Я родилась в 1974 году в Белоруссии в семье военного. Потом была Эстония, Москва, Сибирь. Путешествовать и менять места жительства я привыкла с детства. В тринадцать лет захотелось писать. Появились заметки о Крыме, Аджарии, Дальнем Востоке и Урале.
После окончания школы в Ачинске в 1991 году приехала в Новосибирск. По "путевке" от красноярского крайкома поступила в Сибирский социально-политический институт на отделение журналистики. Но прогремел путч, и "журналисты" и "политологи" стали "государственными чиновниками". Наш заведующий кафедрой Анатолий Иванович Соков предложил нам публиковаться в новой молодежной газете "Рост". Там прошло мое первое профессиональное крещение. А потом было государственное новосибирское радио (корреспондент в программе "Транссиб-студия") и год работы на Ачинском нефтеперерабатывающем заводе в должности специалиста по PR.
И, наконец, Москва! Факультет журналистики на Моховой стал для меня "альма — матер", хотя это было вторым высшим образованием. Именно там я узнала, что стихи мои никуда не годятся, за исключением нескольких строк, а прозу писать нужно. А еще мне сказали, что женщина должна порхать, но не как бабочка, бабочки плохо видят. Эти зарисовки и рассказы — попытка взлететь и присмотреться к миру.
Валерия Олюнина
* * *
ЧУЖАЯ ЛЮБОВЬ
Дорогой, я не сражаюсь с любимыми девушками. Пусть они далеко. Будешь счастлив, когда разрешишь себе быть счастливым. В ту ночь Игорь говорил мне, как он одержим музыкой, как трудно им жилось с матерью, когда ушел отец. Про свое знакомство с Адой он сказал как-то вскользь: "Я никогда не был с ней, как с женщиной, скучно было… Ее ведьминская ярость меня пугает". Так, за разговором, мы постепенно тонули в наших воспоминаниях и робких прикосновениях, пока не провалились в сон окончательно. Мы проснулись поздно. Андрей уже позавтракал и уходил.
* * *
КАРЛОВЫ ВАРЫ
Рассказывают, что раньше в Карловых Варах лечение называлось "мучительные ванны". Человека помещали в минеральную воду на четырнадцать часов. Кожа трескалась, из нее сочилась кровь. Считалось, что так уходили болезни. Но это из области невежества и предрассудков. Не менее мучительной процедурой было употребление воды внутрь. Некоторые умудрялись выпивать ежедневно около шестидесяти чашек. Правда, иногда мужчины наливали в них бехеровку, из-за чего этот знаменитый карловарский напиток стали в шутку называют тринадцатым источником.
* * *
ГЛАЗОК
Уже несколько лет баба Тася почти не выходит на улицу. Сначала не выходила, потому что боялась за квартиру. Жить- то как страшно! То подростки в пролете кучкуются, то бомжи греются. Хорошо, что домофон поставили. Вообще-то место это проклятое, в доме постоянно несчастья случаются: кого-то обворовывают почти до нитки, в соседнем подъезде газ недавно рвануло, а в прошлом году три девчонки, шестиклассницы, ( успокой Господь их душу!) с крыши сбросились, говорят, в секту ходили, вроде как голос они слышали свыше, что искупят они своей смертью грехи всего города.
* * *
ДЕД МАХУН И ДРУГИЕ
Конечно, у деда Махуна есть имя. Только никто его не знает, разве что тереховские старожилы. Заложит руки за спину, как арестант, и ходит здесь целыми днями, в допотопном вонючем плаще неопределенного цвета, в рваном трико. Почерневшие веки вздулись как от жала пчелы. Мутные глаза слезятся. Около мусорки остановится, посмотрит, найдет какую-нибудь штуковину: — Купи! — Дед, отстань, а! Не мешай работать! — У меня штаны белые есть, продаю. Купи! Ребята ради хохмы говорят: — Показывай! Что за штаны!
* * *
ВОЗВРАЩЕНИЕ
Мама, я решил избавиться от него в тот день, когда узнал, что ты купила ему велосипед — мечту всего моего детства! А он был ему не нужен, ему вообще ничего не было нужно, кроме музыки! В тот день, когда утонул Рома, я хотел забыть о тебе, но это невозможно. А после его смерти ты оставалась только его мамой, и больше ничьей. Когда я посылал тебе переводы, ты покупала дорогой коньяк и фрукты и шла к нему на могилу, и ваша пуповина все не рвалась. Иногда ты приходила к морю, к моему молчаливому сообщнику, ты зябко куталась в платок, ты много курила, а через год тебя, пьяную, сбила машина.
* * *
ВИКИНА ИСТОРИЯ
Вика включила телевизор, шел документальный фильм Ренаты Литвиновой "Нет смерти для меня". На экране показалась закутанная в роскошное соболиное манто актриса Лидия Смирнова. С горечью вспоминала о том, что когда-то из-за интересной роли сделала аборт. И тут Вика поняла, что хочет этого ребенка! Даже если он будет похож на Витьку, она хочет этого ребенка! На следующий день Вика пришла к врачу. Спокойно выложила ему, что была попытка прервать беременность. -Вы принимали очень сильные препараты, — ответил тот. — Очень большая вероятность того, что ребенок родиться с отклонениями. Видите ли, я не могу Вам советовать аборт. Но, дорогая моя, риск огромен.
