"Читатель сразу чувствует вранье": автор "Продавца игрушек" Виктор Добросоцкий о писательской кухне «Читатель сразу чувствует вранье»: автор «Продавца игрушек» Виктор Добросоцкий о писательской кухне

17 января в Кремлевском дворце покажут один из лучших современных балетов – "Продавец игрушек".

автор Катерина Кулагина

Волшебная Рождественская история, придуманная писателем Виктором Добросоцким, хорошо знакома читателям и зрителям. Сначала это был роман, потом он был экранизирован и инсценирован. Корреспондент Клео.ру поговорил с автором о писательской кухне.

– Виктор Иванович, Вы поражаете широтой интересов и занятий – писатель, ученый, общественный деятель, экономист, политик, преподаватель. Как уживается в Вас столько ипостасей и где находите время на все?

– Эйнштейн говорил, что наука подобна искусству. Вот и я пытаюсь все в себе совмещать. Если же говорить о времени для писательства, то надо просто уделять этому процессу по четыре-пять часов по субботам. Я стараюсь писать, независимо ни от чего. Раньше писал только рукой, потом перешел на компьютер.

Фото: Олег Харсев

– А вообще, как стали заниматься художественной литературой?

– Сегодня я работаю в МГИМО (заведует кафедрой регионального управления и национальной политики. – Прим. ред.) и вхожу в Совет экспертов. А в литературу пришел по воле случая. Я съездил в Америку и там произошло нечто, что взволновало меня и о чем я рассказал на защите своей кандидатской диссертации. Профессор Максим Загорулько (почетный гражданин Города-героя Волгограда, доктор экономических наук. – Прим. ред.) взял с меня слово, что я напишу и опубликую эту историю. А раз я пообещал, то надо выполнить. Для начала написал небольшой рассказ. Но когда продюсер Антон Борщевский прочел его, то сказал, что хочет снимать по нему кино. Я дал согласие. Правда, работа сценаристов мне не понравилась – это было совершенно не то, о чем я рассказывал. В итоге так расстроился, что взял, да и сам написал сценарий. Когда его увидел писатель Аркадий Инин, то сказал, что у меня получился роман. Так вышла первая книга – «Ностальгия по будущему», которая потом была экранизирована.

– Знаю, что рассказанная там история – реальная. Как и в нашумевшем романе «Продавец игрушек». Почему для Вас так важна документальная основа?

– Я никогда ничего не придумываю, в противном случае читатель это сразу чувствует и понимает, что история – вранье. А мне важна энергия правды. С «Продавцом игрушек» произошла следующая история. В 2005 году я отдыхал в санатории Управделами Президента «Марьино», который расположен в бывшей усадьбе князей Барятинских в Курской области под Рыльском. Она была построена специально для приема императора, который в итоге провел там всего одну ночь (в 1825 году в усадьбе князей Барятинских побывал император Александр I. – Прим. ред.). Во время вечерней прогулки по санаторию познакомился с очень важным, даже несколько высокомерным человеком, который представился мне как «князь Барятинский». Это был потомок первых владельцев усадьбы. И что-то его понесло – он стал рассказывать, что мы-де неправильно управляем Россией, что для такой страны нужны другие инструменты политики и экономики. А когда я его спросил, чем он занимается по жизни, этот важный и умный человек вдруг сник. Плечи его опустились, он ссутулился и ответил, что работает продавцом в универсальном магазине Страсбурга. Мол, правительство России его, как потомка рода Барятинских, каждый год приглашает бесплатно отдыхать в этом санатории, где прежде было имение его прапрапрадеда. Меня потрясло преображение важного человека, именующего себя князем, в продавца из Страсбурга. Еще я узнал историю изобретения очень красивого цветного стекла, рецепт которого был утерян после революции, и тоже использовал этот факт в романе.

Фото: Олег Харсев

– Этот роман преподнес Вам немало сюрпризов – по нему был поставлен спектакль в театре имени Евг. Вахтангова, был снят фильм. Ожидали такой успех?

– Действительно, в той театральной постановке было занято немало звезд (Юрий Васильев Татьяна Лютаева, Андрей Барило, Агния Дитковските. – Прим. ред.), а аплодисменты однажды длились 15 минут! Потом появилась идея снять по роману фильм – Министерство культуры идею поддержало и выдало грант. Сценарий прочитал Пьер Ришар и согласился сниматься. Звезды, что называются, сошлись.

– Ришар по типажу, характеру и настроению совпал с придуманным Вами в книге образом?

– Я дал ему полную свободу. Даже какие-то диалоги из сценария он обыгрывал по-своему и со свойственным ему юмором. И признался, что очень мне благодарен, поскольку всю жизнь играл глупых, бедных и юродивых, а тут на экране стал миллионером. Ришар оказался большим трудягой, делал по несколько дублей, даже если режиссер был доволен. Ему хотелось, чтобы сыгранное им было более смешным, более ярким.

Фото: Олег Харсев

– А легко было потом превратить роман в балет и рассказать занимательную историю на языке танца?

– У меня произошла судьбоносная встреча с Андреем Петровым (хореограф, основатель и художественный руководитель Театра Кремлевский балет. – Прим. ред.), который и сказал мне, что видит в моей истории про продавца игрушек балет. Мол, это неоклассика. Я удивился, конечно, но Петров стоял на своем. Договорились, что если я напишу для него либретто балета «Война и мир», то он поставит «Продавца игрушек». И хотя я прежде никогда либретто не писал, мэтр убедил меня. Премьера «Продавца» состоялась в Воронежском театре оперы и балета. Спектакль был поставлен там немного экспериментально, дерзко, с юмором, в жанре приключения. Он оказался лидером по продажам – билеты было не купить! 14 тысяч человек его посмотрели и спектакль стал в Воронеже культовым. В этом году вообще все билеты на него выкупили компании для своих сотрудников.

– В ноябре 2022 года «Продавца игрушек» поставили еще и на сцене Государственного Кремлевского дворца – этот балет стал последней прижизненной премьера спектакля Андрея Петрова.

– Произошла уникальная история. В Кремле стараются не ставить спектакли, которые не были апробированы на зрителях в регионах – все-таки дорогая постановка плюс в зале шесть тысяч мест, поэтому рисковать государственными деньгами нельзя. Но после успеха «Продавца игрушек» в Воронеже его решили ставить и в Москве. Риск себя оправдал. Правда, я думал, что балет на музыку прекрасного мелодиста Алексея Шелыгина будет просто неплохой. Но Петров с Шелыгиным сделали нечто грандиозное. Кроме того, «Продавец игрушек» – волшебная история о французе с русскими корнями Николя Берсене – идет в виде мюзикла Александра Журбина в Волгоградском театре музыкальной комедии, а в 2025-м запланирована премьера и в Саратове.

Фото: пресс-служба

– Кто первый критик всех Ваших книг и поставленных по ним фильмов и спектаклей?

– Я показываю все супруге и детям – они читают и сценарии, и либретто. А я стараюсь прислушиваться к их замечаниям и критике. Все-таки какие-то вещи, которые звучат у меня внутри, могут иначе восприниматься другими людьми. Вот и советуюсь с родными (улыбается).

«Грабеж какой-то»: почему уверенность не появляется до первого шага

Психолог - о том, как выстроить адекватную самооценку.

автор Денис Булидоров

самооценка

«И это всё? За это я должна заплатить? Грабёж какой-то!»

Женщина пришла ко мне с вопросом, почему у неё не получается зарабатывать больше. Сорок минут рассказывала о своей жизни, обстоятельствах, возможностях и способах ничего не менять.

К концу встречи ответ стал довольно ясным. Она его тоже увидела. И именно поэтому он ей не понравился.

Кажется, ей хотелось услышать что-то более сложное. Желательно такое, что потребует ещё немного поразмышлять, тщательно подготовиться, найти правильное состояние и пока ничего не делать.

А тут получалось обидно просто. Чтобы начать зарабатывать, придётся начать делать то, что может привести к заработку.

«За это я должна отдать деньги?»

Я ответил: «Конечно. У меня семья. Детям сегодня нужны бутерброды с икрой».

Она посмотрела на меня так, будто бутерброды уже были вещественным доказательством в уголовном деле.

«Больше я к вам не приду».

Я уточнил: «Когда следующую встречу назначаем?»

«Никогда. Грабёж».

Она ушла.

Через три дня написала: «Можно записаться ещё раз?»

Если бы моя уверенность зависела от реакции последнего человека, вышедшего из кабинета, за эти три дня я успел бы закрыть практику, открыть её снова, назначить себя выдающимся специалистом, опять разочароваться и на всякий случай получить ещё одно образование.

Но у меня уже была хорошая прививка от чужих оценок.

После окончания магистратуры я работал психологом в реабилитационном центре. Каждую неделю мы созванивались с родственниками пациентов и рассказывали, как проходит реабилитация. Это были информационные звонки, не психотерапия. Звонков могло быть около двадцати за неделю.

После одного разговора я был замечательным психологом, прекрасным человеком и почти членом семьи. После другого меня считали человеком, которого следовало немедленно выгнать из профессии, пока психологическая общественность ещё способна оправиться от моего появления.

Иногда обе оценки приходили в один день.

Довольно трудно построить устойчивое представление о себе, когда к обеду ты талантливый специалист, а к ужину превращаешься в профессиональную катастрофу.

Мой руководитель тогда сказала: «Успокойся. Твою компетентность здесь определяю я. Работай».

На первое время это оказалось очень полезно. Пока собственной профессиональной опоры мало, мы неизбежно берём её у тех, кому доверяем: преподавателя, руководителя, более опытного коллеги.

Так ребёнок сначала держится за руку взрослого, а потом выясняет, что, оказывается, умеет ходить сам.

Позже я понял ещё одну вещь. Уверенность не равна убеждению, что ты всегда прав. Человек, который не слышит замечаний, может выглядеть очень уверенно. Особенно издалека. Но иногда это не внутренняя опора, а просто хорошо укреплённая глухота.

Адекватная оценка себя должна двигаться.

Если я встречаю более сильного специалиста, это не делает меня ничтожеством. Это сообщает, что мне есть чему учиться.

Если я не справился с задачей, это не означает, что я бездарен. Возможно, мне не хватило знаний, подготовки или опыта. Значит, можно открыть книгу, пойти на супервизию, попросить помощи, попробовать ещё раз.

Заниженная самооценка говорит: «У тебя не получилось, потому что с тобой что-то не так».

Завышенная отвечает: «Со мной всё прекрасно, просто вокруг идиоты».

Здоровая самооценка задаёт менее эффектный, зато полезный вопрос: «Что именно сейчас произошло и что я могу сделать дальше?»

Мы часто ждём уверенности как разрешения на действие.

Когда перестану бояться, отправлю резюме. Когда поверю в себя, назову стоимость своей работы. Когда почувствую внутреннюю опору, поговорю с руководителем.

Звучит разумно. Есть только одна проблема: уверенность редко приходит в пустую комнату, где человек сидит и терпеливо её дожидается.

Ей нужны факты.

Я отправил текст и выдержал ожидание ответа. Назвал цену и не стал немедленно её уменьшать. Попросил о повышении. Получил отказ, но не исчез, не уволился в тот же вечер и не объявил всю свою карьеру ошибкой.

Даже отказ может стать частью опоры, если человек присваивает не только результат, но и собственное действие.

Уверенность растёт не только после успеха. Иногда она появляется в момент, когда мы обнаруживаем: даже если получится не всё, мы останемся на месте и будем решать, что делать дальше.

Для этого полезно на время отказаться от огромного приговора «я не уверен в себе» и назвать одно конкретное действие, которое вы откладываете.

Не «я слабый», а «я не начинаю неприятный разговор». Не «я ничего не могу», а «я боюсь показать свою работу». Не «я неудачница», а «мне отказали в этой вакансии».

Вторую формулировку можно исследовать. Первую остаётся только носить на себе.

Когда та женщина через три дня попросила назначить новую встречу, я не решил, что её возвращение доказывает мою гениальность. Оно доказывало только одно: первая эмоциональная реакция не всегда является окончательным выводом.

Если бы она не вернулась, мне всё равно пришлось бы отделить её недовольство от собственной личности. Посмотреть, что я сделал. Проверить, не ошибся ли. При необходимости обсудить работу с коллегами. Сделать выводы.

Но не превращать один закрывшийся за человеком дверной проём в конец профессиональной биографии.

Уверенность не наступает в тот момент, когда все наконец признали, что вы хороший.

Она проявляется в способности не становиться грабителем после чужого «грабёж» и гением после чужого «вы лучший».

Оставаться собой достаточно долго, чтобы понять, что произошло.

И выбрать следующий шаг.

Денис Булидоров

Психолог

Фото: rawpixel.com / magnific.com
Источник: Клео.ру