький город на юго-западе Норвегии. Сочинив историю про работу няней для мужа, Ирина получает рабочую визу и садится на самолет. В аэропорту в зоне прилета ее уже ждет Одд: с табличкой, где написано… Ой, похоже, мэтч из «Тиндера» допустил ошибку в имени Ирины. У него самого, к слову, имя тоже интересное: в Норвегии весьма распространенное, а вот если норвежского не знаешь и переводишь с английского, выходит: «странный».

Фото: Анастасия Конюшко/Театр.doc

Странным в Ставангере Ирине кажется многое: Одд с его предельным бытовым педантизмом и резкими перепадами настроения, друзья Одда (не будет русский человек в гостях так себя вести!), его бывшая жена, что не прочь выпить, наличие ребенка… Одд в глазах героини сам как будто только вышел из детства, хотя и работает учителем в школе. «Ставангер» – история про «трудности перевода», больше культурно-поведенческого, чем лингвистического: за недоразумениями на сцене забавно наблюдать. Границы мира главных персонажей словно залиты бетоном: герои тянутся друг к другу, пока бетон свежий и есть шанс построить коммуникацию, но вот материал затвердевает и уровень взаимопонимания стремится к нулю.

Стоит ли говорить, что у Одда, в отличие от Ирины, нет большой необходимости приспосабливаться к визави: он неплохо поживает в своей ставангерской тарелке, имеет время и другие ресурсы на поиски партнера. Какое решение примет героиня в результате поездки в Норвегию рассказывать не буду: тем более, что финал спектакля открытый. Предположу лишь, почему эта постановка в репертуаре театра пользуется спросом у зрителей. Дело не только в том, что многие хоть раз в жизни задумывались о переезде, а многие русские девушки не могут перестать грезить о муже-иностранце. Дело в том, что почти всем нам хочется строить планы так, чтобы изменить жизнь к лучшему. Жизнь капризна и порой непредсказуема: придет ли кэшбэк за вложенные усилия – вопрос со звездочкой. Тем не менее важно оставаться открытым новому: иногда рисковать, лучше с головой. 

Возрастное ограничение: 18+

Арт-консультант Анна Семенова: «Инвестировать в экспертизу нужно до того, как начать продавать ее как услугу»

Дипломированный искусствовед собиралась строить академическую карьеру, работала в Третьяковке, пока не осознала, что создана для арт-бизнеса.

автор Юлия Крышевич

Анна Семенова — о карьере и правилах арт-бизнеса.

В рубрике «Кем я хочу стал» мы говорим с профессионалами мира искусства об их творческом пути. В разгар лета собеседницей Клео.ру стала Анна Семенова, арт-консультант, независимый куратор и продюсер, директор BORSCH Gallery.

Анна окончила исторический факультет МГУ и Школу «Свободные Мастерские» при ММОМА. Более семи лет она работает на пересечении коммерческого, институционального и независимого арт-секторов.

География реализованных проектов Анны Семеновой включает Москву, Санкт-Петербург, Лондон и Барселону. По словам специалиста, ее практика строится на сочетании академической базы, рыночной экспертизы и понимания того, как искусство существует в разных контекстах.

Из личного архива Анны Семеновой

– Вы окончили исторический факультет МГУ по специальности «История и теория искусства». Думали, кем собираетесь стать во время учебы? Какие профессии успели попробовать в первые годы карьеры?

– Во время учебы я искренне думала, что буду заниматься наукой. МГУ дает очень фундаментальную базу. На каком-то этапе даже кажется, что академический путь – это и есть твое. Параллельно я проходила многочисленные стажировки, например, в пиар-отделе ЦСИ «Винзавод» и в команде Премии Кандинского.

Моя первая полноценная работа была в Третьяковской галерее. Опыт важный, но государственные институции на тот момент не отвечали моему темпераменту: слишком консервативные, слишком медленные. Так я перешла в арт-бизнес и поняла, что именно в частном секторе мне интересно строить карьеру.

– В кураторской сфере бытует представление о том, что куратору необходимо найти «своего» художника или даже пул авторов, на сотрудничество с которыми можно рассчитывать. Что думаете об этой стратегии в своей практике? Предпочитаете работать с хорошо знакомыми именами или держите сознание открытым для новых связей?

– Я понимаю логику этой стратегии, и в ней есть смысл. Долгосрочные отношения с художниками дают глубину, которую невозможно получить от разовых коллабораций. Ты начинаешь понимать не только работу, но и мышление, эволюцию, внутренние противоречия автора.

Но я сознательно держу практику открытой. Особенно в работе с коллекционерами. Задача арт-консультанта — не продвигать конкретных художников, а помочь собранию развиваться в соответствии с его собственной логикой. Это требует широкого и постоянно обновляемого взгляда на рынок.

Из личного архива Анны Семеновой.

– Вы начали сотрудничество с галереей BORSCH в 2019 году. Как развивалась ваша роль? Вам удается сочетать галерейную работу с независимой практикой?

– Семь лет назад я пришла в BORSCH волонтером. Проект меня захватил, я начала брать на себя больше ответственности: сначала отдельные задачи, позже проекты целиком. Со временем я стала руководителем галереи.

Параллельно основной работе я замечала вокруг себя еще десятки инициатив, разных форматов сотрудничества. Люди в искусстве редко фокусируются на одной задаче: здесь это едва ли возможно (и не особо желательно). Независимое кураторство, продюсирование совместно с институциями, арт-дилерская практика – все эти проекты существуют одновременно, в разной степени интенсивности в зависимости от момента.

– Что самое сложное для вас в работе арт-консультанта? А какая часть повседневной рутины кажется наиболее приятной?

– Важно сразу отметить, что арт-консультант – не одна роль, а несколько ролей, которые меняются в зависимости от задачи. С частным коллекционером ты советник: помогаешь понять, какую логику и идентичность должно отражать собрание. С корпоративным клиентом цель другая: выстроить коллекцию как инструмент культурной позиции компании с понятной стратегией и долгосрочной перспективой. В работе с институциями ты выступаешь как продюсер или куратор: переводишь идею в реальный проект и берешь на себя его реализацию.

Самое сложное, пожалуй, это управление ожиданиями: и своими, и чужими. Ты работаешь одновременно с разными людьми, разными логиками и разными временными горизонтами. Удерживать все это в балансе требует не меньше энергии, чем сама профессиональная экспертиза. А самое приятное, когда что-то сходится. Проект находит свое место, коллекция обретает внутреннюю логику… Это не всегда предсказуемо, не происходит по расписанию, но ради этого и делается все остальное.

– Какой совет вы дали бы молодым людям, которые хотят консультировать по вопросам искусства?

– Инвестировать в экспертизу до того, как начать продавать ее как услугу. Арт-рынок очень быстро считывает разницу между тем, кто понимает искусство и специфику области, и тем, кто научился про это говорить. Обе позиции отражают разный подход к делу.

И еще одно, пожалуй, самое важное: мир искусства — это не работа, а образ жизни. Ты ходишь по выставкам не потому что надо, но смотришь их, выстраиваешь отношения с художниками из настоящего интереса. Когда это становится приоритетом, все остальное достраивается вокруг.

Из личного архива Анны Семеновой

– Продолжите фразу: Арт-консультант в мире искусства — это как…

– … переводчик на переговорах, где все разъясняются на разных языках и каждый (самонадеянно) убежден, что понимает остальных. Художник говорит на языке образов и смыслов, коллекционер – на языке ценности и идентичности, рынок – на языке денег и времени. Задача переводчика не просто передать слова, а сделать так, чтобы все стороны в какой-то момент действительно услышали друг друга.

Юлия Крышевич

Редактор раздела «Искусство»

Фото: из личного архива Анны Семеновой
Источник: Клео.ру