Пересечения моды и искусства – тема неисчерпаемая. В основном пишут о том, как модные бренды приглашают художников сделать что-нибудь этакое для сезонной коллекции или по-новому переосмыслить популярные модели сумок. Это всегда взаимовыгодный союз – вы нам кусочек неба (приобщиться к вечности!), а мы вам – прибыль, чтобы прочнее стоять на земле.
Но есть немало примеров, когда мир моды – атрибуты, из которых он состоит, и инструменты, которыми пользуется, – становится языком для художественного высказывания.
Рукотворные арт-объекты из текстиля или пряжи требуют от художника мастерства и терпения. Эти качества, без которых современное искусство может вполне обойтись, героини нашей статьи возвращают в актуальный контекст. И плетут свои нити, доказывая, что у красоты есть смысл. Точнее, красота – только там, где есть смысл.
Катика
Работает в авторской технике вязания крючком.
Катика вяжет крючком с 10 лет, рисует тоже с детства, но долгое время даже не думала, что эти две области – рукоделие и живопись могут пересечься. Но на пятом курсе Строгановского университета, она вернулась к вязанию, заменив холсты и краски пряжей.
Дипломную работу она тоже связала – это были кадры из ее авторского мультфильма по текстам Даниила Хармса. С тех пор она все свои картины вяжет крючком, в своей узнаваемой манере, оставляя нити свисать с ткани как подтеки краски.
– В России меня не сразу приняли как художницу, у нас еще не привыкли, что рукоделие или ремесла могут быть языком актуального искусства, хотя на западе многие знаменитые художники используют в своих проектах вышивку, ткачество, лоскутное шитье. Первым на меня обратил внимание куратор из Токио, где состоялась моя первая выставка с серией портретов героев аниме, – рассказала Катика.
Но и в России ее заметили – журнал «Лена. Рукоделие» посвятили разворот молодой мастерице. Хотя в своем искусстве Катика вышла далеко за пределы рукоделия, преодолеть стереотипы было не очень легко.
Один из самых заметных проектов – «Связанные» состоял из портретов целующихся пар. Катика попросила подписчиков прислать ей фотографии своих поцелуев. Получилась серия о том, какой разной бывает любовь.
Стать заметной в публичном пространстве помогли цитаты из массовой культуры. Вязаные кадры из «Игры престолов», портреты рок-звезд и голливудских актеров, шедевры живописи, повторенные с помощью нитей и спиц.
Кажется, теперь уже творчество Катики рукоделием точно не назовешь, но про нее все еще пишут в журналах о хобби и шитье – в Великобритании, Австралии и в Италии.
А вот в США, где у нее было несколько выставок, ее работы отобрали для участия в параллельной, некоммерческой, программе ярмарки «Арт Базель» в Майами – одного из главных событий в мире современного искусства.
Катика – художница или мастерица? Занимается рукоделием или актуальным искусством? Сегодня и мода, и искусство любят парадоксы – когда не совсем понятно, это одно или другое?
Fashion-коллаб у Катики тоже был – для бренда Amazing Red она связала 7 метровый портрет их амбассадора – рэпера Big Russian Boss.
Сейчас художница работает над серией, отражающей тему цензуры. Она берет за основу знаковые фотоснимки (например, знаменитый поцелуй Джона Леннона и Йоко Оно), кадры из всем знакомых фильмов и часть изображения скрывает квадратиками, как запрещенный контент.
На заказ Катика тоже иногда работает – вяжет аппликации на одежду или картины для интерьера, однажды связала несколько картин для люксового отеля в Швейцарии (потом призналась, что не знает, как они ее нашли), сделала оригинальные костюмы для группы The Hatters. Но на первом месте – всегда искусство, смелый хендмейд на актуальные темы.
Устина Яковлева
Работает в технике вышивки шелковыми нитями по ткани, декорирует арт-объекты бисером.
Взять в руки нити и иголку Устина решилась не сразу, она начинала с ч/б графики по мотивам экспедиции на Север России, откуда родом ее семья. Это была длинная картина, состоящая из переплетающихся узоров-веток, растений, ветров, каких-то призрачных образов из памяти о детстве.
В какой-то момент захотелось выйти за плоскость холста – рисунки напомнили клубки нитей, сплетающиеся между собой. И она стала вышивать образы на бумаге шелковыми нитями и бисером. Можно сказать, что продолжила семейную традицию – прабабушка Устины была рукодельница, бабушка шила всю жизнь, мама тоже.
– Для меня нить – это связь поколений, таким образом я соединяю наши семейные традиции и мое сегодня, – объяснила Устина, – В начале я я использовала только три цвета – белый, красный и черный: рождение, жизнь и смерть. Но позже, после того, как съездила в Индонезию и познакомилась с местными обычаями, в моих работах появились яркие оттенки.
Первым текстильным арт-объектом был моллюск, выполненный из ниток, расшитый жемчугом (важно было использовать дорогие материалы). Каждая ниточка обработана вручную, прошита жемчужинами и закреплена узелком. Устина сделала моллюски разного размера – на изготовления большого требовалось 4 месяца, маленького могла смастерить за месяц. На Уральской биеннале современного искусства эти рукотворные, хрупкие моллюски из шелковых нитей были показаны в заводских цехах. Получился контраст между образцами ручного творчества и символом промышленного производства, живым, мягким, вечным и мертвым, холодным, полуразрушенным.
По словам Устины Яковлевой, когда она ездила в резиденции для художников – в Швейцарии и Нью-Йорке ей было важно показать сам процесс вышивки, его трудоемкость и длительность. В швейцарской резиденции, она целыми днями вышивала, заперевшись в старинной башне и снимала на видео.
В одной из российских резиденций, в Выксе, она научилась прясть на ткацком станке и тоже снимала на видео обманчиво монотонный процесс ткачества.
– Когда ты вышиваешь или ткешь, ты сосредоточен на своем деле и одновременно погружен внутрь себя, и в тебе происходят какие-то изменения, начинаешь чувствовать взаимосвязи себя и своей семьи, прошлого и настоящего, – уверена Устина.
Во время своих поездок в Архангельскую область, она вышивала на домотканном полотне конца 19 века золотыми нитями и коралловыми бусами. Для нее в этом была попытка обнаружить подлинную красоту – грубую и в тоже время хрупкую, которая есть в природе, но редко присутствует в культуре больших городов с ее стремлением к идеалу и силе. Ей хотелось подарить своему городу эту красоту.
Одна из последних работ Устины Яковлевов вы полнена в технике шелкографии. Она перенесла на ткань черно-белые снимки северных пейзажей и прошила стволы деревьев серебристыми нитями – издалека возникает впечатление, что на наших глазах мерцает огоньками и постепенно оживает сказочный лес.
Вышивка – способ оживить плоское изображение – как любой рукотворный элемент в дизайне или в костюме создает особую ауру уникальности. Это делает вещь по настоящему ценной, поэтому высокая мода не умрет никогда, а рукоделие останется неотъемлемой частью современного искусства. В нашу цифровую эпоху мода хочет рукотворной красоты, подобно той, которую Устина обнаружила в Архангельской области, а искусство стремиться вызвать эмоции и пробудить чувства —то чего, пока еще лишен все умеющий искусственный интеллект.
Оксана Глущенко (Окси)
Создает джинсовые картины и аксессуары из поношенного денима.
Оксана была вынуждена переехать из родного Белгорода полгода назад, все свои картины увезла с собой, прибыль от продажи перечисляет на помощь белгородцам. Теперь она живет в Нижнем Новгороде, несколько лет назад ставшим одним из центров современного искусства и моды, где постоянно открываются новые арт-пространства, заявляют о себе новые художники и дизайнеры.По словам Оксаны, здесь она быстро обрела свое комьюнити.
Свои «джинсовые картины» Окси придумала еще будучи студенткой факультета дизайна костюма во время эко-фестиваля в Белгороде. Как фэшн-дизайнер она занималась апсайклингом одежды. После шитья оставалось много лоскутов и она придумала использовать их как холсты.
Получилась очень необычная техника – картины из джинсы цвета индиго, легкая потертость от времени, фразы, нашитые поверх картины – короткие, как выстрел в сердце. Например, «Будь готов. Боль требует, чтобы ее чувствовали». «Дом мой всюду». «Я вижу любовь». «Путь прекрасен. Будь спокоен». «И это пройдет». И ее девиз эко-активистки «Мы не можем есть деньги».
Окси работает и на заказ, проводит мастер-классы по апсайклингу и созданию джинсовых картин, постоянно участвует в ярмарках, где продает не только картины, но и джинсовые серьги, сумки, предметы одежды.
Татьяна Ахметгалиева
Вышивает шерстяными нитями по холсту или ткани в разных техниках.
Татьяна – одна из самых известных представителей «новой генерации художников» (так называли тех, кто ярко заявил о себе в 2010-х на волне стремительного развития арт-рынка в России). Она изначально сделала вышивку цветными нитями на ткани своим узнаваемым приемом. Ее большие тканные картины побывали на мировых биеннале современного искусства, много раз участвовали в музейных выставках. Татьяна часто совмещает рисунок и вышивку, как будто связывая нитями свои фантазии и реальность.
Она говорит, что для нее «нити – аллегория сложных взаимоотношений людей». Иногда на картинах эта аллегория возникает буквально – между людьми протянуты нити, которые образуют то ли родовые связи, то ли символические. Но и предметы создают между собой метафизические связи – например, красное вышитое покрывало на кровати, вырывается за пределы нарисованной детской комнаты – длинными нитями и большими клубками пряжи.
Самые узнаваемые работы художницы — вышитые образцы советской техники – телевизоры, радио, магнитофоны. Яркие тканые полотна передают глянцевую картинку рекламы и массовой культуры. Парадокс в том, что это теплые, рукотворные вещи – антиподы технического прогресса.
Еще одна метафора Тани Ахметгалиевой – паутина. Сегодня медиа опутывают всю нашу жизнь как паутина, а мы плетем новые и новые нити – от одного канала информации к другому, от соцсетей до телешоу. Хорошо, когда ты плетешь ее сам, а не попадаешь в ловушку, сплетенную другими. Но для этого надо помнить, что нитки и спицы – в твоих руках. Мы сами создаем свои связи символические, мистические, судьбоносные (каждый сам решает какие), совершенствуя мастерство.
