Модный образ — мобильный виджет Клео.ру

«Моим учителем был сон»: спектакль Натальи Менендес в Электротеатре

Премьера спектакля состоялась в Электротеатре осенью 2021 года при поддержке посольства Испании в России.

автор Евгений Елисеев

Спектакль Электротеатра по пьесе Педро Кальдерона 1635 года – довольно точное сценическое воплощение оригинала: постановкой спектакля занималась режиссер Наталья Менендес (возглавляла Teatro Espanol в Мадриде до ноября 2023 года), адаптацией на русский язык – Наталья Ванханен, известная переводчица с испанского.

«Жизнь есть сон» (12+) – одна из немногих, если не единственная конпродукция в репертуаре Электротеатра. Это интересно не только в контексте возможностей международного культурного сотрудничества, но и как режиссерская стратегия. Борис Юхананов, который был
художественным руководителем театра с момента его открытия в 2015 году и
вплоть до своей смерти в августе 2025 года,
обратился к творчеству Кальдерона за импульсом для собственных поисков. Их Борис Юрьевич воплотил преимущественно во второй части конпродукции, спектакле «Стойкий принцип» (16+).

Сцена из спектакля "Жизнь есть сон" Натальи Менендес. Фото: Олимпия Орлова / пресс-служба Электротеатра

Внимание к Кальдерону, яркому представителю испанской литературы Золотого века, носителю барочного мировоззрения, для Юхананова не слишком удивительно. Разочарование в мире и мятежные настроения, осознание двойственности вещей и стремление «выйти к свету» – искусство эпохи барокко словно открывает человеку глаза на лабиринт реальности, в которой тот обречен существовать.

«Жизнь это сон. В ней все мы спим и грезим наяву…» – гласят строки из переведенной пьесы.

Если жизнь – это сон, то в ней возможно все. А еще ко всему этому не стоит относиться слишком серьезно. Педро Кальдерон, конечно, не имел в виду, что жить нужно легкомысленно и безответственно – как раз наоборот. Только под «жизнью» автор подразумевал сразу две реальности: повседневность, наполненную обманчивым чувственным опытом, и ту реальность, которая открывается за пределами бытия. Ко второй, если верить Кальдерону, нужно быть готовым уже в этой – несовершенной – жизни. И сделать это так же просто на словах, как это сложно на деле: пробраться через пелену иллюзий к разуму, чтобы постигнуть истину.

Сцена из спектакля "Жизнь есть сон" Натальи Менендес. Фото: Олимпия Орлова / пресс-служба Электротеатра

В иллюзиях пребывают сразу несколько главных героев спектакля. Девушка из Московии по имени Росаура (акт. Мария Беляева/Марго Мовсесян) переживает предательство любимого человека, а что еще хуже – ее честь запятнана, крайне незавидная участь для женщины в эпоху Позднего Средневековья. Росаура спешит встретиться с обидчиком, чтобы отомстить ему – она верит, что сможет восстановить справедливость и надеется на поддержку внешних сил. Кларин (акт. Андрей Емельянов/Елена Морозова), шут и непременный спутник Росауры в начале ее путешествия – наоборот, не доверяет высоким помыслам и искренне считает, что приоритетом каждого человека должны быть безопасность, сытость и тепло.

Сцена из спектакля "Жизнь есть сон" Натальи Менендес. Фото: Олимпия Орлова / пресс-служба Электротеатра

Король Полонии Басилио (Александр Пантелеев) уже в преклонном возрасте, но не спешит передавать престол наследникам: он слишком обеспокоен будущим своей страны, строит самые точные прогнозы на ее благо. Однажды король таким образом чуть не погубил своего новорожденного сына, выслав его подальше от королевства и заточив в башню. Причиной тому стало предсказание звезд о крайне скверном характере мальчика. Басилио уверен, что в состоянии контролировать ход вещей. Клотальдо (Юрий Дуванов/Александр Милосердов) верно служит Басилио, исполняя любой приказ короля. Лояльность правителю для Клотальдо означает гораздо больше, чем любовь к ближнему или собственная выгода.

Сцена из спектакля "Жизнь есть сон" Натальи Менендес. Фото: Олимпия Орлова / пресс-служба Электротеатра

Не избавлены от иллюзий и претенденты на престол в отсутствие кровного наследника – граф Астольфо (Евгений Самарин/Павел Шумский) и принцесса Эстрелья (Юлия Абдель Фаттах/Анастасия Фурса). Астольфо убежден, что холодный расчет обязательно приведет его к амбициозным целям, в то время как Эстрелья видит мир возвышенно и принимает происходящее как плод божественного замысла.

Сцена из спектакля "Жизнь есть сон" Натальи Менендес. Фото: Олимпия Орлова / пресс-служба Электротеатра

Наконец, наследный принц Сегизмундо (Антон Косточкин/Дмитрий Мягкий), обреченный своим отцом томиться в башне десятки лет, изначально также находится в плену миража: его естественная склонность к гневу и ярким эмоциям встречается с жестоким мифом, который придумал Клотальдо по приказу Басилио: о том, что Сегизмундо не достоин стать правителем, а изоляция спасет его от себя же самого. Внезапно принцу улыбается фортуна: он получает шанс не только выбраться из клетки, но и стать правителем Полонии на один день. Только как понять, реальна ли внезапная удача или она лишь снится изможденному сознанию? А если не снится, тогда чем были предыдущие страдания героя?

Сцена из спектакля "Жизнь есть сон" Натальи Менендес. Фото: Олимпия Орлова / пресс-служба Электротеатра

В конце истории Сегизмундо удается освободиться из плена иллюзий. Обращаясь к разуму, оставляя за спиной привычки и предрассудки, принц добывает счастье для себя и для других (земное счастье, уточнил бы здесь Кальдерон). Многослойность сюжета вводит зрителя в состояние легкого вертиго: режимы физиологического сна и бодрствования героя чередуются с их метафорами. Уравновешивает это ощущение лаконичная сценография и стройность текстуальной композиции – на сцене преимущественно звучат монологи и диалоги.

Прожить эмоционально насыщенный, местами весьма непростой опыт, порассуждать о силе долга и морали вместе с героями – все это требует полного погружения в двухчасовое действие и неподвластно поверхностному просмотру. Спектакль Натальи Менендес дает зрителю возможность испытать небольшой катарсис: увидеть сон, чтобы пробудиться к жизни.

Следующий показ спектакля «Жизнь это сон» (12+) запланирован на февраль.

Модный образ — виджет Клео.ру

Гэнки Кавамура — об исчезающей любви, мыслях о смерти и поиске счастья

Писатель рассказал, как история его бабушки стала основой книги, и где еще он находит идеи для новых сюжетов.

автор Татьяна Бутурлина

Гэнки Кавамуре – 47 лет, но вблизи не дашь больше 30. Сегодня вечно молодой писатель, продюсер, режиссер и сценарист, которого в Японии называют мастером историй о потерях и утратах, пишет свой новый роман о нестареющих женщинах. Историю о бессмертии и неуходящей молодости. У нас Гэнки известен, прежде всего, как автор романа «Если все кошки в мире исчезнут» (издательство «Бомбора»). Книга, сразу попавшая в топ-5 лучших бестселлеров по мнению The New York Times, уже перешагнула планку продаж в России – более одного миллиона экземпляров! Этой осенью в издательстве пополнение – новый роман Кавамуры «Придет апрель, и появится она». В чем секрет такой мировой живучей популярности печально-романтической литературы, нам ответил сам Гэнки.

— Сюжеты ваших книг довольно печальны: угасание, болезни, потеря памяти. Почему именно эти темы стали настолько популярны, что ваши романы уже называют мировым феноменом?

— Все мои книги – это, прежде всего, живое исследование, соединяющее глубоко личные переживания с общечеловеческими темами. Приступая к любой теме, я долго над ней размышляю, провожу опросы, ищу ответы. И никогда не определяю финал заранее. Приступая над романом, я всегда задумываюсь над тем, а что интересно лично мне, что я хочу узнать в данный момент? Например, начиная «Если все кошки в мире исчезнут», я перенес на бумагу то, что меня волновало больше всего: что произойдет с этим миром, когда я умру? Признаться, я живу с этой мыслью постоянно. Каждое утро просыпаюсь с мыслью о конечности нашего существования и думаю о своих собственных похоронах. Это не пугает, нет. Наоборот, данные мысли помогают каждый день делать правильный выбор – говорят о том, что стоит заниматься тем, что по-настоящему важно, не распыляться по пустякам, а быть рядом с теми, кто тебе по-настоящему дорог.

Я дописывал книгу до конца, не зная финала. В ее основе – личный опыт и беспокойство за ближнего, любимого человека. А в тот момент, когда я написал книгу «Сто цветов» (знаю, что в России она вышла под названием «Если твоя память исчезнет»), я решил экранизировать ее, стать ее режиссером. Тема угасания разума из-за болезни Альцгеймера тоже была очень личной – она раскрывала историю моей бабушки. А вот для написания «Человек с миллионом» я решил провести блиц-опрос и лично опросил сто миллионеров, чтобы найти связь денег и счастья. Приносят ли большие деньги счастье? Что вообще может хоть как-то возбудить в них чувства? Перед тем, как написать «Придет апрель и появится она», я с грустью обнаружил, что мои современники, мои ровесники разочарованы в любовных отношениях. Многие из нас забыли, не верят в силу настоящей любви. И эта тема – исчезновения большого чувства – меня крайне зацепила. Как оно возникает? Что является триггером того, что уходит? Как удержать, сохранить? Я знакомился с парами, которые еще буквально вчера были искренне увлечены. Они держались за руки, смотрели друг другу в глаза. Но что-то вдруг оборвалось, они навсегда потеряли эту связь, этот интерес. Так родилась книга о психиатре, чей идеально выстроенный мир начинает рассыпаться, когда он вдруг, буквально за месяц до свадьбы, получает письмо от прежней возлюбленной. И книга эта получилась о «любви во времена, когда люди разучились влюбляться».

Фото: пресс-служба издательства «Бомбора»

— Как вообще рождаются ваши сюжеты? Что служит триггерным вдохновением?

— Мое вдохновение — оно в простой повседневности. В том, на что люди, проходя, пробегая ежедневно мимо, не обращают внимания… Мгновение, взгляд, жест… Каждый день, выходя на улицы родного Токио, я визуально начинаю собирать то, что цепляет взгляд: уличные вывески, потерянные кем-то вещи, одинокая потертая перчатка, которая упала в пожелтевшие листья. Совсем недавно в отражении экрана своего телефона я вдруг увидел небо, солнечный луч и радужные круги. Все это тоже стало моментом рождения идеи. В голове создается сюжет, пока не выраженный словами, но уже бережно хранящий все эти мелочи уходящей повседневной жизни.

— Одна из ваших ключевых тем — память.

— В последнее время меня больше интересует тема «случайности». Всего того, что происходит с человеком как бы «вдруг» и «само собой». Но так ли это на самом деле? В эпоху искусственного интеллекта, когда он уже способен сгенерировать практически любой сценарий, могут ли люди использовать случайности для создания своих историй? Можно ли спрогнозировать случайность?

— Гэнки, вы не раз отмечали, что большое влияние на ваше творчество оказали произведения великих русских писателей и режиссеров.

— Я вырос в христианской семье. И, будучи христианином, я нежно отношусь к истории России. Люблю, очень вдохновляюсь древними памятниками, литературой прошлого. Толстой, Достоевский. Из современных — Тарковский. Можно сказать, что я постоянно нахожусь с ними в творческом контакте. Черпаю вдохновение. Полагаю, что сочетание японского мировосприятия и христианского контекста — одна из причин популярности моих книг в России. Мы из разных стран, но цифра — миллион проданных экземпляров — значительно сокращает дистанцию. Я не раз был в Москве и Санкт-Петербурге, ездил смотреть на деревянные церкви на острове Кижи, это потрясающе!

— Кроме писательской деятельности, вы — успешный режиссер и продюсер. Ваш фильм по собственной книге «Выход 8» был показан на Каннском кинофестивале — 2025, собрав $44 млн. в мире.

— Выбор формата — как рассказать историю — будь то роман, игровой фильм или аниме — всегда зависит от конкретного сюжета. Что лучше всего подходит. Для меня самого важна сама история, и от нее зависит, меняется моя роль. Я могу выступить в качестве сценариста, режиссёра или продюсера. «Выход 8» — это такой психологический триллер с элементами хоррора и мистики. Он был создан по мотивам известной японской видеоигры-головоломки, когда человек — игрок — попадает в пустой подземный переход токийского метро. Любая ошибка возвращает его на исходную точку, и в итоге получается бесконечная маршрутная петля. Когда я писал роман, то с самого начала просчитывал, видел перед собой визуальные сцены и отчетливо представлял это прохождение героя через один и тот же бесконечный коридор…

— Можно узнать, как вы вообще отдыхаете?  

 — Это просто. Когда мне надо отдохнуть, то я иду… есть суши.

Модный образ — виджет Клео.ру

Татьяна Бутурлина

Журналист

Фото: www.legion-media.com
Источник: Клео.ру