Полет в никуда

Иногда мне снится, что у меня есть крылья — настоящие, огромные, белоснежные крылья, которые кажутся почему-то чужими и с непривычки такими тяжелыми для моих хрупких плеч. Я стою над обрывом над пропастью, ведущей в никуда, и пытаюсь понять, как же ими управлять — ведь я никогда этого не делала, хотя представляла это себе бесчисленное множество […]

Иногда
мне снится, что у меня есть крылья — настоящие, огромные, белоснежные
крылья, которые кажутся почему-то чужими и с непривычки такими тяжелыми
для моих хрупких плеч. Я стою над обрывом над пропастью, ведущей в никуда,
и пытаюсь понять, как же ими управлять — ведь я никогда этого не делала,
хотя представляла это себе бесчисленное множество раз. Я часто задаю себе
вопрос — почему нам, людям, не дано летать, если мы на протяжении тысячелетий
так стремимся к этому? Мы создаем суперлайнеры и покоряем небо, мы запускаем
космические корабли и начинаем считать себя властелинами глубин Вселенной,
но мы не можем летать — просто летать, как летают птицы….


Я с трудом делаю резкий взмах руками, и они тут же срываются
вниз, не сумев выдержать непривычного усилия. Легкая боль накатывает волной,
пронзает плечи, сползает по вытянутым рукам, застывает на мгновение в
кончиках пальцев, словно пытаясь всеми способами удержаться в теле, и
вдруг тут же отступает, словно для того, чтобы подарить мне возможность
повторить попытку. На мгновение в голове проносится вопрос — «Зачем?»,
и еле ощутимое желание оставить эту затею ударяет в висок, но я резко
откидываю голову назад, пытаясь отбросить сомнения — им не место в моем
сознании, ведь я так давно мечтала об этом.


Я снова поднимаю руки — чуть медленнее, вкладывая все свои
силы в преодоление каждого сантиметра окружающего меня пространства и
вдруг понимаю, что смогу взлететь. Я расправляю крылья, неловко пытаюсь
поймать легкий ветер, бродящий вокруг, чуть поворачиваясь то влево, то
вправо, следуя его дыханию. Он ласково треплет мои темные шелковистые
волосы, водопадом струящиеся по плечам, играет длинными прядями — словно
дразнит меня, желая подчинить своей воле и в то же время показывая, какая
свобода ждет меня, если я подчинюсь ему и сумею удержаться в полете.


Через пару минут я вдруг замечаю, как начинает изменяться
что-то внутри меня — постепенно я даже понимаю причину этого: крылья стали
намного легче. Они не кажутся больше украденным чужеродным предметом,
начиная постепенно становиться частью моего собственного тела. И руки
уже могут двигаться спокойно — пусть чуть тяжелее, чем обычно, но довольно
свободно — движения почти не вызывают боли, остается только приятная,
еле ощутимая усталость.


Я чуть наклоняюсь вперед, чтобы посмотреть, что у меня под
ногами и вижу пустоту — пустоту, которая тянется на несколько сот метров
вниз, укутанная дымкой беловатого тумана, клочьями разбросанного по рыжим
осколкам скал, образующим коридор для этой пугающей, уходящей вниз пустоты…


Пустота…..
Я знаю — она ждет меня, зовет, манит и отпугивает одновременно…
Я знаю — она может подарить чувство настоящей свободы полета, о котором
я так долго мечтала, или же убить, затянуть навсегда в свои сети, чтобы
никогда не отпустить….
Я знаю — эта пустота обернется вечностью, если, коснувшись ее, не сумеешь
вырваться из ее цепких объятий…


На секунду я закрываю глаза, пытаясь представить себе,
что ждет меня там, далеко внизу, за обрывками тумана у подножия скал,
и мне вдруг становится страшно — по-настоящему страшно. Липкий страх покрывает
все тело, и я напрягаюсь, пытаясь отогнать его усилием воли, а заодно
и заставить исчезнуть предательскую дрожь, пронзившую внутреннюю сторону
ладоней невидимыми линиями паутины, сплетенной из этого страха. Глубокий
вздох… Мне становится немного легче, и я снова широко открываю глаза.


Я должна попробовать — ведь именно об этой свободе я так
долго мечтала, именно к ней стремилась разумом и телом… Неужели можно
отказаться от этого сейчас — когда до нее остался один единственный шаг,
даже если этот шаг может оказаться последним в том случае, если я окажусь
слишком слабой для того, чтобы управлять этой свободой?…. «Нет, — говорю
я самой себе, — Отказаться нельзя»….


Я делаю неуверенный шаг вперед, широко раскидываю руки,
отводя крылья как можно дальше, мысленно представляя себе, какими должны
быть движения в полете. Поздно….


Легкое головокружение и неумолимо приближающиеся клочья
тумана… На секунду в сознании снова вспыхивает страх, заставляя меня сделать
непроизвольный рывок руками.
Я делаю взмах, затем еще один, и вдруг понимаю, что пространство вокруг
больше не кружится, пустота замирает и перестает затягивать меня. Я снова
осторожно вскидываю руки, и с замиранием сердца наслаждаюсь ощущением
легкости во всем теле, которое одновременно смешивается с предательской
дрожью в каждой клеточке моего существа. Постепенно я учусь управлять
крыльями, почти не чувствуя их, вливаюсь в прохладный поток воздуха и
позволяю телу почувствовать ту свободу, о которой я мечтала всегда.


Где-то далеко внизу остаются рыжие осколки скал с рваными
клочьями тумана, а впереди меня ждет бесконечное небо. Я стремлюсь вперед,
хочу окунуться в равномерно разлитую по нему лазурь, закрывая на секунду
глаза, чтобы полностью отдаться переполнившим меня ощущениям…


Я открываю глаза и удивленно озираюсь вокруг, несколько
секунд прихожу в себя и разочарованно смотрю на белеющий надо мной потолок
комнаты, одновременно с этим пытаясь смириться с тем, что все это было
лишь красивым сном, которому, к сожалению, не суждено стать явью — ведь
мне так часто снится, что у меня есть крылья и я умею летать….


Альбина

Ковры, пряжа, фарфор: Неочевидные тренды современной моды Ковры, пряжа, фарфор: Неочевидные тренды современной моды

На Московской неделе моды мы поговорили с молодыми дизайнерами о том, как сделать творчество модным бизнесом, уникальные авторские изделия – доступными широкой публике

автор Катерина Кулагина

Московская Неделя моды дала возможность всем желающим познакомиться с дизайнерами из разных регионов страны. На огромный маркет и шоурум, проходящие на минус первом этаже ЦВЗ “Манеж” все пять дней, можно было пройти по бесплатной регистрации, также и на события образовательной программы.

Открытость недели моды для публики важна, чтобы мода не казалась людям чем-то недоступным из светской хроники, но стала неотъемлемой частью культурного досуга. Как писал в 19 веке первый русский глянец “Столица и Усадьба”:  “Красивая жизнь доступна не всем, но важно хотя бы знать, что она существует”. В 21 веке важно не просто знать, но запросто в ней, в этой красивой жизни, участвовать. 

Мода – это не всегда про искусство, но всегда про красоту. 

Среди участников маркета и шоурума были молодые дизайнеры, которые в своем творчестве соединяют красоту, искусство и функциональность. Они предлагают мастерски сделанные вещи, которые можно носить в повседневной жизни или сделать особенным свой casual стиль.

Анна Логинова, основатель и дизайнер ювелирного бренда ALCHIMIA

– Бренд “Алхимия” возник в 2020 году, когда создание украшений стало моей основной профессиональной деятельностью. Все украшения сделаны вручную из фарфора и декорированы позолотой или платиной. Фарфор – один из самых древних материалов, его особенность в длительном процессе изготовления: каждое изделие проходит три высокотемпературных обжига в специальной печи, самая высокая температура – 1300 градусов. Это кропотливый труд.

Мы стараемся оставаться доступными для покупателей  (цены варьируются от 2000 до 6000 руб, прим.ред), для кого-то это невысокая цена, а для другого надо решиться на покупку. 

Это для меня прежде всего творчество, которое помогает мне зарабатывать – микробизнес. У нас нет наемных сотрудников, нет задачи масштабироваться, я больше тяготею к искусству. 

Мои украшения можно купить через соцсети в ВК и  Телеграм или в шоуруме на Чистых прудах, где у нас корнер в мультибрендовом магазине, ну и доставить можем в любую точку мира.

Лилиана Апроян, основательница и дизайнер бренда Sovushkas Bag (Армения)

– Мы существуем чуть больше года. Изначально я не планировала развивать бренд – я человек творческий, но дизайну нигде не училась, я получила музыкальное образование – окончила Гнесинку и всегда мечтала петь, продолжаю выступать, даже исполнила дуэт с Филиппом Киркоровым. Скоро выйдет шоу “Перепой звезду” на Первом канале и “Фактор BY” (Беларусь) с моим участием.  

Я люблю съемки и мне нравится делать что-то креативное. Свою первую большую сумку из тонкого ковра я сделала именно для съемок – мечтала попасть в зарубежные глянцевые журналы, и про нас написал Elle Болгария, где бренду  Sovushkas Bag посвятили два разворота.

Я всю жизнь провела далеко от родины – в 90-е гг мои родители переехали в Россию, в Саратов, но я всегда очень скучала по Армении, мне не хватало ее тепла, доброты. В своем письме сыну режиссер Сергей Параджанов написал: “Мне нечего тебе сказать – единственное, когда тебе будет плохо, тронь ковер, в нем есть тепло! Это я!”. Эта фраза вдохновила меня исполнить мечту моей бабушки Сатеник Мнацаканян, которая всю жизнь посвятила семье и дому. Про ее талант шить уникальные изделия из старинных ковров знали только близкие. Я пообещала сделать так, чтобы о сумках из ковров узнали как можно больше людей! 

Изначально сумки задумывались как арт-проект с помощью которого я хотела рассказать широкой аудитории о своей родине, ее неповторимой культуре. Но неожиданно был такой большой спрос, что я начала эти сумки продавать, буквально отрывая от сердца.  Каждая вещь для меня очень ценная – ее нельзя повторить,  разрезал ковер на куски и такого куска больше нет, не получится сделать тоже самое. Но мама убедила меня, что если есть спрос, изделия пойдут в мир, люди будут продвигать нашу культуру по всему миру.

Мне до сих пор трудно дается организация бизнес-процессов, производство, логистика– бренд стал популярным, быстрее, чем я была к этому готова. У нас нет оффлайн шоурума, все заказы отправляем доставкой, доставляли даже в Новую Зеландию, Нидерланды, на Камчатку, Дальний Восток. 

Сумки стоят от 25 тыс рублей, самая дорогая модель из целого ковра – 70 тыс рублей, и на нее было много запросов. Потому что это то, что будет только у тебя, в этом есть душа. 

Недавно для шоу я сделала вместо карманов на джинсах вставки из ковра, получилось очень оригинально, и мы решили заняться апсайклингом одежды. Это новое для нас направление, посмотрим, как пойдет. 

Екатерина Дмитриева, основатель и дизайнер бренда вязаной одежды и аксессуаров Pasma

– Я начала вязать в 15 лет, меня научила мама, и я сама пробовала разные техники, но сначала вязание было просто моим хобби. Свой бренд я решила запустить в 20 лет, три года назад.  Тогда в моде были балаклавы и я начала вязать балаклавы – вязала их весь сезон по несколько штук в день, выкладывала в соцсети, получала множество откликов. Так что все началось с частных заказов через соцсети, позже стали создавать одежду и продавать вещи на Озон. Сейчас в основном участвуем в маркетах, вяжем под запрос и принимаем заказы. 

С нами работает несколько мастеров, но основную работу выполняем мы с мамой.  Вдохновляемся фактурной пряжей и под нее подбираем технику – или вяжем крючком джемперы, или спицами вяжем воздушные дырявые  свитера. Пряжу заказываем оптом на специальных сайтах.

У нас очень много связано вещей, мы их можем продавать два года. По запросу вяжем новые вещи и отшиваем коллекции для участия в маркетах. Спрос зависит от сезона, но бренд окупается и позволяет нам зарабатывать.

Юлия Алиева, основатель бренда вязаной одежды Granny’s и социального проекта Granny’s Russia

– Я несколько лет работала на госслужбе, но всегда хотела заниматься социальным предпринимательством, найти дело своей жизни, которое будет меня вдохновлять. Я поняла, что хочу помогать пенсионерам, и в этих размышлениях в 2018 году родилась идея бренда. Сначала это был бренд, нацеленный на прибыль – с нами работают 6 мастериц пожилого возраста из Москвы и Подмосковья. Мне хотелось и им помочь, и сделать прибыльный бренд, который быстро привлек внимание западных СМИ, про нас писала британская The Times, выходили статьи в Гватемале, Гондурасе…Мне стали писать мастерицы со всех уголков России, так появился социальный проект Granny’s Russia, в рамках которого мы помогаем пенсионерам со всей страны продавать свои изделия, сейчас проект насчитывает более 300 участниц. 

Но изначально бренд Granny’s – это отдельная, авторская, премиальная история. Это всегда совместное творчество, наши мастерицы добавляют что-то свое, например, у нас есть мастерица с потрясающим чувством цвета. Для нашего бестселлера – кардигана “Золотце”, она сама подобрала сочетание цветов. Каждый раз мы используем новые техники, в новой коллекции – это вышивка крестом, к которой мы раньше не обращались.

У меня есть большие планы по развитию. 

Елена и Ольга Быстрицкие, основательницы бренда пляжной одежды Empire of Summer и бренда купальников из солнцезащитной ткани Marmelad

– Началось все с того, что моя сестра – дизайнер Елена Быстрицкая не смогла найти себе подходящий купальник и решила сшить его сама. Мы поняли, что эта ниша свободна и дает большой простор для наших идей. Empire of Summer существует уже более 10 лет, наши купальники носят известные личности, про нас многие знают. 

Дочерний бренд “Мармелад” мы создали в  2018 года – стали отшивать туники из UPF-сетки – специальный материал, защищающий от солнца, их было удобно брать с собой на пляж в дополнение к нашим купальникам. Потом перешли непосредственно на купальники из такого материала со специальной пропиткой, которая имеет уровень защиты SPF 50. Они легкие, дышащие и быстро сохнут. Мы делаем ставку на красивые принты. Все принты Елена рисует сама, отшиваем вещи и принтуем ткани в Москве, а материалы закупаем в основном в Корее и в Дубае. 

У нас есть и мужские модели, и детские коллекции, а также – буркини – закрытые женские купальные костюмы, которые приняты в мусульманских странах, на них большой спрос. 

Изделия Empire of Summer и Marmelad можно купить в нашем магазине в Москве,  в районе метро Пролетарская,и, конечно, мы принимаем заказы онлайн. Да, бренд прибыльный, но почти всю прибыль мы вкладываем в развитие, хочется воплощать новые идеи. 

Текст: Полина Виноградова

Катерина Кулагина

Шеф-редактор

Фото: NULL