Артисты балета привыкли терпеть боль и не обращать на нее внимания. Изнурительные репетиции, физическая нагрузка без отдыха и восстановления сил ведут к тому, что накапливается усталость, организм истощает все свои ресурсы и запасы энергии. Когда никаких запасов уже не остается, а танцевать и выполнять сложные технические элементы танца все равно надо — организм сдается, не выдерживает, и это приводит к травме. Чаще всего все травмы случаются от усталости: не хватило сил правильно приземлиться на пол после прыжка, и повредился коленный сустав; не удалось вовремя собраться и верно распределить вес тела — и вот уже подвернут голеностоп. Еще у балетных, бывает, болят поясницы, тазобедренные и плечевые суставы. Во время беспрерывных физических нагрузок случаются микрорастяжения и травмы, которые накапливаются и ведут к более серьезным проблемам, выбивают из строя надолго.

Самое интересное во всем этом не то, что артисты балета часто травмируются, а то, что мы часто не обращаем на свои недомогания внимания, и получается такая история: подвернул ногу на репетиции, но вроде сильно не распухает. Встать на ногу можно, хоть и очень-очень больно. Завтра спектакль, тебе замены нет, танцевать некому. Берешь специальную медицинскую заморозку, замораживаешь травмированное место, запихиваешь распухшую ногу в пуант и выходишь на сцену, как всегда улыбаясь. Когда заморозка отходит — боль адская, и на следующий день ты уже точно не можешь встать на ногу. Ты сидишь и лечишь ногу дома в течение недели, а потом, еще не до конца восстановившись, снова бежишь на класс в театр, чтобы участвовать в очередном спектакле, где тебе нет замены, или ты не хочешь, чтобы кто-то другой, здоровый, занял твое место навсегда. Естественно, что недолеченные травмы дают о себе знать в скором времени, перерастая в хронические заболевания.

А сколько историй, когда танцовщик приносит Терпсихоре в жертву свое здоровье, не обращая внимания на, казалось бы, обычную простуду. Получает инвалидность, не может продолжать карьеру и оказывается никому не нужным! И все потому, что артистам балета некогда и не выгодно болеть. Если брать официальный больничный, то не меньше, чем на десять дней, а за это время твое место может кто-то занять. Иногда надо отлежаться дома всего пару дней, но тебе их никто не предоставит, только за свой счет. Вот и получается, что на работу ходим простуженными и больными, надеясь, что само пройдет.

И проходит, но часто дает о себе знать потом. Кашляла одна балерина все время, тяжело ей стало танцевать, после каждой вариации легкие «выплевывала», хоть и не курила. Температура все время была повышенная. А к врачу сходить некогда, то репетиция, с которой не отпускают, то спектакль. Тратить единственный выходной на очередь к врачу совсем не хочется, да и дела домашние есть: муж, дети. «Старею, — думает балерина, — поэтому и тяжело». И продолжает работать в том же ритме. А потом вдруг температура резко подскакивает, глаза не открываются и скорая помощь. А там выясняется, что на ногах перенесено воспаление легких, осложнения болезни дали очень неприглядную картину. Иммунитет на нуле. О продолжении карьеры и каких-либо вообще физических нагрузках и речи быть не может. Несколько месяцев в больнице — и все, прощай балет. А «старой» балерине всего чуть-чуть за тридцать. Это реальная история XXI века.

А в веке XIX было то же самое. Подающая большие надежды юная балерина Мария Данилова умерла, не дожив и до 17 лет. И все потому, что ради партии в балете пренебрегла своим здоровьем. А было это так: Данилова репетировала полет своей героини в балете «Амур и Психея». Для этого ее облачали в корсет, к которому крепился трос. С помощью машины этот трос вместе с балериной поднимали высоко к софитам, после чего на приличной скорости опускали вниз, имитируя таким образом полет. Во время спуска вниз что-то пошло не так, и трос резко дернулся. Данилову сильно тряхнуло. Почти бездыханную балерину спустили вниз, но, придя в себя, она не жаловалась. К вечеру у нее началось кровохарканье, но Мария все равно вышла на сцену на следующий день. Продолжала танцевать и репетировать и позже. А потом кровь горлом шла все чаще и обильнее, силы истощились, и надежда балета Данилова умерла в самом расцвете. Как писали, после неудачного спуска Данилова рассказывала подругам, что во время толчка ощутила сильную боль в груди, как будто что-то порвалось, но желание танцевать в новом балете заставило ее об этом забыть и стало фатальным.

Великая балерина XX века Ольга Лепешинская, танцуя балет «Красный мак» в 1953-м году, сломала ногу по ходу первого акта балета. Но дотанцевала акт до конца, только зайдя за кулисы, она позволила себе потерять сознание. Потом выяснилось, что перелом был аж в четырех местах! Уже через три месяца Лепешинская снова вышла на сцену. Поразительное геройство, которое, честно говоря, никому не нужно. Но это было во времена балетных стахановцев, которые, невзирая ни на что, танцевали и дарили свое искусство жаждущим массам.

Времена меняются, но жертвенность артистов балета, прививаемая с младых ногтей в профессиональных балетных училищах, фактически не меняется. Но здесь речь, конечно, только о тех, кто действительно живет балетом и всецело посвящает себя этому искусству. О настоящих «пленниках Терпсихоры».