Екатерина Леонович

Катя родилась в интеллигентной семье московских литераторов. Бунтарский дух и неуемную фантазию она проявляла с детства. Из своей комнаты она устроила пещеру, разрисовала стены бегущими дикими животными, окна заклеила фольгой: «Мне всегда хотелось придумать параллельную реальность, построить свое пространство». С детства Катя много рисует, закончила художественную школу. В 20 лет стала студенткой Текстильной академии по […]

Катя родилась в интеллигентной семье московских литераторов.
Бунтарский дух и неуемную фантазию она проявляла с детства. Из своей комнаты
она устроила пещеру, разрисовала стены бегущими дикими животными, окна
заклеила фольгой: «Мне всегда хотелось придумать параллельную реальность,
построить свое пространство». С детства Катя много рисует, закончила художественную
школу. В 20 лет стала студенткой Текстильной академии по классу дизайна.
Собирает на свалке оригинального вида железяки, из которых отчасти и составляет
интерьер своей квартиры. Мечтает быть дизайнером окружающего пространства,
создавать все — начиная от мелких вещей, солонки на столе, лампы на стене,
конечно же, одежды и заканчивая мебелью и архитектурой. «Из всего можно
сделать объект искусства», — такая позиция для Кати всегда была актуальна.


Став профессиональным художником-модельером, Катя долгое
время занималась только живописью: участвовала в международных выставках
современного искусства в Бельгии и Франции. Вплотную модой Екатерина Леонович
занялась лишь в 1995 г., создавая поначалу гранджевые, деконструктивные
вещи. Сделав первую коллекцию «Вторая кожа», Катя представила ее на Всероссийском
конкурсе молодых модельеров им. Надежды Ламановой и выиграла его. Призом
было участие в Неделе Pret-a-Porter в Милане. В 1997 г. Екатерина участвовала
в конкурсах «Платье года», «Smirnoff», съездила в Париж на неделю Pret-a-Porter,
работала в проекте «Driam angels» в Токио как художник по костюмам. Одну
из своих коллекций «Постядерное барокко» показала на Международном конкурсе
молодых дизайнеров «Mittelmoda». Наградой за победу была стажировка в
Доме Gattinoni, где Екатерине предложили двухлетний контракт. Gattinoni
— самый старый Дом моды из существующих ныне в Италии, — ему 70 лет. Основатель
Дома — Фернанда Гаттинони. У мадам Гаттинони в свое время одевались Одри
Хепберн, Ингрид Бергман, Софи Лорен. Сейчас основные клиенты Дома — европейская
аристократия, арабские принцессы и жены нефтяных магнатов Саудовской Аравии
и Кувейта.


Катя приехала, когда коллекция haute couture была почти
готова, и сделала к ней оригинальную бижутерию, аксессуары и трикотажное
платье «Пятый элемент», в котором мужчина и женщина неразлучно сплетены
в одно целое. Коллекция «Бижу» имела огромный коммерческий успех — две
принцессы из Эмиратов заказали себе золотые носы из Катиной коллекции.
Если ее опыты в России представляли собой дегустацию цвета, тканей, форм,
от которых просто кружилась голова, то Италия дала возможность посадить
это «Можно сказать, что я прошла чистку всех своих профессиональных качеств,
обогатила свой опыт моделирования принципами haute couture и адаптировала
их на другой, более элегантный образ», — комментирует Катя. Женщина в
ее вещах стала красивой, но не приторно-сладкой, а сильной и экспрессивной,
в ее образе появились элегантность и шик. Gattinoni не просто консервативный
Дом моды, который украшает женщину гипюром и шифоном. Мадам Фернанда Гаттинони
никогда не делала скучных коллекций. Она говорила: «Я не хочу быть старомодной,
и иногда позволяю себе некую чертовщинку, однако в костюме возможна только
одна драма».

Тренд на овердрессинг: почему мы больше не хотим откладывать лучшие вещи на потом

Достаем бархат, жаккард и все самое яркое прямо сейчас.

автор Анна Дубинина

У любого модного направления есть свой срок годности, и в 2026 году тотальный минимализм исчерпал себя. Долгое время индустрия держалась за подчеркнутую сдержанность. Но когда правила становятся слишком строгими, маятник неизбежно качается в обратную сторону.

На смену подчеркнутой скромности пришло прямо противоположное явление — овердрессинг. Это сознательное желание одеваться нарядно, ярко и без видимого на то повода. Подиумы и улицы снова наполнились цветом и вещами, которые раньше берегли исключительно для особых случаев.

Психология овердрессинга

За сменой трендов всегда стоят понятные человеческие эмоции. В периоды социальной и экономической нестабильности привычка откладывать лучшее на потом теряет смысл. Точно так же перестает работать старая логика беречь красивый сервиз или дорогое платье для какого-то абстрактного праздника в будущем.

Нарядная одежда стала доступным способом поднять себе настроение и добавить визуального дофамина в серые будни. Мы больше не хотим прятаться за базовым трикотажем. Цвет, сложная фактура и обилие аксессуаров работают как антидепрессант: они помогают выразить себя и дарят радость прямо здесь и сейчас.

Цвет и колорблокинг

Первое, что бросается в глаза, — цвет. Оранжевый, золотой, фиолетовый, красный — который упорно кочует из сезона в сезон. Дизайнеры всё активнее играют в колорблокинг: намеренно сталкивают контрастные оттенки в одном образе, отказываясь от привычки подбирать всё в тон. У Proenza Schouler кожаное платье оттенка топленого масла дополняют пушистыми томатно-красными туфлями, а на показах Diotima предлагают сочетание насыщенного малинового и сиреневого. Если раньше к желтому или сиреневому принято было подбирать исключительно нейтральную обувь и аксессуары, то теперь это правило больше не действует.

При этом сам красный стал ключевым цветом года вне зависимости от сезона. Насыщенный томатный оттенок полностью вытеснил привычную осеннюю коричневую гамму. Его носят в длинных платьях Valentino и Carolina Herrera, а Balenciaga выпускает в нем кожаную верхнюю одежду, доказывая, что яркие краски уместны в любое время года.

Текстуры, ар-деко и вампирский романтизм

В моду вернулись бархат, твид, жаккард, бахрома и вышивка бисером. Эстетика ар-деко с ее узорами и богатой отделкой отлично вписалась в коллекции нового сезона. Dries Van Noten использует эти элементы для создания жакетов и топов, а сумки украшают бахромой и бисером.

Модные критики уже прозвали этот вектор вампирским романтизмом. В нем соединились викторианские силуэты, прозрачное кружево, плотный бархат и легкая драма. Это прямая противоположность однотипному минимализму середины 2020-х.

Максимализм в аксессуарах: эстетика нулевых

Максимализм вернулся и в стилизацию украшений. Это направление во многом перекликается с эстетикой 2000-х, когда принцип «чем больше, тем лучше» еще не считался дурным тоном.

Если еще недавно стоял выбор — надеть либо кольца, либо акцентные серьги, — то сегодня эти ограничения сняты. На подиумах и в городских образах снова актуально носить по несколько браслетов на обеих руках одновременно, сочетать крупные цепочки, кольца и длинные серьги.

По сути, возвращение максимализма — это не столько новый тренд, сколько смена привычки откладывать хорошее на потом. В 2026 году все больше людей решают, что лучшая вещь в шкафу — не для особого случая, а для сегодня.

Анна Дубинина

Редактор раздела «Мода»

Фото: архив бренда Valentino / valentino.com
Источник: Клео.ру